Доспех духа. Ноналогия (СИ)
В дорогом костюме он смотрелся весьма представительно. Я не видел его почти год и за это время он совсем не изменился. Разве что волосы немного отпустил. Кстати, мы с ним совсем не походили друг на друга. У него черты лица более строгие. В этом он больше походил на дядю.
— Добрый вечер, — он подошел, сразу переходя на официальный тон. — Простите за опоздание, нужно было решить вопрос с размещением людей. Безумно рад быть приглашенным в это чудесное поместье.
Он перевел взгляд с Глеба на девушек, потом на Николая, как бы не понимая, кто из присутствующих его встречает, а кто такой же гость.
— Добрый вечер, — Николай взял на себя роль хозяина, показал на двери. — Вы ничуть не опоздали. Позвольте проводить вас в гостиную.
— Спасибо, — кивнул он. — Позвольте только обнять брата. Мы давно не виделись.
— Давненько, — я крепко его обнял. — Рад тебя видеть.
— А где же наша своевольная красавица Оксана?
— Она плохо себя почувствовала, поэтому я отправил ее на свою квартиру.
— Как знал, что нельзя отпускать маму одну, — вздохнул он. — Представляешь, она от меня сбежала. Я на секунду отвернулся, а ее уже и след простыл. А, да, чуть не забыл.
Он повернулся и коротко махнул рукой в сторону лимузина. Дверь тут же распахнулась и оттуда выскочила высокая фигуристая женщина лет тридцати пяти. Черный брючный костюм а-ля телохранитель, под которым проглядывал контур большого пистолета, темно-русые волосы стянуты в тугой хвост. Подбежав к нам, она передала ему кожаную папку с документами.
— Вероника? — узнал я ее. — Ты это?
— Это я, — она низко склонила голову и положила кулак на ладонь в китайском боевом приветствии. — Рада вас видеть, господин Матчин.
— Кузя, — чуть посерьезнел Александр.
— А, простите. Поговорим позже.
— Мы еще не закончили, — напомнила полицейская.
— Извините, напомните еще раз ваше имя? — попросил я.
— Ермолова, Таисия — любезно повторила она.
— Уважаемая госпожа Ермолова, это может подождать до завтра? С утра я приеду в ваше управление и дам самый подробный отчет. Извините, а сейчас у нас семейный ужин. Я давно не видел брата и маму.
— До завтра, я думаю, терпит, — холодно ответила она. — Не буду вам мешать. Глеб, жду тебя вечером в отделе.
На ужин нас позвали буквально через десять минут, как появился Александр. За это время я узнал, что наша компания начала перебрасывать в московскую область людей и технику. Так как мы входили в пятерку крупнейших мировых корпораций наемников, не путать с частными армиями, то имели право перебрасывать в любую точку земли и оружие, и личный состав. Единственное, что мы использовали не гражданские, а военные аэродромы. Там же все ввезенное имущество регистрировалось, проходя необходимую бюрократическую процедуру. По международным соглашениям между государствами, с лицензией «Трипл А», могли перевозить даже тяжелую гусеничную технику. Надеюсь, мама не решила привезти в Москву наши танки. Из того минимума, что сказала мама, в наши ближайшие планы входило закрепиться в городе. Стоял даже вопрос о том, чтобы перевести сюда семьи сотрудников, кто выкажет подобное желание. На мой вопрос, как они хотят это сделать, она предложила подождать до ужина.
К самому ужину потянулся отец Марины, Тимофей Филиппович, который вел почти все финансовые дела рода. Пришла еще пара человек, которых я видел один раз, но не знал лично. Отсутствовал разве что Николай. Мы чинно расселись с одного края стола, Трубины с противоположного. Первую половину ужина все, кроме мамы и брата были заняты едой. Прислуга, как положено, поменяла первое блюдо, затем второе, после чего шел десерт.
Я спиной чувствовал, что в поместье находится старейшина клана, вот только к ужину он не вышел. Но это, скорее всего, правильное решение. В итоге, когда с трапезой было покончено, а тихие беседы по ту сторону стола закончились, все внимание сосредоточилось на нас.
