Сундук неизвестной (СИ)
30
На следующий день Антон безуспешно пытался связаться с Найей. Всё утро, весь день и весь вечер он звал её, пытался говорить с ней, но она не появлялась.
Почему-то это не радовало, а тревожило. Парень ощущал, что она права, и им вместе нужно решить какие-то проблемы, но теперь сомневался, не навязанное ли это чувство? Если она и правда злая ведьма, а его сознание частично подчинено ей, то это объяснило бы и почему она является к нему не старухой, и почему он так хочет увидеться и поговорить с ней вновь.
После очередной неудачи Антон вышел на кухню, где Ксюша и Эрик сидели за столом, и девушка составляла список покупок.
Заметив вошедшего, она отложила листок бумаги и ручку:
— Ну что? — поторопила Ксюша. — Что там она?
— Не знаю… — растерянно ответил Антон. — Она не приходит…
Ксюша посмотрела на Эрика и, убедившись, что тот ни капли не возмущён, возмутилась сама:
— Ты серьёзно, что ли? — ей так не хотелось напоминать, но не сдержалась: — Может, её и вовсе не существует, а? Нет никаких доказательств, кроме твоих слов! Мы потратили на этот дом все свои сбережения, а она не приходит, да?
Антон не обиделся. Эти люди и так сделали много, так что Ксюша вполне имела право на недоверие. Они слепо согласились со всем, что он говорил им и не требовали доказательств, но сейчас девушке хотелось ясности. Оставалось так немного: теперь Антон мог задавать верные вопросы! Мог разобраться во всём, если только поговорит с Найей, но она не приходила…
— Я расплачусь, — ответил парень. — Выкуплю дом, если он не нужен вам. Да, не сразу, но…
— Так, хватит, — пресёк подобные разговоры Эрик. — Да, дом нам не нужен, и мы…
— Мы влезли в кредиты, а не просто изрядно потратились! — напомнила Ксюша. — А она, видите ли, не приходит!
— Давайте подождём, хорошо? — предложил Эрик миролюбиво. — Антон предупреждал, что она не всегда приходит, так что не стоит так торопить события. Да и дом, может, нам понравится, а, Ксюш? Будет дача — это же хорошо! И соседи чудесные — это дорогого стоит. Всяко дороже, чем деньги, верно?
— Не верно, — хмыкнула Ксюша. — Но ты прав: надо запастись терпением. Просто это бесит, что в нашем доме, возможно, дух злой колдуньи. Как можно нормально жить с этим?
— Мы не будем с этим жить, мы будем разбираться с этим. Надеюсь, справимся быстро! — всё-таки Эрик был неисправимым оптимистом.
* * *Вечером Ксюша отправилась спать пораньше — день на свежем воздухе вымотал её и безумно хотелось отдохнуть.
Эрик общался с кем-то по работе, а Антон решил, что самое время для очередной попытки пообщаться с призраком. Нерешённый вопрос с ней тяготил его, и хотелось как можно скорее во всём разобраться.
Он беззвучно поднялся на чердак и зашёл в заветную комнату. Там было достаточно светло: как раз в окна бил свет единственного белого фонаря на этой улочке. От него комната становилась таинственной, поскольку свет, рассеиваясь занавеской, походил на лунный.
Антон улыбнулся, закрыл дверь за собой и прошёл к окну. Облокотился о широкий подоконник и посмотрел на улицу.
Холодало. В свете фонаря виднелись мелкие снежинки: тёплая весна отступила, зима ещё хотела напомнить о себе. Там, куда не доставал свет фонаря, Антону почудилось движение, и он пристально вгляделся в темноту.
Фигура в длинном плаще чуть сместилась, выходя на границу света. Антон узнал этого человека сразу. Да и кто ещё будет в такую погоду прогуливаться по улочке, явно никуда не спеша.
Человек стоял боком, и было непонятно, куда он смотрит: на дом теперь уже Эрика или на дом Даши. Парень прищурился, силясь разглядеть больше, и даже дёрнулся в сторону двери: хотелось выбежать и подойти к незнакомцу. Хоть бы даже с каким-то глупым вопросом типа «Как пройти в библиотеку?», лишь бы увидеть его лицо, услышать его голос и постараться понять, кто он.
Но парень не успел покинуть комнату, потому что ощутил чьё-то присутствие.
— Найя! — воскликнул Антон. — Найя!
Она, наверняка она!
— Я здесь, — раздался знакомый нежный голос, и появилась девушка, всё в том же одеянии, но всё равно женственная и хрупкая, невероятно красивая, волшебно завораживающая своим видом.
Она появилась в комнате, но не около окна, а на этот раз в самом тёмном углу. От этого казалось, что силуэт её светится, а, может, он и правда светился в темноте.
— Что мешало тебе прийти? — спросил Антон прямо.
Да, надо задавать вопросы в лоб. Отныне у него не было волнения от того, что рядом призрак, не разбегались мысли, и он точно знал, что ему нужно: всё узнать и поскорее.
— Мне нужна энергия, и её мне даёт человек. Если он бодрствует — энергии мне не хватает. Если спит, душа отдыхает, расправляет крылья и встречается со мной. Она и даёт мне силы являться тебе.
— Значит, лучше всего встречаться ночью… — сделал верный вывод Антон, бросив взгляд за окно: незнакомец исчез, и это совсем не удивило парня.
— Как и с любым призраком, — ответила Найя.
Разговор могло увести в ненужное русло, и Антон возвратился к делу:
— Я понял. Хорошо, давай вернёмся к твоему возлюбленному. Итак, ты была с ним знакома при жизни?
Это было очень важно, потому что если все байки правда, и Найя злая, то всякое может быть. И возлюбленный её, скорее всего, не обычный человек.
— Да, в прошлой жизни, — Найя ответила так, что Антон опешил.
В прошлой жизни? Этого ещё не хватало! Это значит, этим возлюбленным может быть, кто угодно! Даже… даже он сам…
Но этот вопрос задать парень не решился. Слишком страшно было бы узнать, что в прошлой жизни он был с Найей, и потому теперь судьба его предрешена.
— Реинкарнация существует? — поражённо переспросил он.
Нет, так не должно было быть! Жизнь — она одна, он привык к этой мысли и не собирался менять мнение. Ведь какой тогда смысл жить, если потом снова начинается всё с начала? Или к старости он изменит мнение и захочет пройти жизненный путь сызнова?
— Не для всех, — пожала плечами Найя, словно говорила сейчас о чём-то обыденном. — Лишь для тех, кому это нужно, для тех, чья жизнь не получилась полноценной, была оборвана или прожита неправильно.
Что-то начинало проясняться. Если реинкарнация существует хотя бы для части людей, то призрак — это не тот, кто не обрел покой, а кто доделывает важные дела перед перерождением. А если Найя перерождается, значит… либо она и была неправильно живущей злой ведьмой, либо…
— Ты рано умерла? — сочувственно спросил Антон.
— Он рано умер. И он жил неправильно, — вздохнула девушка. — Пожертвовал собой, потому что в том мире и тогда мы не смогли бы быть вместе…
— И сейчас он… здесь? В мире живых?
— Да. Но… он на грани… — печально вздохнула девушка, скромно потупив взор. — Если я не вмешаюсь, моё перерождение ничего не даст, и мы не сможем быть вместе всё равно.
Антон прикрыл глаза, пытаясь понять, что в итоге надо от него. Кто её возлюбленный, было очень интересно, но вновь показалось, что она может говорить о нём. Ведь он тоже на грани… Ещё немного, и из «Лучшего пути» было бы не выбраться…
Найя как-то говорила, что общение с ней важно для него, важно чуть ли не для всего его мира, но теперь получалось, что дело в каком-то одном единственном мужчине.
— Я что-то запутался, — признался парень. — Ты хочешь сейчас спасти его или наш мир?
— Это одно и тоже для меня.
Антон вздохнул. Ох уж эти влюблённые! Её парень и весь мир — это для неё одно и то же.
Ещё Найя говорила про сундук… Теперь вообще не хотелось его искать. Вдруг, заглянув в него, вспомнишь все свои прошлые жизни? С этим невозможно будет жить, это просто разорвёт сознание…
— Что там с сундуком? — спросил он деланно спокойно. — Этот сундук оставила злая ведьма, что жила здесь много лет назад?
— Да, — ответила Найя.
Её ответы требовали дополнительных вопросов. Никак не получалось спрашивать так, чтобы ответ получался однозначным.