Доспех духа. Ноналогия (СИ)
— Проиграл, — подтвердил он. — Но никто не гонит, да и изнутри смотреть интересней, чем с трибуны. Дождик там.
— Что, дождь начался?
— Гости в дорогих нарядах мокнут, — он кивнул. — Планируешь сегодня победить? Этот Орлов силен…
— Естественно, я силен, — со стороны входа к нам шел Роман. — И уж точно не такой слабак, как ты, чтобы так позорно проиграть. Ты ж за весь бой ни разу не попал по татарину.
— Не о тебе говорю, — отмахнулся Кеша. — О братце твоем двоюродном.
— Ты с кем в первом поединке дерешься? — спросил я.
— С Дашковым, — Рома показал в их сторону. — Ты таблицу не смотрел? Потом, в полуфинале с тобой. Вот и посмотрим, кто сильнее.
— Ты Ивана попробуй выбить. Он тебя разделает за пару минут, — в голосе Кеши слышалась непоколебимая уверенность, что так оно и будет.
— Посмотрим, — спокойно ответил Рома и расплылся в ехидной улыбке. — У меня хотя бы шанс будет.
Со стороны выхода на арену появился ректор и незнакомый мне человек. Мужчина, лет шестьдесят, черный генеральский китель с золотым шитьем. Похожий носил начальник Таисии.
— Господа, — громко произнес ректор, проходя к мониторам. — Сегодня решающая часть турнира. От мастеров требую уважения к сопернику и соблюдения правил. Присутствует император и важные иностранные гости. Поэтому никаких разрушений. Готовьтесь, погода портится, время поджимает.
Обведя всех взглядом, ректор и генерал ушли. Я вопросительно посмотрел на Кешу, но тот только пожал плечами, как бы говоря, что тоже ничего не понял. Минут через пять загорелись экраны, показывая полные трибуны и арену. Император как раз двигался по ряду, чтобы занять место в ложе. Гости на трибунах встречали его стоя. Из иностранных гостей я смог опознать только женщину, чье лицо скрывала вуаль. Может, еще крупный мужчина в ветровке и кепке, занявший место на самом краю ряда. Судя по картинке дождик начал переходить из легкой в среднюю стадию. Те, кто сидел на самых верхних рядах могли позволить себе открыть зонтики, остальные прятались под одинаковыми оранжевыми дождевиками, которые раздавали всем желающим. Заметил небольшие театральные бинокли в руках некоторых зрителей.
Снова вступительная речь ректора для гостей и тех, кто будет смотреть прямую трансляцию по телевизору. Ничего нового он не сказал, практически повторив позавчерашнюю речь. Дал отмашку и представили первых участников на сегодня. Роман Орлов и Иван Дашков. Я остался рядом с экранами, чтобы посмотреть бой. Рома начал первым, бросился вперед, активно работая руками, стараясь сблизиться и перевести бой в горизонтальную плоскость. Он был заметно слабее в плане силы, но выигрывал в технике и двигался чуть быстрее. Хотел повторить подвиг татарина и измотать противника, а потом повалить и провести болевой или удушающий прием. Не учел, что Иван тоже не прочь был перевести бой в борьбу. Во время небольшого клинча, Дашков умудрился обхватить противника за пояс и, несмотря на пропущенный удар локтем в голову, провел шикарный бросок. Оказавшись на полу, он сноровисто оседлал немного дезориентированного Романа и довольно быстро закончил бой серией тяжелых ударов в голову. Бой вышел скоротечный, но наполненный красивыми ударами и переводом в партер.
Видел я как-то борьбу, когда два мастера, использующие только объемные техники, оказались близко друг к другу. Там был не бой, а грязная возня. Они душили друг друга, пытались выдавить глаза, даже кусались. Может, действительно полезно, чтобы мастера сражались вот так вот, врукопашную? Когда дело дойдет до серьезного столкновения, и выбора не останется, они будут знать, что делать.
Затем выступал Тимофей Орлов, легко и довольно эффектно одержав победу. Позер, решил покрасоваться перед императором. Пользуясь преимуществом в силе, немного побил оппонента и в конце, поймав на ударе ногой, швырнул в бетонную стену. Зрители ликовали, но мне больше понравился именно первый бой. Он был гораздо интересней.
