Слово мастера (СИ)

Если при этом тан сообщил о смерти кузена вовремя, то на какое-то время версия с похищением действительно могла быть обоснованной. К примеру, следователи могли не исключать, что драймарант на Босхо надели сами похитители, чтобы скрыть его ауру, модулятор голоса мог попросту исчезнуть из числа улик, теневой браслет сгорел, а значит, сейчас уже достоверно не определить, кому он в действительности принадлежал. А значит, по факту единственное, что гарантированно доказывало причастность Норминда Босхо к Туран, были мои собственные записи.
  
При этом могло случиться и так, что какие-то из них показались силовикам подозрительными, поэтому на веру их, разумеется, не приняли и вполне могли решить, что часть из них — это обычный, тщательно смонтированный фейк, призванный опорочить хорошего человека.
Более того, без очень веских доказательств ни один следователь и ни один высокопоставленный военный чиновник не рискнет вот так с ходу очернить репутацию известного банкира и бизнесмена. Поэтому высказать на камеру версию с похищением, а заодно умышленно умолчать обо всех остальных, дабы не будоражить лишний раз общественность и не бросать раньше времени тень на репутацию младшего рода Босхо, было не такой уж скверной идеей.
Понятно, что быстро это дело не раскрутится и что в СМИ полной информации о полученных и собранных уликах еще долго не будет. Силовики будут работать тихо, аккуратно, но скрупулезно и даже дотошно, чтобы ничего важного не упустить. Зато когда они все проверят, сопоставят, изучат и наберут железную доказательную базу против Норминда Босхо, когда достоверно убедятся, что полученные от анонима записи, пусть и неполные, являются подлинными, то вот тогда и настанет время для настоящих обвинений. И вот тогда тану Босхо придется здорово поломать голову, как откреститься от преступника-брата, чтобы не вляпаться самому.
Впрочем, даже если моя вера в местные правоохранительные органы сильно преувеличена, и сотрудники всех трех спецслужб окажутся недостаточно компетентными, чтобы довести это громкое дело до конца, меня вполне устраивал тот факт, что для тана Эранда и особенно для Туран смерть такой фигуры как Норминд Босхо стала невероятно крупной и очень серьезной потерей.
На координаторе такого уровня должно было быть многое завязано, он многое решал, многое знал и за многое отвечал в организации и одновременно в своем собственном роду, поэтому после его гибели и у Туран, и у Босхо должна была подняться паника. Да, информацию из Норминда я выудить не смог, но сам факт того, что в Нижнем городе стало на одного иллюзиониста меньше, не мог меня не радовать. Так что можно было смело утверждать, что в провинцию Лархэ я этим летом наведался очень даже не зря.
Я думал об этом все время, пока мы с наставником собирались на судебное заседание и получали последние инструкции от навестившего нас лэна Гасхэ. Думал, пока мы летели через полстолицы до здания суда, пока ждали начала заседания в коридоре…
Причем поскольку по большей части мои мысли вертелись вокруг рода Босхо, его тана, Туран, Кри и теневого банка, то я раз за разом возвращался к оставшемуся на теле Норминда браслету.
И в какой-то момент меня неожиданно осенило.
Я встрепенулся. Глянув на часы, сказал наставнику, что мне нужно в уборную. А когда закрылся в кабинке, то поддернул левый рукав и, сняв найниит со своего браслета, задумчиво уставился на список контактов.
Тан Расхэ дал мне девять цифр, так и не пояснив, как именно я должен был их использовать. Но недавно мне подумалось, что начальник его службы безопасности не мог просто так исчезнуть. Будучи доверенным лицом тана и годами исполняя его… порой не самые законные, мягко скажем, поручения, он вполне мог иметь контакты в Нижнем мире и после смерти хозяина спрятаться именно там.
Но тогда, может, и номер у него был не простой?
