Развод. Одинока. Свободна. Ничья? (СИ)
— Во-о-от, это уже более логичный разговор, — видимо, он решает, что я согласилась. — Мы вам всё объясним. В рамках разумного, конечно. Где найти, кому прислать, что там должно быть написано... Так что, вы согласны?
— А я возьму и расскажу Руслану, какие за его спиной делишки происходят!
— Тогда я не смогу гарантировать, что вы не сядете вместе с ним. Потому что если у нас этих документов не будет, Алиев, вероятно, вместо высокого кресла в госструктурах разместится в скором времени на нарах. Вы пойдете, как соучастница!
Что за бред?!
Выскакиваю из машины.
Он кричит вслед:
— Вы подумайте, Ксения! Я вам позвоню! И не стоит о нашем разговоре рассказывать Руслану. Помните, что мы просто проверяем его на соответствие и пытаемся помочь, в первую очередь ему самому. Потому что под него роет фсбэшники, а мы хотим прикрыть нашего человека. Если он узнает, может занервничать, глупостей наделать...Подумайте! Я вам сейчас сброшу свой номер...
Ага! Прям сейчас подумаю!
Набираю Руслана.
— Ну, и где ты? В школе уже свет погас везде! — недовольно.
— Руслан я за городом. Сейчас адрес пришлю. Я всё объясню. Ты заберешь меня?
— Давай адрес...
40 глава. Я не хочу бурю
Ещё совсем недавно я думала, что уже научилась его понимать. Что чувствую его эмоции, что даже в какой-то степени способна влиять на них!
Но вот я сажусь в машину вперёд, на пассажирское и... Он молчит.
Борис уже орал бы на его месте. Хотя... Борис не очень-то интересовался моей жизнью. Наверное, и не заметил бы, что я задержалась после работы. Если, конечно, не нужно было бы накрыть стол для его гостей...
Мне начинать оправдываться?
Или что?
Хотя! С чего бы это вдруг?
Я ничего плохого не делала! Я работала! Я ж не думала, что Темнейшество снизойдет до того, чтобы приехать за мной в школу!
А вот ведь снизошел...
Смотрит строго на дорогу. На меня ни взгляда.
И вот я уже немного ощущаю что-то такое... как приближение грозы — когда в природе всё замирает перед бурей! Я не хочу бурю! Мне очень нравилось то, что было до этого.
Что сказать?
Уже можно начинать оправдываться?
Вот ведь тяжёлый человек! Такой тяжёлый, что я всё никак начать говорить не могу! Не знаю даже, с чего!
Смотрю сбоку.
Лицо — каменная маска. Глаза смотрят из-под недовольного прищура. Кажется, если он сейчас бросит на меня взгляд, я точно порежусь о сталь. На скулах время от времени играют желваки.
Я его такого даже немного боюсь.
Мысль о том, что я должна сделать, приходит в мою голову неожиданно.
Торопливо отстегиваюсь, чтобы не передумать.
Становлюсь на колени прямо на своём сиденье.
Он тактильный очень. Его потрогать нужно.
И он растает. Ведь растает же?
Даже не смотрит в мою сторону! Что, не интересно тебе, что я тут творю? Темнейшество, блин, бесчувственное!
— Останови! — командую, мгновенно ощущая, как эпицентр бури из какой-то близкой, но находящейся пока не здесь точки, мгновенно смещается в центр салона машины.
— Зачем?
— Надо!
Съезжает на обочину. Останавливается.
Встаю на колени. Поворачиваюсь в его сторону.
Протягиваю руку.
Мамочки! Когда я это придумала, мне казалось, что всё так просто — руку протянула, погладила и нет проблем. И он, конечно, сразу растает, да, Ксюша?
А вот... Боюсь! Вдруг отбросит мою ладонь, не дав даже коснуться себя? Вдруг заорет что-то типа: "Не трогай меня!"
Я не хочу, чтобы орал. Я не хочу, чтобы... Я боюсь, что то, что было вчера, будет испорчено и не повторится больше никогда!
Так и зависаю. Как дурочка. С протянутой рукой. На коленях. Голова макушкой в крышу упирается. Что делать? Как из этого выплывать теперь? Как обратно отмотать и просто молча ехать до дома?
А вдруг... Вдруг правда то, что он свою жену убил? Вдруг он, на самом деле, подвержен таким припадкам ярости? Проблемы со здоровьем у него ведь точно есть! А поход в больницу он перенёс на понедельник...
