Самая слабая особь (СИ)

— Что я должна буду сделать? — осторожно спрашиваю, надеясь потянуть время.
— О, ничего сложного. Просто кое-что спрятать в доме твоей начальницы. У тебя ведь есть допуск в ее апартаменты?
— А что будет, если я откажусь?
— Я же сказал, это сделает кто-то другой, — равнодушно бросает кади, — А вот у тебя будут серьезные неприятности. Ты ведь слышала про тайшим?
Сердце в испуге ухнуло прямо в желудок. Конечно, я слышала про эту наркоту. Даже пробовала. Хорс давал. Отходила тогда от нее двое суток и еще неделю снились странные сны.
— Как ты думаешь, что с тобой сделают, если найдут его в твоей комнате? — Азур говорит это, а его руки спускаются по моей талии вниз. Вжимаются в ягодицы до боли, чтобы затем резко притянуть меня вплотную к своему телу.
— Тебе будет обеспечена пожизненная каторга, на каком-то дальнем астероиде, а вот репутация твоей подружки окажется серьезно подмочена. И я этим воспользуюсь. Можешь не сомневаться. Как воспользуюсь тобой, прежде чем сдам тебя властям. Так давно хочу этого… А ты, дрянь такая, даже взглядом не удостаивала. Как будто я пустое место. Но теперь я свое получу…Ты еще пожалеешь, что отталкивала меня…
Он горячо шепчет мне в ухо какой-то бред, покрывает шею и лицо жалящими поцелуями и грубо трется об меня своим внушительным бугром, прижимая к себе все теснее. А у меня волосы по всему телу встают дыбом от катастрофичности и безвыходности ситуации, в которую я попала по своей же глупости.
Дура! Идиотка! Ругаю, я себя в голове, а сама едва сдерживаю рвотные позывы от похотливых маневров кади.
Его прервали… Когда он уже практически потерял контроль, а я готовилась к самому худшему, аук на руке кади раздражающе громко пищит от входящего вызова.
В глаза Азура возвращается осмысленное выражение. Он зло сжимает губы и отбрасывает меня опять в руки своей охраны. Отходит в дальний угол и разражено жмет на аук, устанавливая связь. Я не вижу, с кем он говорит, но вижу, как меняются эмоции на его лице. Злость, напряжение, сосредоточенность и досада. Закончив разговор, кади задумчиво стоит несколько секунд. Потом срывается с места, цепляет со столика странный браслет и приближается ко мне.
— Знаешь что это? — издевательски кривит губы он.
— Понятия не имею, — храбрюсь я. Только не показывать ему свой страх. По опыту с Хорсом, знаю, что так будет только хуже.
— Полезная вещичка… в определенных ситуациях.
Он цепляет браслет мне на запястье и что-то в нем регулирует. Тот плотно обхватывает мне руку. Так, что не сдвинуть, и я чувствую, как вену протыкает сразу несколько игл.
— Только дернешься куда-то или сделаешь, что мне не понравится, и я введу знакомое тебе вещество. Уверен тебе понравится… — он безумно улыбается, но глаза остаются холодными, как у ядовитой змеи.
— Ссалем, выдвигаемся. Эта сучка подключила все свои связи и обхитрила нас. Будем искать другую альтернативу, — это уже командиру своей охраны, — Подружку берем с собой. Думаю еще пригодится…
Мое безвольное тельце подхватывают под руки сразу два охранника и тянут к выходу.
  
26 глава
 
Меня тащат к лифту. Кади с остальными двигается чуть позади, чтобы держать меня в поле своего зрения. Всей толпой вваливаемся в лифт, он здесь просто нереально вместительный. Кади выбирает последний сто двадцатый этаж. Лифт устремляется вверх. Значит, полетим на мобиле. Странно. Думала, подземку выберет для скрытности. Браслет со впившимися иглами ужасно отвлекает, как и пальцы охранников до хруста сжимающие мои плечи. У меня совсем не остается времени что-то придумать, как выпутаться из той паутины, что оплел меня Хафиди. Чертов паук!
Он не спускает с меня глаз, и выражение, затаившееся в глубине его вытянутых зрачков, мне совершенно не нравится. Глаза выхватывают бегущую строку порядковых номеров проносящихся этажей. Семьдесят шестой, семьдесят седьмой, семьдесят восьмой… Сменяющиеся цифры гипнотизируют. Я не могу оторвать взгляд от них. В голове нет ни одной мысли. Только обратный отсчет, сколько мне осталось до точки не возврата. Почему-то появляется стойкое ощущение, что как только двери мобиля закроются за нами, это будет означать мой конец…
 
