Кровь Василиска. Том 12

«Ладно, в этот раз помогу им», – решил я и, подойдя к Жумельяку, коснулся его рукой.
Всего около секунды мне понадобилось, чтобы избавить его тело от токсинов.
При этом раньше бы эта процедура заняла гораздо больше времени, просто за последнее время я довольно сильно преуспел в контроле своих магических умений и энергии, поэтому подобные манипуляции были мне на раз плюнуть.
  
Далее прошёлся по остальным своим друзьям, и вскоре все они – а вернее будет сказать, их тела – были очищены от токсинов.
И оставалось сделать только одно, а именно – разбудить их, чем я и занялся.
* * *
Рядом с очагом, вокруг которого сидели все те, кто был в нашем небольшом отряде, кроме Иных, повисла неуютная тишина.
И это было неудивительно, учитывая, какие новости я поведал присутствующим.
– И мы никак не можем уклониться от этой войны? – поинтересовался Пересмешник, после чего достал из кармана курительную трубку. – А ещё… Хех, умеешь ты по утрам доносить интересные новости, – усмехнулся он и закурил.
– У меня талант, – отшутился я и смерил всех изучающим взглядом. – Вы можете не участвовать в войне, – сразу же уточнил я, – но в этом случае могут возникнуть определённые проблемы.
– Да нас без тебя и твоих подружек тут сожрут, – пробасил Де'Жориньи.
– В этом и заключается проблема, – кивнул я. – Оставлять вас здесь одних будет крайне опасно. И да, – посмотрел на Анри, – избежать войны не получится, – честно сказал ему. – И лучше, если мы поможем племени Детей Угла, которым объявили войну, чем Снежные ходоки сразятся сначала с ними, а потом придут за нами, – добавил я, и Де'Аламик задумчиво кивнул.
Причём не уверен, что им даже смогли бы помочь фанги, которых, к слову, оставлять здесь мне тоже не хотелось. Да, они, конечно, были сильными боевыми единицами, плюс довольно умны, но при этом всё равно оставались обычными животными, хоть и с магическими способностями.
Отряду Иных с двумя одарёнными справиться с ними не составило бы большого труда, и при этом одарённым необязательно быть сильными.
– Значит, придётся воевать. – Жумельяк ударил рукой по колену. – Разве кто-то из нас способен на что-то другое?! – усмехнулся он и обвёл взглядом присутствующих.
– Хех, я людей, например, могу лечить, – хмыкнул Пересмешник, выпуская изо рта дымное колечко.
– Что ж ты тогда в целители не подался? – спросил его Жозе.
– Так я и был им, – пожал плечами Анри. – Просто мой отец настоял, чтобы я выбрал военную карьеру вместо духовенства, к которому тянулось моё сердце. И вот к чему это привело, – добавил он, чем рассмешил здоровяка Де'Жориньи.
– Ой, да говори уже честно! – громко пробасил Жуль. – Не в духовенство тебя тянуло, а в женские монастыри! – Он хлопнул друга, с которым сидел рядом, по плечу, и тот даже согнулся под тяжестью его излишней любвеобильности.
– Не без этого, – буркнул Пересмешник, смерив своего товарища недовольным взглядом.
Как, впрочем, и Венера, которая отлично знала галларийский и тоже здесь присутствовала. Вот только, в отличие от других, права голоса у неё не было, и ей бы пришлось быть вовлечённой в эту войну.
– Ну, раз выбора нет, то чего зря тут воздух сотрясать, – пробасил Де'Жориньи и поднялся с места. – Жозе прав: воевать – это, пожалуй, единственное, что мы хорошо умеем. Поэтому я пойду с тобой, Люк, – добавил он, а вслед за ним встал и его лучший друг – Пересмешник.
– И я! – произнёс тот и улыбнулся.
– И меня не забудьте! – Их примеру последовал и Жумельяк, а Франсуа и Фредерик молча кивнули.
– Отлично! Я в вас нисколько не сомневался! – произнёс я и поднялся с дерева, которое нам давно служило импровизированной скамьёй. – Спасибо вам всем! – добавил я, после чего все начали расходиться по своим палаткам, чтобы начать сборы.
Путь до болот, где обосновалось племя Детей Угла, был не близкий, а учитывая, что мы и так потеряли практически целый день, нужно постараться его как-то наверстать.