— В сером кимоно, — голос ведущего, — Кузьма Матчин! Двадцать два года, использует технику укрепления тела!
Я вышел на арену, попав под холодный дождь. Земля под ногами пока не начала раскисать, но драться босиком было не слишком приятно. Трибуны загудели, непонятно, одобрительно или наоборот. Я замахал руками, приветствуя гостей. Изобразил поклон в сторону ложи с императором. Коротко помахал ручкой, заметив Николая, выглянувшего на минуту из-за плеча гостьи.
— В черном и золотом, — снова голос из динамиков, — Аюкай Еникеев! Тридцать четыре года, техника солнечного ожога!
Татарина трибуны приветствовали едва ли не стоя и гораздо громче. На общедоступных ресурсах, где Тася нашла данные на меня, техника Аюкая называлась именно так, как объявил ведущий. Это было вольное название, придуманное или им, или кем-то для него. Сказано, что он мог собрать солнечный свет с довольно большой площади и направить его тонким лучом в одну точку. Думаю, эта сила как-то связана с оптикой. Может, он огромную линзу в воздухе создает и собранным в пучок светом испепелят все что угодно? Любопытное умение. Посмотреть бы воочию.
Дали отмашку к началу поединки. Аюкай спокойно пошел навстречу, остановился в паре шагов. Я выглянул из-за рук, которыми прикрывал голову.
— Предлагаю решить исход поединка, обменявшись ударами, — сказал он.
— Да? — недоверчиво посмотрел я, затем улыбнулся. — А, давай. Это будет весело.
— Я предложил, тебе бить первому, — сказал он, выпрямляясь в полный рост.
— Нет. Ни в коем случае. Уступаю право первого выстрела тебе… то есть, удара. Смелее, дядюшка Кузьма крепок телом, — я стукнул себя в грудь.
Аюкай немного нахмурил брови, затем кивнул. Подошел вплотную, собрался и ударил меня в правое плечо. Не знаю, вложил ли он всю силу, но не пробил. Я едва пошатнулся. И ведь не стал бить в левое плечо, на котором понемногу намокал большой пластырь.
— Достойный удар, — кивнул я, показав большой палец. — Взамен покажу свой особый прием! Называется «Пробивающий перст».
Продемонстрировав указательный палец, неспешно ткнул мужчину в правую сторону груди, целясь в золотой круг орнамента. Аюкай отступил на шаг, едва заметно поморщился.
— Круто, правда? — широко улыбался я. — Хотел бы научить, но это секретная семейная техника.
Не стал говорить, что название придумал только что.
— Спасибо, — он кивнул, непонятно за что поблагодарив. Развернулся и пошел к выходу, бросив на ходу мастеру Корицкому. — Я признаю поражение.
Что творилось на трибунах, не описать словами. Благородные господа выкрикивали грязные ругательства, свистели, топали. Кто-то в сердцах бросил вниз зонтик. Я же помахал зрителям и довольный собой, поспешил уйти с арены. В шатре меня встретила Алена, протянула полотенце.
— Да, сражаться в дождь, в грязи, то еще удовольствие, — сказал я, вытирая голову.
— Странный бой, — сказала она, показывая на экран. Сейчас на арену выходила последняя четверка.
— Я же говорил, что не обязательно драться, чтобы определить сильнейшего. Только если разница в силе совсем несущественная. Или когда эту разницу нельзя определить. Интересно, как дела у Льва Валентиновича?
* * *Центр Москвы, просторное полутемное помещение букмекерского клуба
С прошлого визита в зале ничего кардинально не изменилось. Те же столы и мониторы в центре, удобные диваны и столики, тонувшие в темноте. Разве что людей стало значительно больше. Не всем хватило место в темноте и им пришлось рассаживаться вокруг столов в центре. Гомон голосов, звонок мобильного телефона, быстро прервавшийся. На экранах в центре изображение Матчина Кузьмы и Дашкова Ивана. Со стороны Матчина несколько крупных ставок, которые никто не спешит перекупать. Отдельно висит изображение в виде конверта. Любой желающий со своего планшета мог открыть конверт и подивиться ставке в виде десятка квартир в жилом элитном комплексе. Конверт висел с самого утра, и никто не спешил выставлять что-то в ответ. Мелкие же ставки, не доходящие до двухсот тысяч, загорались и исчезали с обеих сторон.