Самая слабая особь (СИ)

— Спящий красавец наш проснулся. Идем скорее, пока он палату не разгромил от расстройства.
— Кто? — сначала не понимаю его.
— Тарош, — кратко отвечают мне и буквально дергают за руку, увлекая к выходу.
Мы почти бежим, точнее я бегу, а Акар идет быстрым шагом. Опять мелькают полупустые коридоры. Я не понимаю такой спешки. Ну, проснулся каир и что? Чем он может быть так расстроен? Моим самовольным уходом? Вполне может быть…
Но палату-то громить зачем? Одни вопросы опять…
Дверь почему-то открыта. Полностью. Из палаты слышатся чьи-то голоса. Они спорят о чем-то на повышенных тонах. Акар притормаживает перед входом и аккуратно подпихивает меня вперед перед собой. Так и входим.
Далее следует немая сцена. Тарош смотрит на меня, я на него. Не расстроен. Нет. Скорее в тихом бешенстве. Вот и делись потом подушкой с правителями. Тут же замечаю взбудораженного чем-то Шрама и какую-то раянку в костюме медика. Значит, это ее визгливый голос я только что слышала.
Тарош медленно прикрывает глаза, тяжело выдыхает. Затем опять смотрит на меня и в его взгляде столько облегчения и неподдельного беспокойства, что хочется его немедленно обнять, чтобы унять эту тревогу. Вот как он это делает?
— Исса Алес, вам нельзя покидать свой отсек до полного восстановления и разрешения наблюдающего вас специалиста, — нарушает наши переглядки скандальная девица. К каиру ноль почтения. Значит, действительно, он здесь инкогнито. Или я чего-то не знаю?
— Не волнуйтесь, уважаемая дар Онис, исса была со мной, — решает вмешаться Акар. Зря он это сделал. Во взгляде правителя опять вырастает лед и появляются кровожадные искры. Я так и не могу оторвать от него свой взгляд, словно он примагничен. Смотрю и смотрю в сияющую синевой бездну, утопая без всякой воды. Мы не сказали друг другу еще ни слова, а, кажется, уже стольким смогли поделиться просто через глаза.
«Почему ушла? Я так беспокоился. С тобой точно все в порядке?» — ощупывает он меня своим взглядом.
«Я сожалею, но это было важно, прости. Со мной все хорошо. Не волнуйся» — безмолвно отвечаю я.
— Я думаю, нам стоит вместе поискать Шона дор Патса. Это ведь он наблюдает иссу? Передадим, что его пациентка очнулась и требует срочного осмотра — быстро соориентировался Шрам. — Пойдемте, я вам с удовольствием помогу, — увлекает он сопротивляющуюся даму к выходу и незаметно подмигивает мне, проходя мимо.
— Акар, — почти рычит Тарош, едва за парочкой закрывается дверь. — Я же запретил тебе подходить к Саше со своими бредовыми идеями.
Он стремительно приближается ко мне, приседает на корточки и обхватывает мои плечи своими широкими ладонями.
— Как ты? — совсем другим тоном задает он мне вопрос.
— Нормально, — отвечаю максимально честно. — Не злись на Акара, он, правда, хотел помочь. И у нас получилось, Даркошу стало значительно лучше, — решаю поделиться нашими успехами. Может это его успокоит и примирит с нашей отлучкой. Ошиблась.
Руки на плечах резко напряглись, впиваясь почти до боли. Тарош сжал зубы так, что заходили желваки на скулах. Он выпрямляется, прижимая меня к себе еще крепче, словно хочет спрятать от всего мира.
— Ты посмел подвергнуть ее такой опасности после всего, что случилось? После моего прямого запрета? — чувствую, что он явно сдерживается, боясь меня напугать, и не понимаю его злости. Все же хорошо закончилось. И не стал бы Акар подвергать меня такому риску. Или стал бы?
— Тарош, остынь, — вяло отмахивается ученый, устало опускаясь на знакомую кушетку. — Я проверил все тысячу раз. Саше абсолютно ничего не угрожало. И согласись, результат того стоил. Даркош идет на поправку. Мы доказали мою теорию на практике. Девочка просто чудо чудное какое-то. Такие возможности теперь открываются…
Так. А вот с этого места поподробнее. Я навострила ушки, но Тарош решил обломать мне все.
— Никаких больше экспериментов с участием Саши, — жестко отрезает каир.
— Тарош… — хмурится Акар.
— А у меня не хотите спросить? — громко возмущаюсь я откуда-то из подмышки правителя, ожесточенно сражаясь с крепкой мужской хваткой.
 
