Самая слабая особь (СИ)

— Дарк, да приди ты в себя, наконец! — встряхивает его за плечи каир. — Все хорошо. Слышишь? Вас вытащили. С Сашей все хорошо. Она не пострадала.
Даркош тяжело дышит, но вырываться вроде перестал. Выражение лица немного успокоилось.
— Где она?
— Сейчас отдыхает. Потом тебя навестит. Как ты себя чувствуешь?
— Она точно не пострадала?
Вот ведь упертый какой! Но выражение искреннего беспокойства странным образом грело мне душу.
— Точно, точно… Бегает уже вовсю, помогает всем подряд, — ворчит Тарош. — Скоро сам убедишься. Да, полежи, ты, хоть немного спокойно! Акар не может показания с приборов снять.
Даркош окончательно успокаивается и больше не пытается встать. Видно, что ему еще с трудом даются даже такие нагрузки. Он хрипло дышит, грудь ходит ходуном. Прикрывает глаза, то ли от усталости, то ли от яркого света. У меня сердце разрывается от странных желаний и непонятных чувств. Хочется все бросить и бежать туда. Успокоить, обнять, взять за руку, как эта Эрма.
Так, стоп. Опять она пристраивается к нему на кровать. Что за приставучая особа! Правильно про нее Ирша говорила. Мне она тоже не нравится. Да, прогоните ее кто-нибудь! Чуть на грудь к нему не залезла. Он же дышит еще с трудом. Вот дура озабоченная!
Тарош с нескрываемым удивлением наблюдает за этой наглой раянкой. Акар хитро улыбается и косится на камеру. Он-то знает, что я все вижу.
— Хм… Дарк, эта райна из твоего круга? — уточняет он осторожно.
— Нет, — хмуро отвечает тот. — Эрма, я думал между нами все предельно ясно. Я объяснил тебе это в прошлый раз. Не стоит тебе терять свое время.
Такой холодный прием заставил бы меня уже срочно искать выход из палаты, а вот девушке все ни по чем.
— Но, Дарк, не могла же я оставаться дома, узнав, что с тобой случилось несчастье, — наивно хлопает ресничками Эрма. Терпеть не могу подобный тип девушек. Строят из себя олененка Бэмби, а сами хищницы еще те.
Теперь я могу рассмотреть ее более подробно. Она красива, но какой-то кукольной, черезчур прорисованной красотой. Даже возраст трудно определить. Синие, сапфировые глаза, как у всех раянцев и точеные черты лица. Ее кожа намного светлее, чем я наблюдала у остальных раянок. От этого контраст темных волос, бровей и ресниц еще заметнее. Красивая, хрупкая статуэтка.
Черт! Она очень красива! И знает себе цену, судя по всему. Вон как изящно плечиком повела и ресницы опустила смущенно. Так, спокойно, спокойно. Нужно успокоиться…
Тарош как-то подозрительно головой завертел и обеспокоенно начал посматривать на дверь. Чувствует мое волнение. Ну как тут сохранять спокойствие, когда эта красотка вертится рядом?
— Тар, что-то случилось? С Сашей? — снова завозился Даркош. На Эрму опять ноль внимания, что меня очень радует. Самооценка взлетела просто до небес.
— А кто эта Саша? — наигранно небрежно уточняет Эрма. — Ты вроде упоминал ее раньше. Она из твоего кровного круга?
— Я думаю вам лучше прийти, когда разрешат прием посетителей. Кто вас впустил сюда в обход всех правил? — с угрожающим видом интересуется Тарош.
— Моя хорошая подруга, Алика. Она так прониклась моим порывом, что помогла с пропуском. Я не знала, что тут все так строго, — и опять хлоп-хлоп ресничками. Вот стерва!
— Теперь знаете, — с намеком произносит каир.
— Конечно, конечно, — щебечет та и продолжает сидеть на месте. — Вы ведь можете быть чуть снисходительнее к настоящим чувствам? Мне просто необходимо поговорить с Дарком сейчас один на один. Я обещаю, что это ненадолго.
— Дарк? — Тарош вопросительно смотрит на него.
— Эрма, я все тебе сказал в прошлый раз, — устало отвечает он.
— Это очень важно, прошу тебя, — канючит Эрма.
Неужели они не видят, как она переигрывает? Что все это просто спектакль!
— Я снял все показания, результат вполне удовлетворительный. Если не против, мы с Тарошем отойдем ненадолго. Собирались один вопрос решить, да не успели, — влезает в разговор Акар.
Эй, куда это вы собрались? А кто за Дарком присматривать будет? Дамочка эта совсем доверия не вызывает.
 
