Как я строил магическую империю 7 (СИ)

Наша лодка обогнала остальные и первой подошла к причалу рядом с заводами, а все дело было в том, что за рулём сидел Феникс, которому я уже на обратном пути рассказал о ранении Светы.
— Да быстрее! — крикнул торговец гвардейцам, отвязывающим надувную лодку от нашей. И едва они закончили, как мы рванули вперёд и вылетели на берег.
— Антон. — Я повернулся к другу. — Без меня в больницу не ходи.
— Почему⁈
— Во-первых, Света, скорее всего, всё равно спит. А во-вторых, мне сначала надо с ней поработать.
Феникс открыл было рот, чтобы начать спорить, но тут вдруг понял, что я говорю об ожогах.
— Хорошо. — Он отвёл глаза, но скорость сбросил только у ворот, где нас встречали Свят и Влад.
— С возвращением, Дмитрий Николаевич! — одновременно произнесли они.
— Спасибо. Докладывайте, — кивнул я и выпрыгнул с лодки.
— Все люди на этом берегу, — сообщил Влад и рядом со мной зашагал в сторону больницы. — Но и за той стороной мы тоже следим. Артиллерия готова к атаке с любой стороны, но, видимо, это всё-таки была именно диверсия, а не подготовка к нападению.
— Судя по всему, пленные ничего не сказали?
— Вообще нет. Очень серьёзная подготовка. Физически и морально устойчивые. Уверены, что их вытащат.
— Как Света? — воспользовавшись секундной паузой, спросил Феникс.
— Жива, — ответил, глядя на друга, Свят. — Но лучше пусть сначала Дмитрий Николаевич к ней зайдет.
— Да, я уже понял, — выдохнул торговец.
— Все легкораненые вылечены, — продолжил Влад. — Тяжёлые стабильны и под наблюдением. Погиб Федя, но вряд ли вы его хорошо знали, он пришёл с одной из групп по рекомендации Виктора Харитоновича три недели назад.
— Семья есть?
— Отец и тётя с дядей.
— Я зайду к ним. Могу сказать, что он умер как герой?
— Да, он участвовал в перехвате захваченного внедорожника.
— Хорошо. — Мы остановились у крыльца больницы. — Что ещё?
— Народ успокоился, — заговорил Свят. — Но, конечно, желательно бы речь толкнуть. Материальные потери несущественные, всё-таки большую часть трав мы держали или на складах, или на большой кухне, где сейчас зелья варят. Так что даже потеря ведьминого домика некритична.
— Хорошо, Влад, жди меня здесь, закончу со Светой, пойдём к пленным. Завтра в семь утра собрание кругом посвящённых, а днём приедет человек десять из Лос-Сантоса. Надо их поразить нашими успехами и испугать мощью.
— Понял!
— Дмитрий Николаевич, — позвал меня Свят, когда я уже повернулся к двери в больницу.
— У вас-то как прошло? В двух словах.
— Феникс расскажет. — Я кивнул на умоляюще смотрящего на меня торговца и взбежал по крыльцу.
— Поздравляю с возвращением! — крикнула, едва не сбивая меня с ног и пробегая мимо, Аня. — Пойду Феникса слушать.
Очевидно, подслушивавшая предыдущий разговор сестра выбежала из больницы, а в метре от себя я увидел Милу. С секунду девушка смотрела на меня, а потом сделала два торопливых шага и молча рухнула мне в объятья.
— Всё хорошо, — прошептал я, гладя её по волосам.
— Да, — так же тихо ответила она и отстранилась. — Света наверху.
Я кивнул и, взбежав по лестнице, к дверному проему той комнаты, где недавно лежал Свят. Именно его бывшую постель сейчас и занимала Света… Хотя, конечно, узнать из-за ожогов её было невозможно.
— Я сделала всё, что смогла, — виновато пробормотала стоящая за моей спиной Мила.
— Ты молодец, — сказал я и вошёл в комнату.
Работа Милы была видна невооружённым взглядом, но всё, что она, лекарства и оборудование могли сделать, — это подстегнуть регенерацию тела. Но при этом повреждения кожи были слишком обширны, и даже не приходилось мечтать о том, что она примет первоначальный облик. По крайней мере, без меня.
— Уходи и никого на второй этаж не пускай, пока я не позову, — произнёс я, поворачиваясь к Миле.
— Хорошо, — девушка кивнула и исчезла.
