Семь дней до любви (СИ)

— И я решил то же самое, — Максим весело тряхнул головой.
— Да, у вас же сегодня выходной, — я сделала вид, что только что вспомнила об этом. Не признаваться же, что думала об этом почти весь день?
— И завтра тоже, — он кивнул.
— Давно вы работаете в этом санатории? — осмелилась поинтересоваться я.
— С весны, — ответил Максим, но я все же заметила паузу, предшествующую этому.
Я почувствовала, что эта тема ему не очень приятна, и собралась сменить ее, но Максим вдруг сам продолжил:
— Я вообще хирург по специальности. Травматолог. Работал до этого в больнице… Но после одного инцидента пришлось поменять специализацию, — в его улыбке промелькнула горечь.
— Но вы прекрасно с ней справляетесь, — мне захотелось его подбодрить, хотя его чувство разочарование эхом отразилось и во мне.
— Здесь действительно здорово. Комфортно, спокойно, никакой спешки, никаких ночных дежурств, все предсказуемо и без экстремальных пациентов. Рай, одним словом, — однако я снова уловила за этой шутливой бравадой тоску.
— Но вы скучаете по прежней работе, — сказала я.
— Да, скучаю, — он кивнул и усмехнулся. — Иногда. Но уже все реже. Думаю, скоро совсем проникнусь этой атмосферой безмятежности и навсегда забуду, каково это было раньше…
— Я вас понимаю, — вдруг вырвалось у меня. — Мне тоже пришлось… Сменить сферу деятельности.
— И кем вы были раньше? — в глазах Максима появилась заинтересованность.
— Аудитором в банке, — я уже начала жалеть, что поддалась порыву откровения. Воспоминания об этом до сих пор отдавали болью. — Но… Тоже произошёл один инцидент, после которого мне пришлось уйти из банка… И, вообще, из этой сферы, — я подавила вздох.
— Предлагаю тост, — Максим нашёл гроздь из трех черешен и приподнял ее. — За перемены, которые не убивают нас, а делают сильнее.
— И которые всегда к лучшему, — я тоже подхватила ягоду за хвостик, и мы торжественно «чокнулись» черешней.
После этого наш разговор потек уже в более нейтральном русле, Максим рассказывал о санатории, я — о том, как мне работается компаньонкой. За шутками и черешней мы не заметили, как стемнело, а потом нас и вовсе прогнал пришедший чистильщик бассейна.
Максим хотел провести меня до номера, но я побоялась, что нас застукает Фаина Эдуардовна, и тогда уж мне придётся прятаться от ее любопытства и ехидства. Но мне повезло зайти в номер буквально за пару минут до ее появления. К счастью, после кино они с Ростиславом решили немного прогуляться, потому и задержались.
Я же в эту ночь долго не могла уснуть, провалившись в интернет, где искала информацию, связанную с Максимом. В соцсетях его практически не было, лишь в одном месте нашлось несколько фотографий с ним с какой-то научной конференции. А под конец поисковик выдал мне коротенькую статью, где говорилось, что Корнеев Максим Витальевич провел некую сложную экстренную операцию пациенту после ДТП, чем спас ему жизнь и поставил на ноги.
Что же тогда произошло такого, что заставило его уйти из хирургии?
  
День 4
 
— Я на закате Союза и потом, в девяностых, успела объездить половину Европы с нашим Домом Мод. Ни одна манекенщица без моей кисти не выходила на подиум, — Фаина Эдуардовна вальяжно раскинулась за столиком у бара, попивая фруктовый коктейль.
Напротив нее сидел Максим со стаканом газированной воды и внимательно ее слушал.
— А я все время гадал, кто вы по профессии, и совсем не подумал о фэшн индустрии, — он тоже расслабленно улыбался.
Ну вот, стоило мне на пятнадцать минут оставить мою подопечную, и она уже нашла себе компанию! В лице Максима, естественно. Не то, чтобы я была огорчена этим, но лучше бы это не было так неожиданно.
— Фэшн индустрия, визажисты, — Фаина Эдуардовна поморщилась, — словечки новомодные… Тогда мы были гримерами. А до восьмидесятых годов и вовсе в штате Дома Мод не было их, девчонки сами себя и красили, и причесывали даже на международных показах, это уже позже у них появились гримеры и парикмахеры, ну а я к ним из театра перешла, драматического…
 
