Король и его королева
Ну и, наконец, смеркалось. Вскоре Золотые Шмели должны уйти в Токеранг — а наблюдать их глазами, пожалуй, еще важнее, чем устроить на Вингельта охоту с живцом…
Глава V
Сюрпризы и находки
С сумерками Вентордеран покинули все посторонние — и королек из Вольных Маноров, ухитрившийся и за третьим застольем переправить в карман золотую ложку, и бережно погруженный в виману Мары отец Грук. Яна со Сварогом остались в одиночестве перед огромными экранами, в окружении Золотых Обезьян и Мяуса, скромно притулившегося в уголочке, как и положено министру тайной полиции.
Началась разведка — крайне неспешная, осторожная, без всяких попыток лихого кавалерийского наскока. Они не разговаривали об этом, но по глазам было видно, что и ему, и ей хотелось именно лихого рывка под землю целых эскадрилий. Пришлось эти мысли безжалостно гнать.
Сначала десяток Шмелей проник внутрь, пролетел над осыпью, и, держась над облаками обстоятельно и подробно рассмотрел укрепления, прикрывавшие осыпь. Все подтвердилось: и десяток рядов колючей проволоки, и коробчатые броневики, и зенитные орудия были установлены исключительно для того, чтобы в случае чего не выпустить в туннель своих беглецов — пеших или на вертолетах. Вторжения извне никто, сразу видно, не опасался.
Снаружи никто не ждал сюрпризов. И никто не отреагировал на крохотных соглядатаев. А потому их становилось все больше — они, опять-таки не особенно спеша, вереницами проникали все глубже в Токеранг, рассыпались веерами, счет маленьким шпионам уже пошел на сотни. Это продолжалось часа два, пока последние не достигли противоположного конца пещеры, уже в Заречье. Под каменным небом, над серыми облаками, закрывавшими едва ли не две трети здешнего «небосклона», повисли сотни крохотных, в полпальца, золотых соглядатаев. И никто их пока что не замечал, так что уже, видимо, не следовало подозревать какой-то коварный умысел токеретов — впустить, например, всех и уничтожить разом. Никто не пытался нащупать их радарами, самолеты в воздух не поднимались. Правда, в нескольких местах Шмели зафиксировали радиопереговоры, но они, тут же переданные в Центр, касались исключительно происходящего на земле: рутинные переговоры каких-то сторожевых постов, донесение о выходе какого-то каравана, о выпуске очередной партии продукции (о чем шла речь, не уточнялось).
Еще часа через полтора Сварог с Яной имели о Токеранге довольно точное представление — хотя, конечно, понять предназначение многих зданий было трудновато.
Почти все примыкавшее к морю Заречье — добрая четверть Токеранга — представляла собой сплошную промышленную зону: скопища зданий, по величине и форме несомненные заводы и фабрики, странные купола, соединенные крытыми переходами, высокие усеченные конусы. Создавалось впечатление, что часть всего этого хозяйства упрятана под землю: один раз прекрасно было видно, как прямо посреди квадратной бетонированной площадки раскрылся двустворчатый люк, и оттуда, из освещенного туннеля, потянулись крытые грузовики.
Самый большой в пещере город располагался на полдень от скопища заводов, достаточно далеко по здешним меркам. Уже потом, когда отозвали всех Шмелей и стали просматривать записи, Сварог с Яной пришли к выводу, что выглядит город довольно современно, гораздо больше похожий на существовавшие до Шторма, чем на нынешние земные. Самое большое здание, практически в центре, хотя и выглядит в точности как иные «доштормовые», окружено высоченной стеной с частыми башенками, откуда торчали стволы то ли пулеметов, то ли малокалиберных пушек, а в одном месте, у самой стены, расположился аэродром с двумя десятками вертолетов, прекрасно знакомых Сварогу по первой встрече. Самое большое здание в стране, сразу видно: с парками, озером, расположенными вдоль стены зданиями казарменного вида, в каких обычно располагается охрана или придворные гвардейцы. Точно известно, что еще несколько лет назад здесь правил какой-то король. Если монархия по-прежнему благоденствует, это и есть королевский дворец. А если ее кто-то сверг, то победители, несомненно, разместились здесь, в бывшем дворце, удобства и безопасности ради — удачливые мятежники обычно так и поступают.
