Могущество (ЛП)

— Мы будем подниматься, пока дракон не догонит нас, — огрызнулся Тайден. — Ей нужно время, чтобы прийти в себя. Всем молчать, пока мы не достигнем первого опорного лагеря. Особенно тебе, Кайм, если не хочешь, чтобы я отрезал тебе язык.
Я фыркаю, хотя эта мысль кажется мне просто ужасной.
Только не мой язык, придурок.
Иначе, как бы я мог доставить ей удовольствие, которого она так жаждет?
Я снова смеюсь. Думать о том, чтобы трахнуть ее в такой момент…
Впрочем, я всегда думаю о том, как бы ее трахнуть.
Достопочтенные бросают на меня мрачные взгляды. По тому, как пристально они смотрят на меня, можно подумать, что у меня выросла пара проклятых рогов.
Они думают, что я сошел с ума.
Возможно, так и есть.
Если сумасшествие — значит, быть полностью, без остатка покоренным женщиной, то я с радостью буду сумасшедшим.
Ты нужна мне, моя Амали.
Каким-то образом я должен найти путь обратно к ней.
Мне нужно как-то вернуть свои руки.
Вы уже закончили играть в свою маленькую игру, сир? Потому что я здесь, жду. Я сделаю все, что вы попросите, если только вы дадите мне силу уничтожить этих адских убийц раз и навсегда.
Тишина. Воспоминания о его словах эхом отдаются в моей голове.
«Похоже, тебе нужно выдержать чуть более жестокое наказание, прежде чем ты придешь в себя, мальчик».
Разве это то, что он задумал? Наблюдает ли он за мной из своего темного потустороннего мира, забавляясь?
Скрипя зубами, я поднимаюсь по каменистому склону, подталкиваемый сзади длинной рукоятью меча убийцы. Это я могу вытерпеть, но если его бездействие каким-то образом причинит вред моей паре…
Тогда я никогда не прощу его, кем бы он ни был. Я найду способ проклясть его, даже если умру.
Даже если он сам король Преисподней.
 Глава 6 
Амали
Лодки на подходе. Их четыре, ими управляют люди с длинными веслами. Они приближаются со всех сторон, окружая меня, пока я плыву по воде. Я смотрю на мужчин издалека, они все ближе и ближе, их крики дополняют мягкий, успокаивающий шум океана.
Покачиваясь вверх-вниз, изучаю их выражения лиц.
Их взгляды жесткие и угрожающие, но не все мужчины настроены враждебно.
Некоторые кажутся даже… напуганными.
Они громко отдавали друг другу приказы на мидрийском языке.
— Вот она. Приготовьте веревки!
— Я, черт возьми, не прикоснусь к ней. Эта сука проклята.
— Не будь таким гребаным трусом, Кратен. Ты боишься слабой женщины?
Я тихо смеюсь про себя. Эти большие, крепкие мидриане такие суеверные. Несомненно, они меня поймают, но, возможно, я смогу их немного задержать.
На горизонте очертания корабля Энака становятся все меньше и меньше, превращаясь в треугольное пятнышко на фоне яркого полуденного солнца.
Тебе лучше не разочаровывать меня, целитель, иначе я вернусь и буду преследовать тебя в твоих снах.
— Не забывайте, парни, вы не можете ее убить, как бы ни хотелось некоторым из вас это сделать. И вы определенно не можете ее трахнуть. Во-первых, она помечена. Ваш член, скорее всего, отвалится, если вы вставите его в нее. Во-вторых, Крогену она нужна живой и целой. Девственница и тому подобное. Если он достаточно храбр, чтобы тыкать пальцем в богов, то пусть, черт возьми, получает ее.
Несмотря на то, что слова мужчины вызывают у меня отвращение, я не могу сдержать горький смех.
Слишком поздно, придурок.
Кайм уже овладел мной, и когда он вернется, то уничтожит этого высокомерного дурака по имени Кроген.
Может, я заблуждаюсь, но чувствую это всеми фибрами души.
По мере приближения лодок несколько человек встают и распутывают длинные веревки с петлями на конце. Значит, они собираются поймать меня в ловушку этими веревками?
Но я не собираюсь облегчать им задачу.
Мне нужно выиграть для Энака больше времени.
Я глубоко вдыхаю и погружаюсь в прохладную воду, делая большие, мощные гребки руками и ногами. Плыву, кажется, целую вечность, пока в легких не заканчивается воздух, и мне кажется, что грудная клетка вот-вот взорвется.
