Развод. Одинока. Свободна. Ничья? (СИ)

Господи! Мы в дорогущем ресторане! Там, в десяти метрах, десятки людей, да ещё каких людей! Там Борис, в конце концов! А я тут, у стеночки, зажимаюсь с этим страшным человеком! И, самое жуткое, не могу найти в себе силы, чтобы это прекратить!
И сюда в любую секунду может кто-нибудь войти!
Проводит по ноге, нащупывая резинку чулок.
Резко задрав подол моего платья, просовывает руку между сжатых бёдер, большим пальцем через трусы поглаживая лобок! С рычанием кусает ухо, шею. Я вся в мурашках от этих несдержанных укусов!
  
В бедро толкается его твёрдый член...
— А-а-а! — словно через слой ваты слышу свой стон. Ксюша, да он же тебя здесь сейчас трахнет! И как после этого ты выйдешь к людям? Они же всё поймут!
Но его ладонь трогает меня там, прижимая к телу мокрую ткань трусиков. И мои колени слабеют.
— Руслан, — шепчу ему хнычущим голосом. Я не знаю, чего выпрашиваю сейчас — то ли продолжения, то ли, чтобы прекратил и не позорил! — Не надо!
Замирает. Медленно убирает руку. Губы ещё некоторое время ласково целуют меня где-то за ушком.
— Блять... Крышу снесло на хер...
Мне, похоже, тоже? Или что это было такое?
Дышим с ним, как спринтеры в конце дистанции.
Дожилась ты, Ксюшенька.
Зато теперь ты в курсе, что такое хотеть мужчину.
Хорошо это или плохо?
С меня словно морок спадает! И я, наконец, смотрю на произошедшее так, как должна!
Что он о себе возомнил? Что вот так может со мной? Захотел — взял?
А-а-а! Точно! Он же Борису за меня заплатил! Решил, что я — его собственность. А не принуждал ни к чему сразу только потому, что... Ну, не знаю, почему! Игры такие у него... Ролевые!
— Никогда больше не трогай меня! Понял? Я тебе не проститутка! — цежу сквозь зубы, поправляя платье.
— Ты думаешь, мне только проститутки дают? — неожиданно оскорбляется он.
Открываю рот, чтобы ответить! Что ответить-то? Что, во-первых, мне не интересно, кто и что там ему даёт! А во-вторых, что я вообще не желаю это обсуждать!
— Тебе ведь понравилось! — усмехается он.
— Нет!
Дернув бровью, шагает на выход.
— Я жду тебя за дверью.
Выдыхаю, когда выходит.
Смотрю на себя в зеркало.
Глаза безумные. Губы опухшие. На щеках румянец.
Дрожащими руками поправляю растрепавшуюся причёску.
Он ненормальный! Сумасшедший!
Зачем здесь? Зачем так? И как много женщин он вот так вот трахал в туалетах!
И самое непонятное и даже страшное... Что стоит только мне закрыть глаза и... Я как будто снова ощущаю всё то, что только что прожила с ним! Низ живота ноет, соски болезненно трутся о гипюр.
И как я поеду сегодня к нему домой? Практически в самое логово к маньяку...
Господи, Ксения! Что такого страшного случится, если ты переспишь с ним? Не сотрешься же! Да и судя по твоей на него реакции, тебе может даже понравиться!
Стоп! Обрываю свои мысли!
Всё так просто, да? Он меня, видимо, не за ту принимает! Потому что я не такая! Я так не могу! Да я его знаю всего-навсего несколько дней! Мы друг другу кто? Мы встречаемся? Мы жених и невеста? Или он изначально привёз меня к себе, желая просто трахнуть? И я, получается, не сдавалась целых два дня... А теперь вот всерьёз подумываю сдаться!
Так! Выбросила все мысли из головы.
Пришла в туалет, чтобы отвлечься и успокоиться. Ну, и вот. Отвлеклась и успокоилась! Так успокоилась, что ещё хуже стало!
Припудриваюсь, поправляю причёску.
Как теперь одной мимо Бориса идти? Темнейшество — предатель, сбежал!
Со страхом выглядываю из-за двери.
Натыкаюсь взглядом на его широкую спину.
Он меня ждёт! От осознания этого неожиданного факта даже злость на него немного притупляется.
Робко выхожу, не зная, что говорить и как теперь быть.
— Извини. Такое больше не повторится, — произносит холодно и практически без эмоций, подставляя мне локоть.
Ага! Не повторится! Вчера вообще-то было тоже самое в кухне. Сегодня вот — в туалете даже! Завтра что нас ждёт?
Сколько там мне нужно продержаться? Три месяца?
— А это что вообще было? — притворно улыбаюсь ему, потому что мы выходим в зал. — Темперамент такой восточный? Ты так со всеми женщинами делаешь?
— Меня раздражает, что эти все мудаки, — с притворно любезной улыбкой обводит зал взглядом. — На тебя пялятся. Если бы ты была моя, я бы, наверное, успокоился. Но ты же не моя...
Это — средневековые замашки какие-то, вот честно! Но... Что-то в этом есть...
  
