Госпожа Ищейка. Битва за семью (СИ)
Дом де Конти после нашего особняка показался мне маленьким, хотя и был раза в два больше моего прошлого. Но очень уютно! Везде цветы, какие-то милые статуэтки. Картины на стенах дорогими назвать нельзя, только всё равно смотреть на них приятно, так как они гармонируют с интерьером. Ну а обивка мебели и шторы в одной тональности явно указывают, что весь этот уют - дело женских рук. Видимо, Хелен часто бывает в гостях у своего жениха и уже осваивается потихонечку с ролью хозяйки.
Хороший признак. Значит, у молодой пары не просто “конфетно-букетный” период, а уже и бытовые отношения. Раз до сих пор не переругались и остались вместе, значит, нашли компромисс между мужским и женским. Мы с Марко тоже как следует повоевали между собой, когда обустраивали особняк. Хорошо ещё, что с мебелью, благодаря подарку донны Марии Селенской, не пришлось возиться. Но и без неё деловой аскетизм господина Ищейки вошёл в серьёзный конфликт с моим пониманием домашнего уюта. По признанию мужа, это был самый сложный период наших отношений, который мы прошли с честью и несколькими седыми волосками. Тут я с ним полностью согласна.
- Мама, отец, - произнёс Орландо, как только мы появились в комнате. - Разрешите представить моих лучших друзей. Марко и Анна Ищейки.
- Очень приятно. Адамо де Конти, - поднявшись с кресла, коротко кивнул седовласый пожилой мужчина, в котором, несмотря на гражданскую одежду, чувствовалась армейская выправка.
- Виолетта де Конти, - вторила ему очень серьёзная дама.
- Безумно приятно познакомиться с родителями нашего товарища, - с улыбкой ответил Марко. - Для меня честь видеть тех, кто воспитал такого замечательного сына.
- Без сомнения, это так! - не осталась в стороне и я, внимательно разглядывая притихшую и очень бледную Хелен.
Видимо, до нас тут происходил сложный разговор, раз Амстренг испугана и раздражена. Орландо, несмотря на лучезарную улыбку, тоже не источает флюиды своей привычной жизнерадостности.
Вскоре мы расселись за обеденным столом, и началась вежливая, ни к чему не обязывающая болтовня о погоде, политике и прочих вещах, дающих понять собеседников и немного притереться к ним.
- Очень достойная семейная пара получится из Орландо и Хелен, - первой пошла в атаку я, видя, что больше никто не решается начать откровенный разговор.
- Достойная? - скептически хмыкнул господин Адамо. - Я ни в коем случае не хочу очернить сына и его избранницу, но с вами, госпожа Анна, в корне не согласен. Не может стражник достойно представлять свой род, в котором было несколько поколений военных.
- Вы настолько плохого мнения о службе и моральных устоях сына?
- Сын тут ни при чём. Он заявил о себе, как настоящий Конти, проливая кровь за свою Родину и удостоившись чести дать нашей фамилии приставку “де”. Но стража… Каким бы ни был человек, она же как болото! Засасывает, набивает рот грязью, несмотря на прошлые заслуги. Поэтому лучше обходить эту трясину стороной. Орландо совершил огромную глупость, встав в один ряд с пьяницами, бездельниками и мздоимцами. Уж я-то насмотрелся на этих “вояк” не только в родном Месело, но и в других городишках. Только мундир позорят!
- К тому же, - подала голос мать, - офицер, награждённый орденами и медалями из рук самого императора, может украсить не только свою семью, но и род своей жены. Я ничего не имею против Хелен де Амстренг, только её родословная слишком… э-э-э… туманна. А ведь именно семья определяет дальнейшие поступки человека.Так что у нас есть опасения насчёт этого скоропалительного брака. Извините за прямоту, но мы не привыкли скрывать мысли за ширмой из вежливых пустых слов. Честность во всём - отличительная черта де Конти!
Вот те на! А обед-то “жарким” намечается! Ох, не зря Орландо переживал насчёт родителей!
35.
После такого достаточно жёсткого начала откровенного разговора возникла небольшая неловкая пауза. Но Марко сориентировался быстрее меня. Вот что значит несколько лет работы в императорском дворце!