Я же наклонился и осторожно откинул одеяло… мама родная… Каждый магохирург империи мечтал бы получить такого клиента. Разумеется, при условии, что у пациента будут деньги. А когда врач бы закончил, он спокойно, обеспеченный на всю жизнь, ушёл бы на пенсию.
  
Как она выжила-то с такими повреждениями?
«Гензо!»
— Я!
«Проекцию Светы крупным планом со всех сторон».
— Голую?
«А какую, блин?»
— Готово!
Прямо над обожжённой девушкой возникла её точная, но совершенно целая копия. Проекция улыбалась и медленно вращалась вокруг свои оси.
Я сел на стул, сверился с оригиналом и приступил к работе.
* * *
К главному пленному мы с Владом заходили в первом часу ночи. Уставший за день, но так и ничего не добившийся Череп ушёл отдыхать.
Прикованному к торчащему из пола столбу мужику на вид было лет тридцать, но над ним, возможно, поработали магопластики. Темноволосый, спортивного телосложения. Несмотря на следы активного физического воздействия, он смотрел на меня с вызовом и широко улыбался.
С первого взгляда стало понятно, что даже усиленное влияние на разумное существо сразу тут может и не сработать. Требовалась очень серьёзная предварительная подготовка. А это значит ещё пытки, причём уже не только физические… Сука, как же я это не люблю. Хотя стоит заметить, что сейчас мысль об этом никаких негативных эмоций не вызывает.
— Наконец-то, ваше сиятельство, — проговорил пленник. — Давно вас жду!
— И зачем же? — усаживаясь на стул напротив и отзеркаливая его гнусную улыбку, спросил я.
— Ну как же, ваше сиятельство! Вы же, несмотря на возраст, явно умнее, чем ваши костоломы, так что быстрее поймёте, что гораздо лучше договориться полюбовно…
— Правда? — Я продолжал улыбаться, но стал понемногу нагревать металлический столб, а также ошейник и сковывающие руки и ноги ублюдка браслеты. — Тогда внимательно слушаю.
— Нас всё равно вытащат! — чувствуя повышение температуры, заволновался пленник. — И против вас лично мы ничего не имеем!
— Толя имеет.
— Толя? Не знаю такого! Но нам просто нужна тетрадь! Нам даже хватит копии и всё. Занимайтесь дальше своей деревней. У вас так хорошо получается… А-а-а!
Последние слова пленник протараторил совсем быстро, а в конце заорал.
Я прекратил нагрев, но остужать металл не торопился.
— Никаких тетрадей вы не получите, а твой хозяин скоро умрёт. Знаешь, что твоя кожа уже прикипела к ошейнику и браслетам?
Пленник не ответил, он выл, стараясь повернуться так, чтобы его жгло меньше, и, разумеется, у него ничего не выходило.
— А делаю я это просто потому, что мне нравится причинять тебе боль, — кровожадно усмехнулся я. — Это никак не скажется на допросе, ты и так всё расскажешь. Просто мне приятно. Ты понимаешь? Вы убили моего человека и ранили больше двадцати… Ты что, реально думаешь, что после этого я отдам вам тетрадь или хотя бы вас обменяю? Ну ты и идиот… Больно?
Пленник продолжал извиваться и скулить…
— Смотри, — продолжил я. — Если ты веришь в загробную жизнь, то, считай, тебе повезло… А вот если нет… То тебе не стоит останавливать меня, а наоборот, максимально слиться с тем огнём, что тебя сейчас жжёт… ты ведь, наверное, замечал, что, когда нам плохо, время идёт медленнее. Замечал?
К моему удивлению, пленник кивнул.
— Ну так вот! — ещё шире улыбнулся я. — У тебя времени на этой земле осталось с гулькин нос… И ты должен сказать мне огромное спасибо, ведь, причиняя тебе боль, я для тебя его растягиваю. Давай, скажи: «Спасибо, Дмитрий Николаевич!»
— Пошёл на хер… — прохрипел пленник.
— Одобряю, — кивнул я. — Но это тебе не поможет. Смотри, что я умею.
Я поднял руку с ножом, и его лезвие тут же резко удлинилось, а потом ещё и изогнулось, приняв форму змеи. С маленькими глазами-бусинками и распахнутой пастью, где между двух клыков торчал раздвоенный язычок.
— Нравится? — спросил я, глядя, как глаза диверсанта становятся всё шире. — Да ты не бойся… Смотри, какая мордочка маленькая у неё. Да это и не змея даже, а червячок… Максимум в нос может залезть или в рот… или ещё куда… Любишь такое?