— Скажи мне, что там не другой мужчина, — вдруг произносит он первый. И это как-то так звучит. Зло, отрывисто, но при этом и неожиданно больно...
— Где это "там"? — туплю от неожиданности я. — А-а-а! Там?
Машу рукой себе за спину.
Разум подсказывает, что шутить с этим мужчиной именно сейчас не стоит! И даже не просто не стоит, а опасно, противопоказано, НЕЛЬЗЯ! А дурной язык уже выдает шуточку:
— Там было целых два мужчины!
Он замирает. И очень медленно поворачивает голову в мою сторону. И вот я лицезрею грозу! Она буквально над моей головой! Я явственно вижу яркие всполохи в глазах Руслана! И если молния сейчас шандарахнет, то прямо мне в голову!
— Одному пятнадцать, второму скоро семьдесят! — выпаливаю я. — Оба не в моем вкусе.
Сидим. Смотрим друг на друга.
О чем он думает? В его глазах я вообще ничего прочитать не могу!
— И что ты с ними делала? — все также холодно и сердито.
— С первым учила правила русского языка. Со вторым, правда, успела чаю попить, пока тебя ждала.
Был, правда, ещё и третий, но... Тут хоть бы для начала насчет первых двух оправдаться. А там, попозже, может и до третьего дойдет. Но третий так-то вообще от меня никак не зависел! Я с ним общаться не желала!
— Почему не сообщила мне, где будешь?
Ну вот! Ну, наглость же! Я с чего вообще должна сообщать? Ты мне кто? Муж?
Но говорю почему-то другое. Вообще бред несу. Из тех своих фантазий, которые неуместно придумывала на занятии с Серёжей.
— Соскучился по мне?
— Что? — мой вопрос, кажется, сбивает его с толку.
— Я вот по тебе соскучилась.
Рука протягивается в его сторону сама.
А я с ужасом смотрю на неё в ожидании, что все-таки сейчас шандарахнет молнией!
Но... Пальцы касаются его небритой щеки. И... ничего не происходит!
Хотя, конечно, кое-что происходит все-таки.
Он медленно моргает. И выдыхает.
Уже без опаски тянусь к нему, касаясь губами виска.
— Бури не будет? Я бурю не хочу, — шепчу ему на ухо.
Сильные руки, обхватив за талию, очень ловко втягивают меня к нему на колени.
Не могу сдержать довольный смех!
Не будет никакой бури!
И он нормальный! Он вообще самый лучший! Да, мы пока еще просто мало друг друга знаем. Но это быстро пройдет. Немного ласки и дикий зверь станет домашним! И ничего это не самоуверенно!
— Буря будет, Ксения! — говорит строго. Но руки гладят мою спину в противовес тону голоса, ласково, нежно. А потом горячо сжимаются на ягодицах! — Обязательно. А в следующий раз будет целый ураган. Скажи мне, будет еще один такой следующий раз?
— Не будет! Не будет никакого следующего раза!
Целую его первой...
41 глава. Что я хочу услышать
— Руслан, под тебя копают. И серьезно. Если уже на меня вышли, то значит, пробивают все твое окружение.
— Я так понимаю, старый губернатор теряет позиции перед новыми выборами.
— Правильно понимаешь. Нам нужно поддержать нашего человека. Тогда и насчет тебя планы не будут меняться.
Политика явно не моё.
Но я никогда не был бизнесменом сам по себе. Я — часть крупной сети, целого конгломерата, который создали мои соотечественники и близкие им люди.
И есть люди, стоящие на этой лестнице власти гораздо, гораздо выше меня.
И когда мне сказали, что нужно будет занять одно важное кресло в комитете по жилищному строительству, я не отказывался. Зачем? Если решили именно мне предложить, значит, во мне увидели перспективы. А моя компания так и будет подчиняться мне, даже несмотря на то, что её придется переоформить на другого человека...
С одной стороны, хорошо быть частью чего-то большого, сильного — тут тебе и поддержка, и определённого рода забота, и защита.
С другой... С другой, если ты где-то даешь слабину, то не жди, что это будут постоянно прощать. Да, помогут, да, поддержат. Подождут. А дальше могут и заменить на кого-то более удачливого. Но, конечно, ни при каком раскладе в бедности меня не оставят...