Персональные номера в Хошш-Банке, насколько я знал, присваивались клиенту лишь однажды и никогда не менялись. Поэтому, взглянув на список своих собственных контактов и убедившись, что все номера девятизначные, я вбил в поисковик те самые цифры, которые получил от тана Расхэ, и ухмыльнулся, когда на моем экране высветилась иконка с изображением безликого серого силуэта и надпись: «Клиент с особым статусом. Личный идентификационный номер: 02−12–681–24. Имя: скрыто. Для просмотра имени клиента у вас недостаточный уровень доверия. Желаете сделать запрос?»
Я согласно угукнул.
Однако вот так взять и написать клиенту банка, да еще и с особым статусом, было нельзя. С ним нельзя было легко и непринужденно перекинуться словами типа «Привет — Пока», нельзя было потрындеть в свое удовольствие. Теневые браслеты существовали сугубо для деловой переписки. Это вам не соцсеть и не обычный мессенджер. Плюс в теневом бизнесе существовал негласный этикет, нарушать который строго не рекомендовалось.
Я, правда, узнал о нем совсем недавно. Как раз тогда, когда взломал браслет Дорро и обнаружил в переписке некоторые особенности. В том числе повторяющиеся, похожие на кодовые, фразы, особенно в случае заказа нелегальных услуг, о которых до поры до времени мне было невдомек.
Впрочем, Кри никогда об этом не говорил и ни разу не намекнул, что в нашей с ним переписке что-то не так. Да и сам не соблюдал общепринятых правил, просто потому, что у нас изначально сложились довольно своеобразные отношения.
Однако к незнакомому человеку следовало обращаться официально и строго по делу. Поэтому вместе обычного вежливого «Здравствуйте!» или «Привет! Мне нужна помощь!» я написал коротко и емко:
«Запрос».
Так обычно клиенты банка сообщали о необходимости сделать заказ на ту или иную услугу у конкретного исполнителя.
О том, что Нокс был именно исполнителем, а не заказчиком, свидетельствовала формулировка вопроса под его аватаркой. Ну а о том, какие услуги мог оказывать бывший глава службы безопасности старшего рода, догадаться было не так уж сложно.
При этом я полагал, что придется подождать, прежде чем собеседник откликнется. Все-таки время для Нижнего города не слишком удобное — почти полдень. А его обитатели, как известно, наиболее активны по ночам, так что особых надежд на быстрый ответ я не питал.
Однако он, как ни удивительно, пришел практически сразу.
«С КБОС не работаем. Заказы не берем».
Ого. Вот так сразу взял и отшил, непрозрачно намекнув, что я со своим низким статусом, так сказать, рожей не вышел.
Ладно, сейчас переиграем.
«Запрос на личную встречу», — написал я, стараясь быть максимально кратким.
«Цель?» — так же лаконично поинтересовался мой собеседник.
Я усмехнулся.
«Расхэ».
А что? Мне ведь нужно привлечь его внимание.
Человек на том конце провода после этого и правда задумался, явно не понимая, чего я добиваюсь. А может, решая, не подстава ли это, ведь о своем прошлом нанимателе мой собеседник вряд ли трубил на всех углах. Тем не менее имя главы мертвого рода его все-таки заинтересовало. И в конце концов сделало свое дело, поэтому спустя примерно половину мэна мне на браслет все же пришел ответ:
«Запрос полномочий».
Я тихо хмыкнул: ишь какой недоверчивый — полномочия ему подавай. Может, пароль еще какой-нибудь ввести потребуется? После чего без колебаний ввел в строку всего одно слово: «Нокс». И, как и ожидалось, почти сразу получил новое сообщение.
«Место и время?»
Хех. Мимо этого имени он точно не мог пройти, предварительно не выяснив, что мне известно.
«Таэрин. Через три дня. В полночь».
А затем вбил в строку сообщения координаты той самой промзоны, где некогда держали Арли и где я устроил себе пространственный тайник. Просто потому, что это было единственное хорошо изученное и досконально проверенное мною место в Таэрине, которое лучше всего подходило для такого рода встреч.
  
«Принято», — так же лаконично отозвался мой собеседник, тем самым подтвердив, что появится.
Я удовлетворенно кивнул.
Отлично.
После чего деактивировал свой браслет, одернул рукав и поспешил вернуться к залу заседаний, успев явиться туда буквально за несколько мэнов до того, как двери зала наконец-то открылись и нас пригласили войти. После чего вместе с наставником и лэном Гасхэ зашел внутрь, уселся на жесткую лавку и чуть не ухмыльнулся, услышав от секретаря громогласное и прекрасно знакомое еще по прошлой жизни: