Индийский лекарь. Том 3 (СИ)

Хотя не все патологоанатомы занимаются вскрытием трупов. Многие из них работают исключительно с образцами тканей, взятыми после оперативного вмешательства.
Другие работают, не выходя из дома, анализируя гистологические стекла, которые им присылают в готовом виде по интернету.
Проще говоря, патологоанатомы бывают разные. Но большая часть работы отведена всё-таки работе с микроскопом.
  
Если у вас была операция, например, удаление аппендицита. То часть вашего червеобразного отростка попадет в руки патологоанатома. Он подготовит препарат, перенесет его на гистологическое стекло, а позже изучит на микроскопе.
Зачем это нужно? Чтобы установить точный диагноз, но наибольшее значение имеет — это исключение онкологического процесса. Если патологоанатом не сможет его обнаружить, то человек не получит необходимое лечение.
Специальность очень тесна связана с онкологией как наукой. Именно от правильного описания результата будет зависеть эффективность назначенного лечения от врача онколога.
Мы прошли в помещение, где находились трупы. Я увидел на полу лежащего без сознания человека.
— Надеюсь, вы взяли с собой нашатырный спирт? — хриплым голосом спросил патологоанатом. — Он потерял сознание. С ним всё в порядке. Мы уже убедились в этом. Но меня смутило, что его вообще не получается разбудить.
— Странно, что у вас в морге его нет, всё таки разное может произойти, — я усмехнулся, глянув на бледного Шьяма.
— Закончился, — развел руками врач. — Мы им не так уж часто пользуемся, но так вот вышло. Но вас всё равно позвали. Мало ли, вдруг у него сотрясение головного мозга будет.
— А чего он в обморок упал? — поинтересовался я.
— Не имею понятия, — поспешно ответил мне патологоанатом. — Вроде уже два месяца у нас работает. Должен был привыкнуть к мёртвым.
Внезапно со стороны трупа раздался тихий стон. Шьям крепко держался, но этого он выдержать не смог. Услышав стон, он молниеносно выскочил из помещения, побежав в сторону выхода.
— Вы куда, доктор? — спокойным тоном спросил врач, но тучный терапевт его уже не слышал.
Теперь я понял почему Шьям не хотел идти со мной. Дело было не в том, что он решил меня в очередной раз подставить. Он испугался. А страх его был вызван банальным незнанием того, что происходит с телом человека после смерти.
Газы в брюшной полости приподняли диафрагму, у трупа сдавливаются легкие и из них выходят остатки воздуха. Всё довольно просто.
Сам же сочинил эти басни про оживающих по ночам мертвецов, сам же в них и поверил. Всё таки Шьям был очень забавным.
Только теперь я наверняка уверен, что он не пытался меня в очередной раз подставить. Просто стечение обстоятельств.
Я достал флакон нашатырного спирта и поднес к носу медбрата. Реакция последовала незамедлительно.
Молодой сотрудник быстро вышел из этого состояния.
— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался я, отслеживая состояния его чакр.
— Затылок болит, — ответил медбрат.
Намека на черепно-мозговую травму у него не было. Но шишка на затылке обязательно появится.
— Как вы умудрились упасть? — поинтересовался я. — Полы были влажные?
— Нет, нет, этот труп… Он двигал рукой.
— А что вас смутило? — едва сдерживая улыбку, поинтересовался я. — Был мышечный спазм. Из-за процесса разложения он постепенно сошел на нет. Вот поэтому вам и показалось, что труп начал шевелиться. Он ещё и стонал несколько минут назад.
— Это мне доводилось слышать уже… И не один раз, — признался медбрат. — Но вот движения со стороны трупа вижу впервые.
Патологоанатом громко расхохотался.
— Напугал ты нас всех. Обморок длится от силы две минуты, а ты минимум двадцать минут пролежал.
— Эм, я просто не спал несколько суток, — растерянно ответил медбрат.
— Теперь всё понятно, крепко же ты спишь, сынок, — кивнул головой пожилой врач. — Вы у нас оставите один флакончик?
— Да, конечно, — ответил я, протягивая нашатырный спирт.
Мне он не нужен, а им пригодится. Мало ли опять кто-нибудь в обморок упадет.
— Можешь пойти немного поспать, — предложил патологоанатом медбрату. — Мне сегодня твоя помощь не нужна. Сам всё сделаю.
— Вы серьезно? — искренне удивился парень.
— Да, я привык работать один, иди.
Мы остались наедине с патологоанатомом.
— Не хотите побыть моим ассистентом на вскрытии? — с улыбкой поинтересовался врач.
— С удовольствием, но, увы, я сам сейчас нахожусь на дежурстве, — ответил я. — А почему вы отпустили медбрата, если вам нужна помощь?
— Он хороший парень. Одновременно учится и подрабатывает у нас в ночные смены. Совсем не спит, а сон очень важен в его возрасте. Иначе информация в голове не уляжется.
— Жаль, что ему не удается всё своё время посвятить учебе.
— И не говорите, доктор, — согласился патологоанатом. — Он ведь планирует стать врачом. Мне кажется, что нужно выбирать что-то одно из двух.
Я пристально посмотрел в глаза пожилого патологоанатома. Думаю, что уловил его мысль, но всё таки ещё был не до конца уверен в этом.
— Что вы имеете ввиду?
— Если человек решил стать врачом, то он должен полностью посвятить себя изучению этой науки. Каждый для себя выбирает, что ему нужно в этой жизни. Либо учиться, либо работать.
— Я с вами согласен, но лишь отчасти, — я серьезно задумался.
— Ну, а какой из него выйдет врач, если ночью он работает? У него совсем нет времени, чтобы учиться. Он просто посещает занятия, оценки оставляют желать лучшего. Было бы лучше, если он просто уволился.
— Я думаю, что у него есть необходимость в работе и дополнительном заработке. Ведь он работает в медицинском учреждении, а не кассиром в каком-нибудь супермаркете. Разве вы сами не посещали дежурства, когда были студентом?
— Посещал, — с досадой произнес патологоанатом. — Но если бы у меня была возможность вернуться в прошлое, то я не стал бы тратить на это время. Ведь когда ты уже закончил обучение, у тебя нет времени, чтобы учить то, что ты не успел освоить в студенческие годы. У многих к этому времени появляется семья и новые заботы, а заставить себя углубляться в медицину… Для этого нужно по-настоящему её любить.
— У вас есть семья? — я пристально посмотрел в глаза патологоанатому.
— Увы, нет. Моя любовь к медицине оказалось гораздо сильнее. У меня банально не было на это времени.
— А чувствуете ли вы себя счастливым? — мне стало любопытно. С это проблемой сталкиваются многие специалисты.
— Да, — кивнул патологоанатом. — Если бы не эта любовь к медицине, то я никогда бы не решился стать патологоанатомом. Не зря же ведь её называют царицей медицинских наук.
Чтобы быть хорошим патологоанатом нужно углубленно разбираться во многих отраслях. Большая часть врачей выбирает себе узкую специализацию, которая концентрируется на определенной области человеческого тела.
Кардиолог занимается сердечно-сосудистой системой, невролог — нервной системой, гастроэнтеролог работает только с желудочно-кишечным трактом.
А патологоанатом должен разбираться во всем. Понимать как происходят все патологические процессы в организме. А для этого нужно очень много времени.
Этот старик по-настоящему любил свою работу. Поэтому с предвзятостью относился к медбрату, который мечтал стать врачом. Моё мнение было противоположным.
— Может, у этого медбрата не получится стать потрясающим хирургом или невероятным патологоанатомом, но он может стать хорошим специалистом по терапевтической специальности, — отметил я. — Надеюсь лишь, что ему хватит сил и терпения, чтобы преодолеть этот путь.
— Да, вы правы, доктор, терапевтическая специальность ему вполне подойдет, — согласился со мной патологоанатом.
  
Я был таким же как и этот врач в прошлой жизни. Всё своё свободное время я посвящал исключительно изучение медицины.
Ведь терапевт чем-то похож на патологоанатома с одним важным отличием. Мне нужно знать о всех заболеваниях, но достаточно быть осведомленным обо всем на поверхностном уровне.