По эту сторону. Дом с секретом и дверь в мечту. Часть первая

Правда, если бы окружающие слышали, что именно эти двое воркуют друг другу на ушко, то треск разрываемых шаблонов оглушил бы всю округу:
– Если ты улыбнёшься ещё шире, то у тебя могут открыться змеиные клыки! – шептал развлекающийся от души Соколовский.
– Если не прекратишь провоцировать, первого укушу тебя! – отвечала ему нежная «возлюбленная». – Забыла спросить, когда мне к тебе переезжать?
  
– Никогда! Чур меня! – прошипел Сокол, не переставая нежно улыбаться змеюке подколодной.
– Хм… какой-то неправдоподобный у нас получается роман! – оценила Эвил, – А! Не хочешь, чтобы я дома у тебя обосновалась, да и ладно! Я придумала – перееду в твою гостиницу и буду жить там. И ты будешь приезжать ко мне каждый вечер!
– Ты будешь приезжать каждый вечер к СЕБЕ ДОМОЙ! – Сокол не собирался подкладывать такую… пресмыкающуюся свинью Татьяне.
– Неее, я тут уже всё рассчитала. В этом же сплошные плюсы!
– Это для кого? – подозрительно уточнил Филипп нежным шёпотом.
– Для меня, конечно! С чего бы мне о тебе-то думать! Так вот… во-первых, я буду приезжать, а твоя врач будет меня лечить! Во-вторых, мне отсюда на студию ездить удобнее, а в-третьих, мне было скууучно, а теперь весело, и я собираюсь это и дальше продолжать!
– Веселиться, прыгая на моих нервах? – с сарказмом уточнил Сокол.
– Ой, какой ты умный! А я-то всё думала, и что мне это напоминает! Да, мой золотой… слышшшшишшшь, как я тебя зову? Ты же помнишшшь, что для нас золото? – сверкнула она глазами.
– Помню-помню… – вздохнул Соколовский, размышляя, а не зря ли он это затеял, но покосился на типа с камерой, который безостановочно фотографировал их пару, потом перевёл взгляд на Эвил и внутренне довольно прижмурился. – Кстати, милая, смотри-ка… а там тебя снимают с невыгодного ракурса…
– Шшшшто? – опомнилась Эвил, перевела взгляд на папарацци, сверкнула глазищами и, оторвавшись от Сокола, неожиданно шустро метнулась к сборщику сплетен. – Да как ты сссмел!
К счастью, Лёха не смотрел напрямую в глаза Эвил, иначе там и закончилась бы его самостоятельная жизнь. Правда, нешуточную угрозу он уловил всей шкурой, поэтому метнулся на проезжую часть, едва не проехав на капоте ни в чём не повинного встречного авто, и рванул подальше от нервных особ, благо улов у него был чудесный, лучше и не придумать!
– Ещё грохнет камеру! Надо делать ноги. На сегодня мне хватит! – бормотал он, улепётывая к своей машине, за последнее время прилично пропахшей материным котом – хорошо хоть сегодня он его к ветеринарше Марине не потащил, а то кот бы ему так отомстил за долгое ожидание, что мало бы не показалось!
Мысли Лёхи перескочили на непонятное, происходившее с ним недавно в том странном подъезде:
– Ну… это мне, небось, померещилось! – уверил себя Лёха. – Ну, а чё? Ворон напугал, и это… заглючило! Хотя… да и ладно! Дело-то всё равно этого стоило! Надо же, Соколовский, оказывается, встречается с певичкой! Ну я и раскручу из этого материалец!
– Всё, можешь не улыбаться на всю стоматологию, – посоветовал Эвил Соколовский, – Этот… свалил, прохожих мало, оценить тебя уже никто не может.
– А ты, золотой мой, оценил? – уточнила Эвил, – А главное, запомнил, что завтра я буду тут?
– Дорогая, не увлекайся слишком уж… завтра я на съёмках в Подмосковье.
– Да и ладно, я буду ждать тебя в нашем гнёздышке! – хихикнула Эвил, тут же развеселившись – очень уж ей понравилось выражение лица Сокола.
– Нда… Надо бы Татьяне премию выдать! – решил Филипп, картинно усаживая «дорогую» в машину. – Хотя, если выбирать между Эвил и тем куском биологических отходов с камерой, то по мне лучше змейка.
Знал бы он о том, что Эвил отнюдь не шутила, говоря о том, что приедет, появившись у порога гостиницы на следующий же день!
Дверь не открывалась, Эвил злилась, отправила Соколовскому сходу примерно с десяток сообщений, но тут ей пришла в голову мысль заглянуть в ветклинику.