 
Необходимо сделать вдох.
Не вижу вокруг себя ничего, кроме чистой синевы. Теперь даже не понимаю, в какую сторону подниматься. Когда паника грозит охватить меня, я закрываю глаза и отдаюсь тишине.
Мое тело устремляется вверх.
В этом направлении.
Изо всех сил тянусь руками, вверх, вверх и вверх, пока не выныриваю на поверхность. Облегчение пронизывает меня, когда дневной свет заливает все вокруг. Я жадно втягиваю воздух, оглядываясь по сторонам.
Лодки в некотором отдалении. Мужчины яростно кричат. Весла рассекают воду. Разворачиваются и направляются в мою сторону.
Если бы ситуация не была такой серьезной, я бы даже посчитала ее забавной.
Я готовлюсь снова нырнуть под воду, но тут вижу это.
Чешуя.
Сверкание зеленой чешуи вдалеке — змеевидная и ужасающая. Что-то длинное и извилистое поднимается на поверхность.
Снова оно.
Я мельком вижу длинное продолговатое тело, прежде чем оно быстро исчезает под поверхностью воды.
Оно похоже на тело змеи, только в сто раз больше, толстое, как ствол дерева.
Веерообразный выступ плавников вздымается над волнами, за ним следует шипастый хвост.
Что это, во имя Зеленой богини?
Холодный ужас охватывает меня при воспоминании о странных костях, которые я видела разбросанными по всему побережью.
Милая Селиз, я не хочу достаться живой какому-то проклятому морскому чудовищу. Кайм никогда не простит меня.
Мидрианские лодки набирают скорость. С сожалением вздыхаю. Это просто смешно. Теперь мне придется сдаться в плен, чтобы спастись от этого морского чудовища.
Вскинув руки вверх, я решительно размахиваю ими. — Помогите! — кричу я на своем лучшем дворцовом мидрианском. — Я тону! — кашляю и немного отплевываюсь для эффекта.
Мужчины указывают на меня и яростно кричат: — Быстрее, поймайте ее! Если она умрет, вы все тоже покойники!
— Помогите мне, пожалуйста! — снова кричу я, изображая из себя несчастную девушку.
Лодки уже совсем близко. Один золотоволосый мидрианец стоит на носу. Он срывает с себя рубашку и обвязывает веревку вокруг талии.
Они уже практически добрались до меня…
Он вытягивает руки над головой и ныряет.
Плыву к нему, и мы встречаемся где-то по середине. Крепкие руки обхватывают меня, держат в надежной хватке. — Я держу ее. Тащи меня!
Веревка натягивается. Нас тянут к лодке. Мидрианец хватает меня за запястье мощной рукой и сжимает до боли. — Попалась, сучка. — Его зловонное дыхание доносится до меня. — Думала, что сможешь сбежать от нас, а? Ты получишь по заслугам, ведьма Тиг.
Ведьма? Это что-то новенькое.
— Нет, — шепчу я ему на ухо. — Вы все получите то, что заслужили.
Мужчина закрывает глаза и испускает леденящий кровь крик. Вода вокруг нас становится красной. Его хватка на мне ослабевает.
— Моя нога! — зарычал он. — Тащите нас, ублюдки. Эта чертова тварь вцепилась мне в ногу! — Он отчаянно мечется, его охватывает паника.
Вода пенится и бурлит, и я снова вижу эти зловещие чешуйки. Они темно-зеленые, как река Сиберия в середине лета.
Мы подплываем к краю лодки. Грубые руки обхватывают меня, отделяя от мидрианца, пробираются под мышки и тянут к борту лодки. Жесткий деревянный край лодки врезается и царапает мою спину, и на мгновение я испытываю чистую агонию, когда меня бросают на деревянную палубу.
— Попалась, сучка, — шипит мужчина.
Смахнув соленую воду с глаз, вглядываюсь в ожесточенное лицо мидрийского солдата. Его глаза — серые льдинки. Его обветренная кожа покраснела и шелушится от воздействия палящего солнца.
Он единственный, кто обращает на меня внимание.
Остальные слишком заняты, пытаясь спасти своего раненого товарища. Я поворачиваю голову в сторону и вижу его ногу.
Она оторвана у колена.
Желчь поднимается в горле. Мидрианец сильной рукой прижимает меня к себе, обхватывая шею, почти душит меня, а затем приближает свое лицо к моему так близко, что наши губы почти соприкасаются. — Ты труп, твою мать, ведьма.