«Зато вчера дал им хорошо отдохнуть», – усмехнувшись про себя, подумал я и тоже пошёл собираться.
* * *
Земли Свежевателей
Долина павших воинов
Громоящер стоял и смотрел, как тело его лучшего друга сгорает в магическом огне, вызванном одним из шаманов племени Острошипа.
Наблюдая за языками пламени, ему казалось, что они «съедают» тело его друга как будто с неохотой.
А ещё у вождя Хозяев степей было такое ощущение, что костёр словно бы винит его и смотрит на Громоящера осуждающе.
Шаман покачал головой, чтобы эти странные видения развеялись. Да, он был виноват в смерти своего друга, но Острошип сам сделал свой выбор и первым решил нанести удар.
Именно вождь Свежевателей первым предал его, а не наоборот.
Громоящер тяжело вздохнул и скрестил руки на груди.
Сейчас, когда Острошип мёртв и его место занял сын вождя Свежевателей, убедить это племя в том, чтобы они присоединились к нему в войне против Снежных ходоков, было несложно. Шаман знал, что Клыкарь – старший сын его лучшего друга – очень сильно уважает его и сделает то, что Громоящер ему скажет. Но нужно ли это делать?
«А вдруг пророчество лжёт?» – подумал шаман, а затем сразу же отмёл эту мысль. Если и нужно было об этом рассуждать, то уж точно не сейчас, а гораздо раньше.
Например, когда его лучший друг был жив.
А иначе он умер зазря…
Нет, пророчество не может лгать.
А ещё вождь Хозяев степей был точно уверен в одном: знал, что оно не про Снежного ветра, к которому он издавна испытывал неприязнь.
– Вождь, – знакомый голос отвлёк его от мыслей.
Шаман повернул голову, а затем опустил её.
Рядом стоял Клыкарь.
– Мне жаль твоего отца, – произнёс Громоящер.
И он говорил чистую правду. Они с Острошипом были знакомы больше сотни лет, и изначально их племена враждовали. Их воины постоянно воевали друг с другом, сражаясь за самые рыболовные места, пока в одну из их очередных стычек не вмешалось другое племя.
«Гончие» хотели перебить ослабленных постоянными сражениями Свежевателей и Хозяев степей, чтобы забрать под свой контроль их земли. Вот только это вышло им боком.
Племена объединились против врага. Была кровопролитная битва, в результате которой потерь было много как с одной, так и с другой стороны. Но победителями вышли Свежеватели и Хозяева степей, перебив вражеское племя, чьи остатки стали изгоями, которых в Землях Великой Матери называли «Падальщиками».
Победа сильно сплотила два племени, которые жили по разные стороны реки. Дальше Свежевателей и Хозяев степей ждало ещё больше сражений против других племён, что в итоге привело к союзу между ними, а затем всё переросло и в крепкую дружбу между их вождями.
– Я убью эту тварь! – тем временем процедил сквозь зубы Клыкарь.
Шаман положил руку на плечо сына Острошипа.
– Она ответит за то, что сделала, – произнёс он, и молодой друид кивнул. – Но месть подождёт. Сейчас перед нами нависла большая угроза. – Громоящер решил не тянуть с новостями и сразу перешёл к делу. – Снежные ходоки объявили нашему племени войну, а когда мы хотели обсудить это с твоим отцом, Смерть из тени убила его. – Он посмотрел Клыкарю в глаза. – Как ты поступишь? – спросил он, уже зная, что ответит его собеседник.
– Мы будем воевать! – не задумываясь, ответил молодой вождь.
– Я в тебе не сомневался, мой мальчик. – Громоящер хлопнул сына своего друга по плечу. – Вернее, не так, – покачал головой шаман. – Вождь Свежевателей. – Он улыбнулся и вежливо кивнул.
  
На лице Клыкаря появилась радостная улыбка. Разумеется, он был рад услышать от того, кого так сильно уважал, эти слова.
– Мы перебьём их, или умрём сами! – гордо произнёс молодой друид, а затем посмотрел на языки магического пламени, которые практически полностью «съели» мёртвое тело его отца. – А затем я убью Смерть из тени, чего бы мне это ни стоило! – добавил он, замолчав.