Как только за мужчинами закрывается дверь, Эрма сразу принимает более соблазнительную позу и идет в атаку.
— Дарк, милый, я поняла, что нам мешает быть вместе. Это моя работа. Ты говорил, что тебе не нравится мое окружение. Так вот. Ради тебя я готова все поменять. Я уволюсь из компании и оборву все связи. Мне нужен только ты. Ради тебя я готова пойти на любые жертвы, — патетически восклицает она.
— Только узнав, что я могла так просто потерять тебя, я решила действовать без промедления. Теперь ты откроешь мне свое сердце?
— Эрма, я устал тебе объяснять, что все наши отношения строились только на деловом уровне. В твоей компании шла проверка персонала, и необходимо было наше сотрудничество. На этом все. Я никогда не давал тебе повода думать иначе. Почему ты не оставишь меня в покое? Ты красивая девушка. У тебя наверняка куча поклонников.
— Мне нужен только ты, — обиженно отвечает она. — Почему, ты меня не замечаешь? Я недостаточно красива для тебя? Или может мало внимания тебе уделяла? Я изменюсь, скажи только, какой ты хочешь меня видеть.
— Эрма, — уже откровенно рычит Даркош. — Мой ответ — никакая. Я не хочу тебя видеть никакой и никогда. Забудь меня и больше не досаждай своим вниманием.
— Это все эта Саша? Да? Ты кого-то встретил и это ее ты впустил в свое сердце? Думаешь, я не вижу, как ты изменился? Что в ней такого особенного? Неужели она будет любить тебя больше, чем я? — вопит раянка.
Я застываю перед экраном. Почему мне так важен его ответ? Сама не понимаю, но жду с большим волнением.
Он молчит очень долго. Я вижу, как напрягаются его мышцы, сжимаются челюсти, на лице застыла маска холодной отчужденности. Наконец, он начинает говорить, и слова падают, как тяжелые глыбы. Его тон способен заморозить быстрее жидкого азота.
— Мои отношения с Сашей никаким образом вас не касаются, райна дар Овар. Прошу покинуть мой отсек и больше не обременять своим присутствием. Я не хотел бы привлекать охрану, но если потребуется, пошлю им вызов. Не советую также приближаться к упомянутой девушке и беспокоить ее своими расспросами. Я не шучу, Эрма. Узнаю, что приставала к ней, ты очень сильно пожалеешь. У меня хватит влияния испортить тебе жизнь.
У раянки натуральным образом отвисает челюсть. Она начинает задыхаться, как рыба, выброшенная на берег и глаза выпучивает, точно рыба.
— Как ты… как ты можешь… так… — сипло выдыхает она. Разрыдавшись, она вылетает за дверь, едва не вписавшись в стену.
Танец с твирками* — сложный парный танец, требующий большой слаженности движений и внимательности. В нем целый ряд сложных фигур и перестроений. «Устроить танцы с твирками» — устойчивое выражение, которое означает лишние сложности в каком либо деле.
  
79 глава
 
Практически сразу в палату входит Акар. Удивительно как они не столкнулись. А где же Тарош? Его с ним нет.
— Ты оказываешь удивительное воздействие на девушек, Дарк. Эту до слез довел. Страшно к тебе Сашу допускать. Итак, волновалась за тебя, что не ела ничего, заставлять приходилось, — с лукавой усмешкой произносит ученый.
Что он такое несет? Ну, волновалась я, конечно, но в его интерпретации можно подумать, я прямо с ума сходила от переживаний.
А вот Даркоша эти слова буквально потрясают. Он весь подается вперед и нетерпеливым взглядом впивается в Акара.
— Она волновалась? Ты не шутишь?
— Стал бы я шутить о таком? — хмыкает он, что-то опять настраивая в своих приборах.
— Волновалась и сильно. И вытаскивал я тебя из тиши с ее помощью. Хорошая девочка, не упусти ее.
О чем это он? Вот ведь провокатор! Знает же, что я это все слышу.
— Саша приходила сюда? Она что-нибудь говорила… обо мне? — последние слова я услышала с большим трудом, настолько тихо он их произнес.
— Нет, ничего особенного она не говорила, — отвечает Акар, и я замечаю, как мрачнеет его пациент. — Плакала только от переживаний, когда тебя увидела.