— Обратила внимание? — спросил Сварог. — Это ведь определенно столица. Но что-то никаких признаков развеселой ночной жизни — ни вывесок горящих, ни рекламы. Да и машин почти нет. То ли они тут такие уж аскеты, то ли комендантский час действует…
Потом они насчитали еще восемнадцать городов, городков и городишек — полдюжины современностью построек напоминали столицу, а вот остальные больше походили на крупные дворянские поместья — с могучим замком посередине, гораздо более скромными домами вокруг и скопищем лачуг на окраинах. И виселицы были замечены не в одном маноре. Получалось какое-то причудливое сочетание современных технологий (сеть автострад, колонны грузовиков, «зона» заводов) и тут же поместья, мало чем отличавшиеся от земных. Разве что на земле давненько уж короли отобрали у магнатов «право на виселицу и плаху».
— Удивительное сочетание… — протянула Яна.
Сварог покосился на нее, но благоразумно промолчал. Хотя мог бы сказать, что знает не менее причудливое сочетание: заоблачные замки с высокими технологиями и натуральнейший феодализм на земле. В конце концов, не она это придумала…
Он попытался было пересчитать однотипные самолетные ангары, но спохватился, что это можно прекрасно перепоручить Обезьянам. Буквально через минуту был получен точный ответ: триста. Даже учитывая крохотные размеры самолетов, во внутренней войне было бы форменным идиотизмом их использовать, для усмирения мятежей, о которых смутно упоминалось — слишком много. И никак не похоже, чтобы здесь имелось два государства. По всему выходило, что эту армаду собираются использовать снаружи. Для того и туннель.
Шмели, к сожалению, не могли заглянуть в исполинский по здешним меркам ангар подводных лодок, расположенный под самым потолком пещеры. Слева, наискосок, наверх вела широкая дорога, заканчивавшаяся на огромной площадке — но там обнаружилось шесть высоких ворот, кажется, металлических. Впрочем, что там расположено, и так прекрасно известно…
— Ну вот, — Яна, не удержавшись, зевнула (стояла уже поздняя ночь). — Великая тайна древности раскрыта. Теперь бы догадаться еще, что с ними сделать…
Сварог промолчал. Идеи-то у него были, и не самые глупые — но вот последствия…
— Пойдем спать, — сказал он. — Утро вечера мудренее.
Оба изрядно устали, в Вентордеран идти было просто лень, и они направились в свою спальню для новобрачных, все еще убранную роскошными цветочными гирляндами. Яна блаженно вытянулась в кресле, прикрыла глаза. Сварог сидел в соседнем и обдумывал кое-какие подходы.
— Послушай, — сказал он негромко, — а этот твой Древний Ветер на что-нибудь такое… способен?
— Со всем Токерангом я справиться не могу, — сказала Яна, не открывая глаз. — Сбивать самолеты поодиночке, рушить здания, опять-таки по одному… Видишь ли, Древний Ветер — никак не боевая магия, скорее защитная. Против нечистой силы, против зла. — По-моему, там в пещере — натуральное зло…
— Все равно, я многое могу, но чтобы справиться с целой страной…
Ну да, все, как обычно. Подумал Сварог. Пресловутые примечания мелким шрифтом, сводящие большинство способностей на нет или загоняющие их в узкие рамки. Сначала сгоряча кажется, что ты всемогущ, а потом выясняется, что по-настоящему великие маги существовали в незапамятные времена, в седом прошлом — да и то, если не наврали сказители…
— Вообще-то я могла бы запечатать туннель, — сказала Яна. — Надолго и надежно. Будет нечто вроде невидимой неодолимой стены, о которую разобьется любой самолет…
— Нет уж, не будем экспериментировать, — сказал Сварог решительно. — Меня одно беспокоит: если у этих поганцев есть ядерные технологии, может найтись и что-нибудь для бактериологической войны. У нас есть от нее средства?