- Мне нравится ваша черта говорить прямо, без лишнего словоблудия, - продолжая вежливо улыбаться, сказал он. - Очень ценю это в людях, так как нечасто встретишь тех, кто не боится своих мыслей. Мы с женой тоже придерживаемся подобного правила, поэтому с уверенностью можем сказать, что вы, господин и госпожа де Конти, несёте откровенную чушь, до конца не разобравшись в ситуации.
- Ну-ка! - с лёгким азартным вызовом произнёс господин Адамо. - Давайте поспорим, раз возможность представилась! И в чём же мы неправы? В том, что стража является сбродом, а не армейским подразделением? Или что в приличных семьях важны не только дети, но и их родители?
- Про семейные дела вам лучше Анна растолкует, а я больше силён в службе. Как вы уже знаете, являюсь пусть и бывшим, но истинным аристократом. И хотя теперь не имею титула, однако всё равно продолжаю работать на благо города и империи.
- Вы, господин Марко, совсем иное дело! Ищейки - это отдельная, очень уважаемая каста служителей порядка. Каждый раз вы сталкиваетесь со смертью и вступаете в борьбу с опасными врагами, словно воины на передовой. А что делает стража? В основном пропивает имперское жалованье и занимается поборами. И дело не в том, что их служба не может быть почётной, а всё из-за того, что в стражу ссылается всякий сброд, неугодный боевым командирам. В результате образовалась порочная система во всех городах, кроме столицы, естественно.
- Золотые слова! - довольно кивнул Марко. - Подписываюсь под каждым из них. Да, система устарела и себя дискредитировала. Но вы, господин Адамо, упускаете одну важную вещь. Это роль личности. И в нашем Борено такая представлена вашим сыном. Орландо, как вы правильно заметили, оказался в настоящей трясине. Но умный не только обходит её. Чтобы не утонуть, есть ещё варианты: осушить болото или проложить через него гать. Правда, для этого требуется характер и сильные моральные устои. Как у нашего капитана! Он за небольшой промежуток времени привёл гарнизон Борено в состояние отличной боеготовности.
- Господин Марко, - скептически ответил Конти-старший. - Вы так говорите, потому что являетесь его другом. Но, к сожалению, подобное невозможно.
- Всё возможно, если подойти с умом, - вклинилась я в спор мужчин. - Готова подтвердить слова мужа. Со своей же стороны хочу заступиться за Хелен.
- Зачем заступаться? Я на неё не нападала и не считаю виновной в том, что она потеряла родителей. Тут готова выразить и искренне выражаю сочувствие, - парировала мать Орландо.
- А я не только про это, госпожа Виолетта. Я готова оспорить ваши слова, что лишь в благополучных семьях с известной хорошей родословной стоит искать жену для вашего сына. Вспомните девушку, которая его предала, как только Орландо из-за ранения не смог построить блестящую карьеру в армии. Вы хотите сказать, что её семья была отвратительной? Вряд ли! Иначе бы вы с ней не общались много лет.
- Да, Анна. Это так. Но подобное можно отнести к исключению. Девушка оказалась хуже своих родителей.
- Я тоже исключение. Простолюдинка, ставшая женой истинного аристократа. Но это не мешает нам с Марко быть счастливыми в браке. И Хелен в этом плане намного благороднее меня по происхождению. Я познакомилась с ней, когда она была выброшена одним мерзавцем на улицу. Без знакомых в Борено, без средств к существованию. Но при этом Хелен не поступилась своей честью, как сделали бы многие девушки из так называемых “приличных” семей.
Она нашла в себе силы стать частью… уважаемой частью нашего общества. Исключительно за счёт ума, порядочности и силы воли, а не постыдных профессий. Это лучше всего характеризует и её воспитание, и личностные качества. И… - сделала я паузу. - А хотите пари? Если выигрываем мы с Марко, то тогда с вас торт из лучшего ресторана Борено. Я вам адрес подскажу.
- И в чём же заключается спор? - заинтересовался отец Орландо таким поворотом событий.