Уездная учительница магии (СИ)

Но мне больно. Больно от воспоминания о боли, которую я испытала, когда увидела его с другой женщиной. Навсегда ушло доверие. Разум говорил: верь! Но сердце не желало верить и продолжало опасаться новой боли.
Я встала. Встал и Корнелиус.
— Ты не собираешься уехать с Хантом в столицу? — спросил он.
— Нет. Учебный год только начался. Я не брошу учеников. Уеду летом, когда директор найдет замену.
— Эрика... давай попробуем начать сначала.
Я посмотрела ему в глаза и покачала головой.
— Не думаю, что нам по пути. Я поняла, что не готова к отношениям с тобой… с кем угодно, если на то пошло. Мне лучше оставаться одной. Прости.
Корнелиус стремительно шагнул ко мне, но в этот момент его окликнули от входа и сообщили, что дрезина ждет на путях, и если госпожа Верден хочет попасть домой, ей лучше поторопиться.
Я отвернулась и поспешила к дверям. От усталости и недостатка сна голова моя была легкая и пустая, но в ней эхом отдавались слова, которые я только что сказала Корнелиусу. Они заставляли меня невыносимо страдать.
Что ж, верные решения не даются легко. За них часто приходится платить сердечной болью.
  
Эпилог
 
 Новый бургомистр Крипвуда
 
Семь месяцев спустя...
— До свидания, госпожа Верден! — хором сказали Магда и Ада, подхватили сумки с учебниками и поспешили в коридор, где их ждали подруги.
— Не забудьте заглянуть к кроликам! — крикнула я на прощание. — Хруста нужно отсадить от Пончика, они опять подрались!
Девочки задержались в дверях, переглянулись.
— Можно, мы завтра это сделаем? — попросила Магда ноющим голоском. — Мы сейчас идем в гости к Регине. Она обещала запрячь в тележку пони. Вы знаете, что его теперь по-другому зовут?
— И как же? — улыбнулась я.
— Бон-бон!
Услышав имя питомца, в класс заглянула Регина и строго сказала:
— Девочки, сначала рассадим кроликов. Бон-бон подождет.
Ее подруги вздохнули, но спорить не стали. Девочки ушли, а я принялась вытирать с доски. Поднялась меловая пыль, я звонко чихнула.
— Будь здорова, — негромко произнес Корнелиус, заходя в класс. — Как прошел день?
Я поспешно обернулась.
— Спасибо, хорошо, — ответила я, чувствуя, как подпрыгнуло мое сердце. — Регина сейчас рассаживает кроликов. Скоро придет, — предупредила я. — Подожди ее в классе.
— Хорошо. У нас будет время поговорить наедине, — он прикрыл дверь и подошел ко мне, но разговор начинать не спешил. Молча смотрел, как я продолжаю усердно возить по доске тряпкой. От его взгляда стало жарко затылку.
— Ты вернулся из столицы сегодня утром или вчера вечером? — спросила я, упорно глядя на грязные разводы на доске.
— Утренним поездом. Что случилось новенького за эти три дня, пока меня не было?
— Пришло письмо от Ланзо! — я повернулась и начала рассказывать: — Пишет, что скучает по дому и считает дни до каникул. Всего неделя осталась! Хотя ему нравится учиться в столице. Но он огорчается, что его пока не учат пользоваться даром. И не будут еще несколько лет. Зимой в его класс пришел новый мальчик, у него сильный дар проявился совсем рано, как у Ланзо, в восемь лет. Теперь Ланзо не самый младший в классе.
— Признаться, я по-прежнему считаю особую подготовку таких детей плохой идеей, — покачал головой Корнелиус.
— Знаю, — я отмахнулась тряпкой. — Но школа при академии Одаренных не дает особой подготовки. Там лишь присматривают за выдающимися детьми, создают для них подходящие условия.
— Будем надеяться, что это принесет пользу, а не вред.
— Ты ужасный пессимист.
— Я реалист. Какие еще новости?
— Велли опять сбежал в лес, — посетовала я. — Анвил предложил повесить на него свежеизобретенный радиоприбор для отслеживания, но сначала кабана нужно поймать. У него завелась подружка. Лесная кабаниха. Не знаю, вернется ли он в этот раз.
— Вернется, да еще не один. Будет у тебя целое стадо поросят.
— Не надо мне такого счастья, — улыбнулась я. — Корнелиус, есть последняя новость... самая важная.
Я положила тряпку на стол, сцепила руки, не зная, как начать.
 