– Врач наверняка сейчас работает! – решила она, порадовавшись тому, что у неё с собой любимый спутник – красивый полоз.
Итак, она решительно завернула в подворотню, отправляясь на поиски Татьяны.
За ресепшеном стояли две девицы, которые о чём-то шептались, но, увидев Эвил, замолчали, словно их кто-то насильно заткнул – ещё бы… такую-то красотищу узреть без подготовки… у кого угодно язык в зубах завязнет!
– Добрый день! – пролепетала девица помладше. – Чем мы можем вам помочь? Что у вас за животное и какая у него проблема?
– Мне нужно к Татьяне! – скомандовала Эвил. – Я со змеёй!
– Змея? – вдруг оживилась вторая девица, – А ну-ка, покажите!
Эвил было не жалко показать полоза – почему бы и нет?
– Так, но зачем вам Татьяна? Специалист по экзотам тут я! – решительно заявила девица, встряхнув короткой стрижкой. – Пойдёмте!
– С чего бы это? – очень холодно уточнила Эвил.
Жила она на свете побольше, чем среднестатистический человек, да, не всегда среди людей, но на эстраде год за пять, так что в общении она была отнюдь не новичком, навидалась уже разных… и особ, и особей! Эта конкретная особь ей не понравилась категорически – вот ещё командовать на ровном месте, да не простой смертной, а Эвил!
Нет бы Марине мирно отступить, сообразив, что, если человек идёт к кому-то, то пусть себе идёт – её-то какое дело, а? Но Марине дело было до всего, кроме того, она разозлилась – опять Татьяна захапала себе экзота, короче, крупный специалист взяла и высказала эстрадной звезде причины, по которым надо идти с ней:
– С экзотами нужно обращаться к узким специалистам! Вот вы, например… явно уже с кем-то консультировались по змее, а он у вас, между прочим, в ужасной форме!
– Чтоооо? – возмутилась Эвил, покосившись на ошалевшего от такого хамства полоза.
– Да у него же ожирение! Смотрите внимательно! – Марина начала перечислять признаки «змееожирения» на конкретном полозе, а потом заглянула в глаза посетительнице, медленно и как-то зловеще снимавшей тёмные очки, и…
И заткнулась, потому что на неё лютой яростью сверкали змеиные глаза.
Татьяна вышла из кабинета по делу – сопровождала в зоомагазин дивную клиентку – махонькую, хрупкую старушку со здоровенным псом. Вообще-то пёс был старушкиного внука, и это ему поручили присмотр за бабушкой. По крайней мере, пёс так считал!
– У меня вчера из сумочки кошелёк хотели вытащить, а Рэмушка взял воришку за руку и так держал до прихода полиции. Правда, этот воришка так вопил, что они очень быстро прибыли, – доверительно рассказывала клиентка. – Рэмушка со мной, потому что внук в командировке. Мы с ним очень дружим… в смысле с обоими, и с внучком, и с моим защитником! – пояснила она. – А пришла я к вам, Танечка, чтобы вы Рэму зубки посмотрели – на запястье у того глупого паренька были часы. Когда Рэм его за руку взял, часы почему-то слегка покорёжились, и у них стекло выпало. Так я всё переживаю, у Рэмушки ротик и дёсны не порезаны?
Татьяна, закалённая работой с «чемоданами» молоссов, бестрепетно нырнула в «ротик Рэмушки».
– Нет, Юлия Степановна, всё отлично у него! Ничего не порезано, единственное, в нескольких местах зубной камень начал образовываться. Чистим?
После удаления зубного камня Татьяна отправилась вместе с Юлией Степановной и Рэмушкой, чтобы показать клиентке спреи для размягчения зубного камня.
– Сейчас я вам покажу, какие есть, вы выберете, и больше у вас этой проблемы не будет…
Тут Рэм глухо рыкнул, показывая, что у него-то, может, проблемы и растворятся от спрея, но вот тут кому-то и спрей не поможет!
– Да как вы шшшмели? – шипел знакомый голос за поворотом к ресепшену. – Да кто ты такая? Кто? Шшштобы мне вшшшякие глупошшти говорить!
  
Если бы Марина смолчала, то ничего бы и не было, но, если бы она умела молчать, это была бы вовсе не Марина!
– Вот поназаведут себе модные аксессуары, а как ухаживать не знают! – выдавала она неразумной клиентке, – Вы хоть понимаете, чем чревато ожирение у вашего полоза?