Король и его королева
— Догадок, государь, после долгих размышлений осталась одна-единственная, — сказал Интагар. — Рубите мне голову, но я бы стоял на том, что ваш Ледяной Доктор — попросту «страшный бородач».
— Это еще что за зверь?
— Это старый бандитский прием, давно известный полиции. Как бы покороче… В общем, шайка-банда собралась на совет. Во главе стола сидит главарь — этакий страшный бородач, могучий, грозный, увешанный оружием. Ну, не обязательно бородач, но всегда это человек внушительный, производящий впечатление, по-настоящему грозный. Он дает распоряжения, наказывает провинившихся, одним словом, руководит всем и вся. Только это все — обман, подставное лицо. Где-то в конце стола сидит незаметный человечек, частенько занимающий низшее место в тамошней иерархии — и он-то и есть настоящий главарь. О чем сплошь и рядом и понятия не имеет подавляющая часть членов шайки, кроме пары-тройки особо доверенных лиц — такие, сами понимаете, непременно должны быть, на случай, если у фиктивного главаря по глупости возникнет желание стать реальным. Кто эти доверенные лица, фиктивный, конечно же, не знает. Старый прием. Далеко не каждая банда его применяет, но встречается часто. В чем тут вся соль? Даже если полиция узнает, что это не настоящий главарь, а «страшный бородач», чертовски трудно вычислить настоящего, приходится буквально по человечку перебирать, присматриваться, следить за кучей народа. Что дает мне основания так думать? Я, конечно, не понял всех этих ученых подробностей, да и граф Элкон кое-что плохо понимал. Но мне ведь это и не нужно? Я изучал события. Обстановку.
Видите ли, ваше величество, тут масса нестыковок. Ледяной Доктор был достаточно умен, хитер и коварен, чтобы несколько лет втайне руководить достаточно обширным предприятием. И внезапно он, словно бы потеряв здравый смысл и рассудок, собирает случайных людей и показывает им такое… И тут же бежит, словно заранее предвидел немедленные доносы. Но не уничтожает здание с этими, — его передернуло, — омерзительными монстрами. Якобы не успел. Однако три здания, гораздо большие по размеру, он уничтожил самым старательным образом, так что в руки следователям не попало ни единой пустяковины… Как-то все это странно… И еще. Эти монстры при всем их ужасающем и отвратительном виде все до одного — не более чем забава. Ни один из них не пригоден для какого-нибудь серьезного дела. Как будто их специально оставили, чтобы продемонстрировать: хозяин занимался этим, и только этим. Вот там пишется про «расход энергии». Не так уж трудно было понять графа — это ж примерно то же самое, что расход дров и угля на кухне… И подчеркивается: за все время уцелевший дом израсходовал едва одну сороковую часть от общего расхода. Все остальное шло в уничтоженные дома… Что там делалось, никто не знает. Если такие же бесполезные монстры — то почему такой расход топлива, то есть этой самой энергии? Ведь не так уж ее много понадобилось на монстров… Все вроде бы как на ладони: вот он, мертвый виновник, вот образцы его трудов… но вот полицейское чутье шепчет: слишком уж оно гладко и правильно. Как в любой истории со «страшным бородачом» — вот он, грозный, ножами увешан, рыком приказы отдает… А неприметный — в уголке… Вот такие у меня соображения, ваше величество, и других просто нет, не взыщите…
Сварог задумался. Тут следовало не взыскивать, а поощрить.
Этой версией, как проистекало из досье, никто никогда не занимался, никто не выдвигал предположения, что Ледяной Доктор — подставное лицо, парадная витрина, а уцелевший дом с монстрами — ложный след. Во всяком случае, в досье об этом ни словечка. Нельзя исключать, что кто-то все же такую версию выдвигал, но оказался слишком молод, в малых чинах, небольшом авторитете — и его точка зрения в досье не попала. Такое частенько случается, и не только в секретных службах.
Если Интагар прав… А он вполне может оказаться прав. Все логично и убедительно: Брашеро работал как раз в маноре Ледяного Доктора, в тех трех зданиях, успел смастерить там много ему полезного и вывезти в Горрот. Ну, а потом закрыл дело крайне эффектной концовкой. Убедительно, черт побери… Бесполезное это знание или нет? Пожалуй, кое-какую пользу все же можно извлечь: если заново, с этой точки зрения тщательно перебрать всех постоянных посетителей Ледяного Доктора, посмотреть, кто они по роду занятий — быть может, и удастся выцепить кого-то из сообщников Брашеро, кто остался в Магистериуме. Есть некоторые шансы. Лишь бы времени хватило…
Интагар напряженно ждал.
