Когда приходит весна (СИ)

 Имей Саюли возможность свободно общаться с драконом, она бы наверняка уже отказалась от встречи, вняв голосу разума. Но подойти к Асабе в любое время Саюли не могла.
 Ей оставалось только тайно наблюдать за чешуйчатым и продолжать молиться Духам, уверяя их в том, что её обещание не было поспешным и необдуманным.
  
 Впрочем, это был не единственный повод для волнений.
 Наблюдение за Асабой сказывались на профессоре не самым лучшим образом. Саюли и раньше знала, что ящер пользуется изрядной долей внимания обоих полов, и наблюдать доказательство этому в виде якобы случайных касаний, чересчур навязчивых улыбок и неотступных взглядов с поволокой… раздражало.
 «В конце концов, академия — это место учёбы, а не зал свиданий!» — гневалась Саюли, зная заранее, что ни за что на свете не посмеет одёрнуть дракона. И дело было совсем не в недостатке смелости, просто гораздо больше она переживала о том, что может подумать белобрысый ящер. Вдруг ему ещё придёт в голову, что она ревнует? Этого Саюли никак не могла допустить.
 А ещё профессор думала, что Асаба слишком уж снисходителен и внимателен к своим поклонникам. Если его слова были правдивы и он действительно хотел лучше узнать Саюли, то зачем нужно так ослепительно улыбаться всем подряд?
 Или она зря считала, что Асаба имеет намерения, выходящие за рамки их договорённости? Может, он действительно стремился только к общению… чтобы убедиться, насколько они разные, чтобы внимательней заглянуть в пропасть между ними и удостовериться, что у той нет дна.
 В назначенный день Саюли, замерев на одной из вершин пика Грёз, посмотрела вокруг — ничего кроме серого холодного камня, обдуваемого всеми ветрами.
 Пик находился далеко от обжитых территорий, и, несмотря на то, что сюда вполне можно было добраться, желающих созерцать монотонное пространство, при этом отчаянно стуча зубами от холода, не находилось.
 У Саюли ушло три часа, чтобы забраться на возвышенность. Она, не имея привычки к физическим нагрузкам, немного устала и слегка продрогла. Зато убедилась в том, что Асаба не имел никаких других намерений кроме озвученных ранее — пообщаться с девушкой. Вылазка совсем не напоминала свидание и Саюли окончательно успокоилась.
 - Рад видеть тебя, — дракон вынырнул из-за спины, заставив Саюли подпрыгнуть от неожиданности.
 - Доброго дня… кажется, мы не переходили на ты.
 - Совсем забыл, — отмахнулся Асаба. — Просто так гораздо проще, не находишь?
 Саюли буравила дракона взглядом.
 - Но если вы находите в простом обращении некий скрытый смысл или, может, я унижаю вас этим, то прошу меня простить, — подчёркнуто холодно продолжил дракон. Вид у него при этом был самый разобиженный.
 - Дело совсем не в этом… — покачала головой Саюли.
 Она ведь уже объясняла, что в какой-то момент они могут случайно раскрыться перед другими. Похоже, крылатый об этом не помнил или не считал важным.
 - Хорошо, — Саюли сдалась. — Пусть будет ты. — Черты лица Асабы тут же смягчились. - Но, конечно, мне не следует напоминать, что в стенах Академии всё должно оставаться по-прежнему.
 - Само собой, — кивнул дракон.
 - Итак, ты хотел мне что-то показать? — сменила тему девушка, чувствуя себя слегка неуютно от того, что дракон стоит так близко и ей приходится постоянно задирать голову, чтобы видеть его глаза.
 Асаба загадочно улыбнулся, прошептав:
 - Уверен, что смогу тебя поразить.
 - Ты можешь попытаться, но не расстраивайся сильно, если ничего не получится.
 Саюли не собиралась пасовать или смущаться.
 Если дракон хотел приятельских отношений или, может, дружбы, она честно попытается, даже если обращение на «ты» выкручивает язык. Разговаривать вот так просто с тем, кто двадцать четыре года смотрел на тебя с презрением было нелёгкой задачей, но Саюли видела, что Асаба действительно пытается всё изменить. И это было достойно уважения.
 Носить в себе обиды — последнее дело.
 Асаба, не подозревая о ее думах, задорно улыбнулся.
 - Главное, не забудь найти челюсть после увиденного.
 Драко прищурилась, сложив руки на груди.
 - Как всегда самоуверен.
 - Как всегда, — всё ещё улыбаясь, чуть склонил голову Асаба.
 А дальше Саюли предстояло пережить то, что она вряд ли когда-нибудь забудет — она впервые летала.
 Примостившись на гребне дракона, девушка чувствовала ветер, бьющий в лицо, и невероятное, ни с чем несравнимое ощущение свободы. Словно ты травинка, подхваченная бурными порывами, вольная нестись куда вздумается. Все четыре стороны и все семь ветров — твои бесконечные дороги и твои готовые к путешествию попутчики.
 Сердце билось так отчаянно, словно запертая в клетке птичка, мечтавшая только о том, чтобы кто-нибудь распахнул дверцы.
 Саюли и представить не могла, как повезло драконам. Саюли никогда не завидовала ящерам, их вечной жизни и несметным богатствам, а видя крылатых в синеве небес, и вовсе оставалась равнодушной, считая крылья всего лишь приятным дополнением.
 До сегодняшнего дня.
 Снова оказавшись на твёрдой земле, Саюли всё никак не могла перевести дух, заставив Асабу понервничать.
 - Ты испугалась? — возбужденно спросил дракон. Саюли даже слегка позабавил его встревоженный вид, словно он действительно переживал за неё. - Или, может, замёрзла?
 - Ты же знаешь, что нет, — снисходительно напомнила она о том, что температуры тела драко вполне хватало для непродолжительного полёта.
 - Или ты…
 - Асаба, прекрати, — остановила она его.
 Ей было невдомёк, что дракон переживал за неё по-настоящему.
  
 Он сам бы удивился, скажи ему кто-нибудь, что его напугает до полусмерти вид бледной, с обескровленными губами девушки. Он слышал, как тяжело стучало маленькое сердце, и готов был выбраться из собственной шкуры, лишь бы видеть Саюли такой, какой он привык лицезреть её на лекциях.