Хватит уже меня тискать! Чувствую, назрел серьезный разговор между нами. И я не выпущу этих заговорщиков из комнаты пока не получу ответы на все свои вопросы. А их у меня накопилось немало.
  
71 глава
 
— Вам не кажется, что пора мне все рассказать. И про Изначальных, и про ваш шерхов хилам и про все остальное. Не люблю, когда меня используют в слепую, — зло выпаливаю я, едва вывернувшись из крепких объятий каира и отступив на пару шагов для верности.
Надоело! Вот надоело и все. У меня тоже есть предел. И сейчас он, похоже, настал. Я зла и растеряна. Не знаю чего больше.
— Саша, успокойся, пожалуйста, — умиротворяюще просит Тарош.
— Нет, не успокоюсь, пока не получу ответы на свои вопросы, — упрямо мотаю головой.
Справа раздаются глухие гулкие удары. Поворачиваю голову. Акар улыбается и еще несколько бьет себя кулаком в грудь, выражая свое одобрение.*
— Девочка права, — неожиданно решил он меня поддержать. — Давно уже стоило ее просветить относительно всего. Тем более это напрямую и ее касается. Теперь-то уж точно…
Мы оба с ожиданием смотрим на Тароша. Что он решит? Тот как-то расстерянно ерошит свои волосы (кого-то мне это напоминает) и, решительно сжав губы, выдает ответ:
— Хорошо, — делает паузу и добавляет устало, — Саша, не думай, что мы пытались в чем-то тебя обмануть. Я планировал этот разговор. Правда, не думал, что он состоится в таких условиях.
Он приглашающе указывает на кровать. Сидячих мест больше не осталось. Акар оккупировал всю кушетку, вольготно вытянув на ней ноги. Похоже, кто-то ждет зрелища. Сам каир пристроился на единственном стуле, возле кровати. Ну, что ж, послушаем…
Осторожно опускаюсь на предложенное место и готовлюсь внимать.
— Я думаю, стоит начать с самого начала? Что ты знаешь про Изначальных, Саша? — озадачивает меня Акар.
— Мало, — со вздохом признаюсь в своем неведении.
— Не переживай, ты относишься к большинству, — криво улыбается Тарош. Мало кто сейчас интересуется такой древностью. На Лайса не смотри, он помешан на древней истории. Вот и попал в переделку из-за своей чрезмерной увлеченности.
— А что с ним случилось, там? Он рассказывал? — вспоминаю о том, что из-за проблем с Даркошем еще не интересовалась этим вопросом, да и его самого так и не навестила. Неудобно как…
— Рассказывал. Вот только ответ на главный вопрос мы так и не получили. Помнит как, следуя какой-то древней карте, нашел ориентир в горах. Потом следовал описанному маршруту. Дальше туман и обрыв воспоминаний.
— А женщину он видел? — не удерживаюсь я. Вот всегда знала, что язык мой враг.
— Какую женщину? — тут же весь подбирается Тарош. Ага, хитренький, знаю я эти уловки.
— Нет уж, сначала ваша очередь, — напоминаю я.
Акар смеется, опять гулко хлопая себя в грудь.
— Хороша, малышка! Идет к цели, не сворачивая!
Заметила, что после эксперимента, он вообще подозрительно довольным выглядит. Все время улыбается. А вот Тарош хмурится опять.
— Изначальные… — решаю вернуть наш разговор в продуктивное русло.
— Да… Изначальные. Так вот, если вкратце, то, когда Древние очень давно посетили этот уголок вселенной, он был необитаем. Древние решили исправить это упущение и создали Изначальных — первую расу, которая должна была, размножась, заселить пригодные для жизни планеты. Но климат и условия на каждой планете были различны. Древние учли этот фактор, поэтому геном Изначальных был запрограмирован на большую вариативность и высокую приспособляемость к окружающей среде. Они были вольны менять свой геном самостоятельно, создавая новые расы, для колонизации самых разных звездных систем. Древние позаботились о своих подопечных, перед тем как покинули их, и подарили Изначальным искуственно созданную для них планету. Планету с идеальным климатом и комфортной средой обитания. Но самый главный подарок — это расположенные там Купели с редким минералом, который реагировал на мысленные приказы своих хозяев. Купели Изначальных… — он делает паузу, многозначительно глядя в мою сторону.