— Написали из Департамента образования. Мне предстоит принять важное решение. Ты должен узнать о нем первым и сказать, что ты об этом думаешь.
Корнелиус нахмурился.
— Видно, дело серьезное, раз ты обеспокоена моим мнением.
— Оно всегда было для меня важно! Но теперь мне нужен твой совет как главного попечителя школы. Департамент так или иначе свяжется с тобой. Я просто его опередила.
— В чем дело?
— Степпель подал прошение об отставке по состоянию здоровья. Мне предложили занять пост директора этой школы, — выпалила я на одном дыхании.
— А, вот оно что! — сказал Корнелиус с облегчением. — Ну, это не новость. Признаться, я этого ожидал.
— Ты поддержишь мою кандидатуру?
— Несомненно. Кто еще, как не ты? За год ты показала себя талантливой учительницей. У тебя мало опыта, но есть неплохое образование. Твои статьи об уездных школах в «Вестнике педагогики» вызвали большой резонанс! — он лукаво добавил: — Хоть и не такой большой, как рассказы в «Вестнике оккультизма» о легендах здешних мест.
— От педагогических статей пользы будет побольше.
— Разумеется! Ты могла бы сделать карьеру учительницы в столице. Но педагоги-энтузиасты куда нужнее в провинции. Не госпожу же Лотар ставить на место директора! Как понимаю, ты не откажешься. Что меня только радует. Но твой дядя будет разочарован.
— Я еще думаю... — пробормотала я.
— Попробую подтолкнуть твои мысли в нужном направлении. У меня тоже есть важная новость. — Корнелиус сделал короткую паузу, словно собираясь с мыслями. — Я не рассказал тебе, зачем ездил в столицу. Дело в том, что мне тоже поступило одно предложение.
— Признаться, мне не понравилось, что ты уехал без объяснений. Полагаю, ездил встречаться со своим бывшим начальством. Тебе предложили вернуться на старую службу. И начать новое дело, верно? Ты за него берешься? Будешь дальше искать Химераса? — задавая последние вопросы, я не смогла скрыть горечь в голосе.
— Нет. С этим покончено. Я говорил это тебе уже не раз, и говорю вновь. Предложение было от другого ведомства. Меня хотят назначить бургомистром Крипвуда.
Я ахнула.
— Корнелиус, ты останешься здесь навсегда? Займешь кресло бургомистра?
— Кто еще, как не состоятельный промышленник, знающий этот городок вдоль и поперек? — усмехнулся он.
— Это замечательно! — сказала я с энтузиазмом. — Я очень рада за тебя.
— А я рад, что ты рада за меня... Давай-ка перейдем к другому вопросу. В какой раз я его задаю? Кажется, в четвертый.
Корнелиус сунул руку в карман пиджака, вытащил бархатную коробочку, открыл крышку. Я со вздохом посмотрела на хорошо знакомое кольцо.
— Ты выйдешь за меня замуж? — спросил Корнелиус обыденным тоном.
— В пятый, — поправила я его, изнемогая от волнения. — Ты задаешь этот вопрос в пятый раз. В последний, если я откажу?
— Нет, конечно. Буду предлагать тебе руку и сердце, пока ты не согласишься. Эрика… — его голос стал умоляющим. — Я люблю тебя. Я готов ждать, сколько потребуется. Но прошу, не заставляй меня ждать слишком долго. Неужели я еще не заслужил твоего доверия?
— Да, но... Корнелиус, понимаешь, я пережила немало разочарований и поэтому...
Я не успела договорить, потому что Корнелиус досадливо мотнул головой, положил коробочку на стол, обнял меня и поцеловал.
От неожиданности я сдавленно ахнула и положила ему руки на плечи, чтобы оттолкнуть. И при этом обильно испачкала мелом черную ткань его пиджака.
Мышцы на его руках напряглись — он ни за что не желал отпускать меня. Только на миг оторвался от моих губ и сказал с упреком:
 
— Твое упрямство переходит все границы. Неужели я так и не заслужил доверия за эти месяцы? Все еще боишься, что я тебя разочарую? Мне обидно это слышать. Ради тебя я согласился стать бургомистром.