Самая слабая особь (СИ)

Тарош подтвердил, что они сейчас проводят дополнительные проверки всех причастных сотрудников к этому делу, на всякий случай. Пока все чисто. Основная версия того, как правда об экспериментах Хорса стала доступна, совсем иная. И она связана с тем маньяком, что слал мне странные пугающие послания. Они его все-таки вычислили.
Новость, которая по-настоящему шокирует. Готовы? Барабанная дробь…
Это, почти со стопроцентной точностью, брат Хорса. Тот, кому он отсылал все копии своих отчетов и записей. Это стало известно из его расшифрованных дневников. Доверял, судя по всему или никакой другой кандидатуры больше не было. Брата зовут Акер Икт. Он наемник. Одиночка. Один из тех, кто берется за любую грязную работу, лишь бы за нее платили. К научной сфере не имеет совершенно никакого отношения. Интересно как это так получилось?
Узнав о смерти брата, он, скорее всего, решил подзаработать на его записях. А вот зачем он меня преследовал — это даже раянцы не смогли выяснить. Отомстить что ли хотел? Странный тип. Хорошо, что его вычислили и теперь пытаются незаметно к нему подобраться. Надеюсь, эта часть операции пройдет успешно.
Мы еще немного поговорили о самом разном. Тарош сказал, что хочет увезти меня на пару дней к морю, чтобы я восстановила свои силы и немного пришла в себя после всех своих приключений. Про его горящие предвкушением этого события голодные глаза я лучше умолчу. И так ясно на что он надеется. И думаю, я теперь буду надеятся не меньше. Говорила уже, что фантазия у меня богатая…
Пообещал мне к вечеру новый аук, взамен утраченного, после нашего варварского с ним обращения. Естественно, я сразу поинтересовалась состоянием Даркоша. Оказывается, он уже пару раз приходил в себя, но совсем ненадолго. Затем опять проваливался в беспамятство. Но Акар уверен, что он усиленно идет на поправку и скоро очнется уже по-настоящему. То-то его поклонница обрадуется, почему-то с досадой подумалось мне.
Тарош отвлекается на входящий вызов и, прочитав короткое послание, поднимается со своего места.
— Акар нас ждет. Ты не передумала?
— Нет, — я действительно полна уверенности в правильности своего решения. Мне необходимо это знать. Иначе когда-нибудь кто-то сможет использовать это против меня, как тот отмороженный брат Хорса.
Поднимаюсь вслед за ним и направляюсь к двери.
Дор Абаш ждет нас совсем не там где я себе представляла. Я-то думала мы опять пойдем в палату к Даркошу, где он поместил кучу своей аппаратуры и устроил себе неофициальную лабораторию. Надеялась еще раз навестить своего спасителя и, стыдно в этом признаваться, краем глаза подсмотреть за раянкой, что ему симпатизирует. Интересно, какая она? Симпатичная или не очень? Молодая или в возрасте? Оценить степень ее привязанности к Даркошу и, возможно, тогда отпустить эту ситуацию со спокойной душой.
Так вот, пришли мы совсем в другое помещение. Небольшая комнатка, просто заваленная оборудованием. Здесь его даже больше, чем в палате у Даркоша. Теперь я понимаю, где главная берлога нашего ученого. Вот она. Огромная проекция во всю стену с непонятными символами, графиками и диаграмами. Чем-то напомнило мне лабораторию Хорса, даже с шага немного сбилась и пульс сразу ускорился. Это не проходит незамеченным для моейго заботливого жениха.
— Ты в порядке? — уточняет он, нахмурясь.
— Да. Волнуюсь немного.
— А, Тарош, Саша, проходите, проходите… Я вас ждал, — замечает нас ученый.
— Присаживайтесь, — широким жестом указывает он на огромное ложе, под стать своему хозяину. Радует, что оно заправлено, поэтому смело опускаюсь на краешек. Тарош располагается рядом, вплотную ко мне. Берет за руку, переплетая наши пальцы и ободряюще сжимает. Здесь он, похоже, решил не таится. Значит, доверяет своему бывшему учителю. Попробую и я…
— Выкладывайте уже, с чем пришли. Ясно же, что не мою просьбу ты исполняешь с такой поспешностью, Тарош, — добродушно усмехается Акар.
— Я бы хотела ознакомиться с записями, что вел Хорс Икт. Теми, что касаются меня, — озвучиваю я свою просьбу с молчаливого согласия каира.