21 глава. Пустые разговоры
 
— Надо же, мы имеем честь сегодня лицезреть невесту самого Руслана Алиева! Столько лет кто только не пытался занять вакантное место его почившей так трагично жены! А удалось вам, — девушка с белыми волосами и ярко-красными губами протягивает мне бокал шампанского. — Поделитесь тайной, что вы для этого сделали? Продали душу? Приняли ислам?
— Ничего, — встречаюсь взглядом с Темнейшеством, который стоит возле одного из столиков, беседуя с двумя пожилыми мужчинами. Старательно улыбаюсь ему, играя роль влюблённой по уши дурочки — в рамках нашей договорённости, конечно же. — Знаете ли, мой Руслан не любит, чтобы женщина делала первый шаг в отношениях. Он предпочитает сам...
— Да-а-а, — перебивает она, любопытно и одновременно холодно посматривая на меня. — То что он — ярковыраженный альфа-самец, это все знают. Но вот чтобы он вдруг решил жениться на русской!
Пожимаю плечами.
— Просто мы любим друг друга. Любовь способна преодолеть любые преграды.
— Это да, конечно, — задумчиво качает головой. — Позвольте вопрос. Нет, вы не подумайте, что я из любопытства, просто вдруг вы не в курсе... Раз так неожиданно откуда-то появились в его жизни.
Поскольку Темнейшество подробный инструктаж по поводу того, что можно и что нельзя говорить, не провел, то я решаю импровизировать — в конце концов я слишком мало об Алиеве знаю для того, чтобы выдать какую-то важную информацию.
— Задайте, — разрешаю ей, где-то в глубине души чувствуя заранее какой-то подвох — ведь вот нас друг другу никто не представлял, а она подошла ко мне и так настойчиво обсуждает моего "жениха", как будто имеет какой-то личный интерес.
— Он вас уже бил?
— Что? — я даже сначала успеваю подумать, что мне послышалось. По инерции продолжаю играть роль влюблённой дурочки. — Да что за глупости! С чего вы вообще взяли, что он на такое способен!
— Как это с чего? Вы реально не в курсе? Да ладно!
Вопросительно смотрю на неё. Ну, чего тянуть и строить из себя актрису, репетирующую эффектную паузу. Понятно же, что вот именно за этим она и подошла ко мне изначально.
— Серьёзно не знали, что он в припадке ярости, которым подвержен с детства, когда-то избил до полусмерти свою жену. Она потеряла ребёнка и через несколько дней умерла сама.
Открываю и закрываю рот.
Смотрю на Алиева.
Оооох!
Он мог такое сделать?
Нет, ну, раз люди говорят, значит, наверное, мог!
Ужас какой!
Оборачивается, словно чувствует мой взгляд.
Подозрительно сужает глаза, стреляя взглядом в мою собеседницу.
Она машет ему пальчиками. Улыбается так, словно мы сейчас вовсе не эти страшные подробности из жизни Алиева обсуждаем, а делимся друг с другом рецептом яблочного пирога.
А ведь он, действительно, странный. Вчера вот с рукой у него что-то случилось. И он за мной гнался. И, судя по взгляду, готов был убить за пощёчину. И сегодня...
Но, с другой стороны, убить не убил, да и не пытался даже...
Так. Ладно. Как бы там ни было, ощущения дружеского участия со стороны этой женщины я всё равно не ощущаю. Не с добром она подошла, не с добром...
  
— А вы с чего вдруг так интересуетесь подробностями наших отношений? — усмехаюсь я, пытаясь наездом скрыть какую-то неожиданную неловкость от того, что она поняла — я была не в курсе этой информации! — А, ну, ясно! Вы были одной из тех, кто неудачно пытался занять вакантное место рядом с моим Русланом.