Глава рода как всегда сидел с непроницаемым выражением лица, в то время как его супруга сверлила маму тяжелым взглядом. Молодое поколение, напротив, сидело ниже травы, стараясь не отсвечивать, чтобы их не выгнали с предстоящего шоу.
— Что ж, — сказал глава клана, по праву старшего принимающей стороны, первым нарушив молчание, — не буду говорить, что рад. Скорее удивлен. Двадцать лет прошло. Так много, что я и забыл совсем о Матчиных. Так сильно, что не вспомнил, когда мой сын привел в дом Оксану Матчину. Не вспомнил, когда увидел показательный бой Кузьмы с учителем рода. Но, не все оказались такими забывчивыми, как я. Вспомнил лишь мастер Малинин.
— Коротка память, оказывается, у вас, — с насмешкой улыбнулась мама, — господин Трубин. Но, не переживайте, как в Российской империи говорят: — «кто старое помянет, тому глаз вон». Мы многому научились на чужбине и не собираемся идти путем кровавой мести.
— И что же вы хотите? — все так же спокойно спросил он.
— Для начала вернуть все, что принадлежит нам, — улыбка мамы стала хищной. — Ну а дальше — жить. Саша, — она протянула руку сыну, и тот передал папку с бумагами. — Спасибо.
Вынув пачку листов, она бросила их на стол, поближе к главе рода Трубиных. Я заметил на первом листе печать канцелярии Императора.
— Здесь документы, по которым часть земли в Москве, которую занял род Трубиных, принадлежат семье Матчиных. Ниже — дарственные на еще часть земель и поместий, в том числе склады в черте и за городом.
Глава Трубиных взял несколько листов, бегло пробежал взглядом, передал отцу Марины. Тот надел очки и углубился в чтение.
— Предвидя агрессию Трубиных и Хованских, Василий Петрович Бельский переписал все, что успел на нашу семью. В имперской канцелярии вы найдете вторую копию документов, подтверждающую наше право собственности. У вас ровно неделя господин Трубин, — я даже поежился от тона мамы. Никогда не любил, когда она говорила подобным образом. — Прошу освободить наши земли.
— Или что? — продолжил он. Надо отдать ему должное, ни один мускул на его лице не дрогнул.
— Или мы потребуем, чтобы ваш род выплатил неустойку и аренду за пользование нашими землями. За все девятнадцать лет. По рыночной стоимости. А теперь, прошу нас простить. Спасибо за гостеприимство.
Быстро закинув недоеденное пирожное в рот, я подмигнул Тане и поспешил за братом. Нас никто не провожал. Мы спокойно вышли во двор, сели в лимузин и покатили в сторону центра.
После ухода семьи Матчиных, в комнате на несколько минут повисла тишина. Никто не спешил вставать из-за стола. Тимофей Филиппович шуршал листочками, раскладывая их на столе в разные стопки.
— Много там? — наконец спросил глава рода.
— Почти все, что отошло нам, — спокойно ответил он. — Четверть нашей текущей территории. Очень дорогая четверть.
— Если мы потеряем эту территорию, нас растерзают на мелкие лоскуты, — сказал старейшина, заходя в комнату. — И первыми ударят Хованские. Очень скоро ударят. И что у нас осталось? Два мастера? — он прошел к столу, опускаясь на стул. — Один из которых так и не познал силу, — хмыкнул он.
— Предлагаешь воевать с Матчиными? — спросил глава Рода.
— А у тебя хватит сил? — насмешливо спросил старейшина. — Они когда-то входили в тройку крупнейших корпораций наемников. Сейчас их потеснили индусы, но тем не менее. И Император не станет тебя защищать. Вон твое оружие, — он кивнул на внучек. — Поверь, если бы не Николай, с тобой бы и разговаривать не стали.
— Ну а вы что расселись? — словно вспомнил о них спросил глава Рода. — Марш по комнатам!
Таня ухватила двоюродную сестру за руку, и они поспешили покинуть помещение.
— Пойдем, надо поговорить, — Таня показала в сторону гостевых комнат, которые им выделяли, когда они гостили в поместье. В комнате, заняв кресло, она дождалась, пока Марина сядет на кровать. — Я тут один разговор отца случайно подслушала. Они говорили о том, кто нанял наемников, которые на нас напали в торговом центре. Так вот, это был мастер Малинин.