На восемьдесят девятом этаже лифт неожиданно замедляется и останавливается. Похоже, к нам сейчас кто-то присоединится. Руки охранников на моих плечах сжались еще сильнее. Хотя куда уж больше? Итак, все онемело до локтя. Невольно поморщилась от боли и не сразу заметила, кто вошел в лифт. За спинами остальных все равно ничего не видно.
Сердце неожиданно ускорило свой ритм. Гулкие удары отдаются в ушах, оглушая и дезориентируя. Заторможено замечаю, что хватка на моих плечах ослабла, а затем и вовсе пропала. Рядом со мной что-то оглушительно падает, и я подпрыгиваю от испуга. С изумлением взираю на, распростертые вокруг, тела моих пленителей. Первыми рухнули те, что рядом со мной, а затем и остальные посыпались, как костяшки домино. Последними, открывая мне обзор, упали к моим ногам Хафиди и командир его охраны. Кто же их так приложил и чем?
Ответ прямо передо мной, и я от него не в восторге. Вот, что за карма у меня такая — быть спасенной очередным раянцем? Причем, тем самым, с приема.
А нет, ошибочка вышла. Спасение не засчитывается. Чертов кади, видимо, успел активировать браслет, и мое запястье прошила острая боль от впрыскиваемой дозы наркотика. Тело сразу ослабло и с облегчением пристроилось на одном из валявшихся тел охранников. Удобно, однако. Хоть об пол головой не стукнулась.
Затуманенным взглядом наблюдаю, как мой спаситель смазанным движением оказывается рядом со мной. Наклоняется и с тревогой заглядывает мне в глаза. Он что-то говорит, его губы шевелятся. Вот только оглушительный звон в ушах мешает мне что-либо разобрать. Я сама пытаюсь все объяснить, но язык словно онемел и ворочается еле-еле. Перед глазами все плывет и вот, я уже вижу лишь силуэты. А потом и вовсе все скрывается за радужными кругами. Сердце стучит как бешенное. Еще немного и оно вырвется из груди. Ускользающим сознанием отмечаю, что доза препарата, была слишком большой для меня. Наверное, это конец… Агония все ближе… Я уже просто задыхаюсь, чувствуя, как легкие сдавливает спазмом…
Внезапно становится легче, будто кто-то резко повернул переключатель со слова смерть в сторону жизни. В груди растекается приятное тепло, а сердце больше не грозит пробить мне ребра. С облегчением вздыхаю и уплываю в темноту. Пусть дальше разбираются без меня.
Просыпаюсь и не понимаю, что из привидевшегося сон, а что явь. Безумная картинка моих последних видений стоит перед глазами. Будто я бреду сквозь лес из красных рук, и все они тянутся ко мне. Бррр… Жуть…
Я-то проснулась, а вот память не просыпается. Оглядываюсь, пытаясь понять, где я. Хмм… Место незнакомое, больше похожее на каюту. Аскетичная обстановка, ничего лишнего. Светло-голубые тона. Нет, я точно здесь никогда не была. Где же это я?
Словно по моему запросу, боковая дверь уходит в стену, и я вижу хозяина апартаментов. Воспоминания накатывают лавиной, вызывая острые прострелы в висках. Я вынужденно прикрываю глаза и пытаюсь ладонями унять боль, растирая проблемные точки.
Мои ладони накрывают чужие теплые руки. Я поднимаю глаза. Мой спаситель улыбается и протягивает мне стакан с какой-то жидкостью.
— Ты очнулась, — констатирует он, — Я думал, что ты до Рая проваляешься. Сейчас станет легче. Выпей это.
Молча, беру стакан. Отказываться смысла нет. В горле словно наждачкой поработали. Пью медленными глотками, а сама в это время разглядываю раянца. На приеме и в лифте было не до этого. Только сейчас понимаю, насколько он молод. Кажется не старше меня, а может и младше. Кто их разберет этих пришельцев. Живут-то тут побольше нашего. До двух сотен точно доживают. А есть индивидуумы, что и до трех сотен дотягивают. Но взросление происходит почти как на Земле, только период зрелости растянут по времени.
Раянец опять улыбается, делая заметными ямочки на щеках. Совсем мальчишка, если честно, особенно в сравнении с уже знакомыми мне Шрамом или Ашером. Как же он уложил Хафиди и всю его охрану? Хафиди! Точно! Надо же Нэю предупредить об этой твари ползучей! Так стоп. Что он там сказал про Рай?