— Ну что же… — сказал Сварог. — Ордена вы не получите, но ваши выводы мне крайне полезны, честное слово, — он усмехнулся. — Можете в следующем месяце сэкономить из казенных средств лишнюю пару сотен золотых, разрешаю. Нынешнее положение дочек требует расходов, я понимаю…
— Спасибо, государь! — с искренней радостью воскликнул Интагар. — Я горячо…
— Ну, ну! — отмахнулся Сварог. — Заслужили. Идите.
Он вышел следом, оглядел вскочивших, склонившихся в поклоне придворных и чиновников, спросил:
— У кого-нибудь есть нечто чрезвычайное, срочное, важное? Нет? В таком случае, господа мои, решайте дела без меня. Мое величество сегодня более никого не примет.
И, ни на кого более не глядя, вышел в коридор, неспешной вальяжной походочкой направился в малую спальню.
Яна уже не валялась в постели со здешним дамским романом, а сидела в Безымянной комнате и слушала Тарину Тореми:
— Дикий сокол взлетает за облака, в дебри леса уходит лось.А мужчина должен подругу искать — исстари так повелось.Мужчина должен подругу найти — летите, стрелы дорог!Восход нас ждет на краю земли, и земля вся — у наших ног!Увидев Сварога, она убавила громкость, поставила на стол высокий стакан с каким-то соком и спокойно спросила:
— Все в порядке? У тебя лицо не то что спокойное, а даже благостное чуточку…
— Все в порядке, Вита, — сказал Сварог, мимоходом взъерошив ей волосы на затылке. — Правда, нужно собираться и лететь. Появились интересные идеи, которые следует обсудить с Канцлером, да и тебе не мешает послушать. Собственно, нам и нечего собирать, а потому…
Почувствовав знакомую дрожь в правом кармане камзола, он вытащил свой всегдашний золотой портсигар — в который давным-давно распорядился воткнуть «почтовый ящик». Нажал соответствующий рубин на крышке справа, и над портсигаром вспыхнул небольшой, в пару ладоней, экранчик. Две депеши, причем вторая — шифрованная, что случалось крайне редко. Ну, там и дешифратор имелся, как же без него…
Прочитав первое, он присвистнул — впрочем, без всякой тревоги. Не стоило оно того…
— Интересные дела, Вита, — сказал он спокойно. — Сообщение от маркиза Оклера. Его системы засекли две флотилии подлодок токеретов нормального размера. В одной семь субмарин, во второй — целых девять. Идут от Девайкира — ну точно, у них там база… Как и обговорено, маркиз ничего не предпринимает, просто наблюдает. Ну, в свете последних событий — вроде ничего опасного. А кто у нас второй, и почему он зашифровал…
Он прочитал шифровку от Элкона. Как-то не уложилось в сознание сразу. Прочитал еще раз. Осознал. И почувствовал, как по всему телу прошел зябкий холодок. Господи Боже ты мой… Это еще не конец, но чтобы настолько уж скверно…
Он медленно опустился в кресло, так и держа в руке портсигар с не выключенным экраном. Спохватился, выключил. Когда вынимал сигарету, почувствовал, что пальцы слегка дрожат.
Яна вскочила, вскрикнула:
— Что?! Я у тебя в жизни не видела такого лица!
— Скверные дела, Вита, — сказал он медленно. — Шифровка от Элкона. Четыре с лишним часа назад было полностью потеряно управление сетью боевых орбиталов и утрачена всякая с ними связь. Все восстановилось только через семнадцать минут сорок секунд, причем часть орбиталов оказалась перенацеленной. Прецедентов не имеется. Причины не установлены… Понимаешь, что это значит? — и, видя, что глаза у нее стали на пол-лица, что она страшно побледнела, продолжал севшим голосом: — Вот это уже больше похоже на генеральную репетицию. Знаешь, что мне пришло в голову? Что токереты крепко настаивали прибыть к ним не позднее, чем через два-три дня, вовсе не из-за своих внутренних сложностей. Что, если они точно знают: дня через три Брашеро и начнет? И спешат сдать его в обмен на какие-то выгоды?