 
Акар как-то задумчиво хмыкает и говорит:
— Знаешь, а я не удивлен, девочка, что ты об этом решила попросить. Сразу почувствовал в тебе стержень, что никто не смог согнуть под себя. Правильно мыслишь. Тебе это важно сейчас узнать.
Я нервно облизываю пересохшие губы. Что же там такого Хорс наворотил с моим организмом? Насколько шокирующая правда меня ждет?
— Ты ведь ознакомился уже с записями и сделал свои выводы? Может, будет проще, если ты расскажешь все Саше понятным языком? А то в этих ваших формулировках разбираться, как через астероидное поле корабль вести. Долго и муторно, — решает вмешаться Тарош.
— Ну как? Меня послушаешь или будешь сама разбираться? — пытливо смотрит на меня Акар.
— Я лучше послушаю, — отвечаю торопливо.
Кто его знает, сколько я буду в тех записях ковыряться? Моих знаний точно не хватит разобраться в них быстро.
— Хорошо. Сильно переживать по этому поводу тебе не стоит, — заметив мое волнение, отвечает Акар.
— Если что и изменилось, то в лучшую сторону, чем было изначально, — окинув меня задумчивым взглядом, продолжает он.
— А что изменилось, — севшим голосом уточняю я.
— Ну вот, для примера. Подскажи, на твоей планете ведь меньшая продолжительность жизни, чем у нас.
— Да… редко кто до ста лет доживает, — вскидываю испуганные глаза на Тароша. Как-то об этом я совсем не подумала. Получается, он намного меня переживет? Руки каира обхватывают меня в защитном жесте и прижимают к себе. Крепко, не оторвешь.
Рано я испугалась, Акар, улыбнувшись, пару секунд полюбовался нашей парочкой и продолжил:
— Так вот, теперь про это можешь забыть. Видимо, у тебя в геном были встроены некие сдерживающие блок-программы. Уж не знаю кем и зачем они были добавлены, но от этого факта не отвернешься. В данный момент их нет. Скорее всего, капсула посчитала это дефектом, который следует устранить.
— И сколько я проживу теперь?
— От тебя зависит. А если серьезно, то уж точно не меньше всех остальных рас. Думаю, рубеж в двести пятьдесят лет точно перемахнешь.
— А что еще? — я не знала, как подобраться к вопросу, который меня беспокоил уже очень долгое время.
— Еще… Можно сказать, что твой организм максимально приблизили к идеальной форме. Обновили, усилили, омолодили. Впрочем, ты и сама про это знаешь. Никаких чуждых надстроек или вставок я не заметил, и в записях этого тоже нет.
— А его последний эксперимент? — осторожно интересуюсь, боясь ответа.
— Последний? Что тебя интересует, можешь уточнить? — озадаченно смотрит Акар.
— Он делал мне инъекции, — тихо начинаю свой рассказ, и Тарош прижимает меня еще крепче. — Инъекции препаратом Ксомитализором. Это стимулятор женских гормонов. Что-то хотел потом испытывать. Я не знаю что… — горло сводит от нахлынувших воспоминаний. Не могу дальше говорить.
— Про этот эксперимент нет никаких упоминаний. Наверно, он не успел их внести в общую базу со своего личного кома. Но в любом случае, не волнуйся. Никаких изменений в твоей репродуктивной системе я не обнаружил.
Облегченно выдыхаю.
— Он догадывался, кем является Саша? Это есть в его записях? — задает вопрос Тарош.
— Да, догадки были, но он копал не в том направлении. Почему-то решил, что это просто удачная комбинация генов и хотел ее изучить досконально и по возможности повторить.
— Я хотела еще кое-что узнать, — набираюсь смелости я. — Он применял какие-нибудь успокоительные или подавляющие препараты? Просто я очень хорошо помню, как хреново было вначале, а потом словно отупление какое накатило и безразличие ко всему. Даже сны сниться перестали. Я себя словно вне своего тела ощущала. Слишком спокойно и отстраненно. И потом тоже долго это состояние держалось. Только очень яркие эмоции иногда прорывались.
— Хмм… Не знаю как тебе сказать, но кое-какое воздействие было, — отвечает мне Акар с тяжелым вздохом. Только это не препарат. Видишь ли, судя по его записям, ему приходилось часто менять подопытных для этого проекта. И многие гибли не в процессе экспериментов, — осторожно подводит меня к нужным выводам он.