— Алиса! — Максим увидел меня и улыбнулся.
— Добрый день, — я тоже улыбнулась и села рядом с ним. — Развлекаете Фаину Эдуардовну в моё отсутствие?
— Скорее, это она меня развлекает, — усмехнулся Максим.
— Алиса это уже сто раз слышала, — хохотнула старушка. — А Максим Витальевич нет, так что у меня появились новые благодарные уши.
— Действительно, очень благодарные, — с улыбкой подтвердил тот. И вновь обратился ко мне: — Вам принести что-нибудь из бара, Алиса?
— Только если сок, — попросила я.
Максим отошел, а Фаина Эдуардовна наклонилась ко мне:
— Вас оставить одних? — ее шепот был заговорщицким.
— И куда вы пойдёте? — так же шепотом уточнила я. — Ваш Ростислав ещё на процедурах, мне некому вас перепоручить. Так что сидите.
— Не злишься и не отмахиваешься — уже хорошо, — Фаина Эдуардовна с довольным видом откинулась на спинку стула и поболтала в стакане трубочкой. — Кстати, сегодня дискотека. С караоке. А у Максимки выходной. Чувствуешь связь?
— Он сказал, что пойдёт? — я заерзала на месте.
— Нет. Но могу спросить.
— Не надо, — я заметила, что Максим возвращается.
— Вишневый смузи, — он поставил передо мной бокал с красным напитком. — Надеюсь, угадал.
— Вполне, — улыбнулась я.
— Максим Витальевич, — начала было Фаина Эдуардовна с хитрым видом, который меня сразу насторожил: сейчас явно что-то отчебучит.
Но тут у нашего доктора зазвонил телефон. Он извинился и отошёл, чтобы поговорить. Вернулся вскоре, но только для того, чтобы снова извиниться и сказать, что ему нужно срочно идти.
— Все в порядке? Ничего серьёзного? — обеспокоилась за меня Фаина Эдуардовна.
— Не серьезнее, чем спасать ваш шарфик вместе с вашей помощницей, — он улыбнулся. — Увидимся позже.
— Надеюсь, — усмехнулась Фаина Эдуардовна. А потом нахмурилась: — Надеюсь, не к другой девице ускакал. Хотя… Карты говорили, что нет у него никого.
— Вы и на это гадали? — вздохнула я. Хотя, надо признать, ее сомнения достигли цели.
— Кидала разок, — отмахнулась она. — Я-то кольца у него не увидела. И следа от него никакого тоже, вот и решила глянуть, чтоб наверняка… А то ж ты переживать будешь.
— Мне пока не за что переживать, — ответила я напряженно. — Мы с ним просто общаемся, и чаще всего на тему вашего здоровья.
Фаина Эдуардовна хмыкнула, но ничего не сказала. А я побоялась признаться, что первым делом изучила руки Максима на предмет обручального кольца. И если бы можно было ещё заглянуть в паспорт… Да, это похоже на паранойю. Но обжегшись на молоке, я дую на воду.
— Сейчас придём, и я ещё раз раскину таро… — продолжала между тем Фаина Эдуардовна. — А потом будем выбирать наряды для танцев. Ты меня на них сегодня сопровождаешься. Даже несмотря на Ростика.
На дискотеку Фаина Эдуардовна наряжалась с особой тщательностью, а потом взялась за меня. Лично перебрала всю мою одежду и выбрала укороченное кремовое платье, которое я взяла на всякий случай.
— И поясок сюда красный, держи, — она принесла мне свой. — И алую помаду не забудь.
— Я не крашусь такими яркими помадами, — воспротивилась было я, но Фаина Эдуардовна на меня так глянула, что мне пришлось сдаться. В конечном итоге получилось даже неплохо.
— Теперь я довольна, — кивнула Фаина Эдуардовна. — Можем идти. Хотя… Постой. — она взяла с полочки флакон духов, пшикнула в сторону и велела: — Войди в облако.
Я послушно сделала шаг вперёд. Меня окутал нежный аромат весенних цветов. К счастью, Фаина Эдуардовна предпочитала не «старушечьи» духи, от плотности и сладости которых через секунду начинало мутить, а лёгкие и свежие, которые нравились и мне.
— Вот теперь точно все, — кивнула она и взяла меня под руку. — Вперёд!
Тынц-тынц-тынц… Музыка с привычными современными битами была слышна даже в холле, а когда уж мы вошли в зал, то она обрушилась на нас всей своей громкостью. Фаина Эдуардовна сразу стала пританцовывать.