Слово мастера (СИ)

— Да-а, молодой человек, — протянула тем временем лэнна Босхо, наконец-то оторвав взгляд от планшета и уставившись на меня с каким-то новым выражением. — Умеете вы удивлять… Но все же, полагаю, будет уместным попросить вас продемонстрировать вашу печать.
Я в ответ только усмехнулся и расстегнул рубашку.
— Что ж, коллеги, — кашлянула она, увидев требуемое и убедившись, что печать мастера у меня действительно имеется. — Думаю, в данной ситуации дальнейшее разбирательство больше не требуется. Лаира и лаир Вохш!
  
Бабка с дедом от неожиданности чуть не подпрыгнули на скамейке.
— По рассмотрению всех материалов дела в удовлетворении вашей просьбы об опеке над вашим внуком, лэном Адрэа Гурто, по совокупности причин отказано. Лэн Ноэм Даорн!
Наставник так же молча поднялся на ноги.
— Ваше право на опеку лэна Адрэа Гурто также остается аннулированным, однако, как я уже сказала, за вами по-прежнему сохраняется право на наставничество. Если, конечно, лэн Гурто желает его сохранить.
— Желаю, — кивнул я, тем самым пресекая все возможные возражения.
— В таком случае заседание объявляю закрытым. Официальное заключение по делу номер шестьдесят два дробь один будет вывешено на сайте комитета по делам несовершеннолетних уже сегодня. Всем хорошего дня, — отчеканила лэнна Босхо и, не дожидаясь, пока коллеги опомнятся, первой поднялась из-за стола.
Я проводил ее взглядом, чувствуя себя несколько странно после двух дней нешуточного напряжения. Но, как ни удивительно, лэнна Заранна Босхо, несмотря на фамилию, оказалась вполне приличной, хоть и весьма своеобразной дамой. Так что есть еще нормальные люди в этой дурацкой провинции. Есть. И обнаружить их было на удивление приятно.
  
Глава 4
 
Спустя еще четверть рэйна мы уже стояли на просторном крыльце и с наслаждением вдыхали свежий воздух, который после напряженного дня и одержанной победы казался особенно вкусным.
А что? Тепло, хорошо, солнце светит, птички поют… Спрыгнувший мне на плечо йорк, прекрасно чувствуя мое настроение, с победным видом оглядывает оживленную улицу, по которой прочь от здания комитета по делам несовершеннолетних чуть ли не бегом бежит разъяренная до предела и изрыгающая проклятия бабуля. Несчастный дед, едва поспевая, семенит за ней следом, вынужденно слушая, как она грозится всех построить и всему миру показать, как надо жить…
Одним словом, красота.
А единственное, что несколько выбивалось из контекста, это совершенно спокойный законник четы Вохш, который вышел на улицу буквально на пару мгновений раньше них, но при этом почему-то не стал их дожидаться. Не остановился, чтобы переговорить, получить свой гонорар или хотя бы успокоить разгневанную проигрышем клиентку.
Нет. В отличие от лэна Гасхэ, который решил немного задержаться, этот тип просто вышел, спустился по ступенькам, сел в ожидающее его такси и без зазрения совести свалил, словно дальнейшая судьба нанимателей его не интересовала. И так, словно заработную плату ему платила не лаира Вохш, а совершенно посторонний, но не меньше нее заинтересованный в исходе сегодняшнего заседания человек.
Проводив его долгим взглядом, лэн Даорн повернулся ко мне и вполголоса поинтересовался:
— Не поторопился ли ты с громкими заявлениями, ученик?
Я перехватил любопытствующий взгляд лэна Гасхэ, который после заседания так пока ничего и не спросил, и качнул головой.
— Нет. Через два дня запись о моем звании мастера так и так появится во всех официальных реестрах, помимо тех, что ведет для своих нужд школа Харрантао. Так что информация о моем статусе в любом случае станет доступной. И я сегодня ничем не рисковал.
— И все-таки…
Я поднял голову и внимательно на него посмотрел.
— Про браслет сказать было нужно, чтобы не бросать на вас лишнюю тень.
— По-моему, это несильно помогло, — деликатно заметил законник, когда наставник выразительно промолчал. — Решение все равно было принято не в нашу пользу. По крайней мере не полностью.
— Да. Но это был наилучший вариант в сложившихся обстоятельствах. К тому же, хоть члены комиссии об этом и не спросили, но свой первый браслет я взломал еще в то время, когда школой руководил не лэн Даорн, а Моринэ… — я хотел было добавить «ублюдок», но в последний момент все-таки сдержался. — Это у него были проблемы с приборами. И это он довел школу до плачевного состояния. А лэн Даорн пришел позже и первым же делом занялся системой безопасности. В частности сменил всем нам школьные браслеты…
— Которые ты все равно взломал, — усмехнулся лэн директор.
— Да, — согласился я. — Последняя запись, которую я сегодня предоставил, была сделала всего два с половиной года назад, поэтому все грехи на Моринэ мы уже не скинем.
— Срок искового заявления по таким делам — три года, если что, — снова вмешался лэн Гасхэ.
— Тоже верно. Но тут важно понимать одну вещь — лэн Даорн не сам покупал эти браслеты. Обнаружив слабую защиту на устройствах, он в первые же месяцы своего пребывания в новой должности составил соответствующий рапорт и запросил средства на замену. И ему их через некоторое время действительно прислали. Не деньги — браслеты. Причем прислали в рамках программы госгарантий. Централизованно. И это, разумеется, были стандартизированные приборы, прошедшие все необходимые процедуры контроля качества.
Лэн Даорн неожиданно поморщился.
— Первую партию нам прислали не с теми характеристиками, которые я запрашивал. Траты на школу в то время у военного министества и без того были огромными: стройка, ремонт, новое оборудование, найм людей… поэтому кто-то из чиновников явно решил сэкономить государственный бюджет, и нам прислали браслеты, которые проходили по минимальным требованиям в плане безопасности. Мы, конечно, потом поставили на них новое программное обеспечение, но по техническим характеристикам то, что нам требовалось, установить оказалось невозможно. Так что техники сделали что смогли, а я потом неоднократно писал прошения в министерство о замене этих приборов на браслеты нового поколения. Но их нам прислали только полтора года назад, когда Адрэа уже выпустился.
Я тонко улыбнулся.
— Да, я помню, как менялись и усложнялись протоколы безопасности, как и то, что в последние полгода я уже не рисковал туда влезать. Уверен, в военном министерстве все ваши старые рапорты благополучно сохранились. Как и бумаги, которые наглядно доказывают, что низкое качество приборов — не ваша вина. В этом свете все, что вам можно вменить, это некоторую невнимательность в отношении учеников и, быть может, наличие слабых техников, которые упустили из виду взлом одного из браслетов.
Про школьную систему молчу.
— Но, — продолжил я, когда лэн Гасхэ бросил в мою сторону изучающий взгляд. — Обвинять вас в чем бы то ни было не относится к компетенции комитета по делам несовершеннолетних. Техническое состояние младших школ не входит в зону ответственности сегодняшней комиссии. Максимум, что они могут, это передать полученные сведения, скажем, в контролирующие органы. Причем здесь же, в провинции Босхо. На большее у них нет полномочий. Тогда как школа Ганратаэ, напомню, находится в юрисдикции не рода Босхо, а военного министерства. А чтобы подать туда жалобу, нужно иметь весомые доказатества. Какие доказательства есть сейчас у членов комиссии и, соответсвенно, у тех, кому они в теории захотели бы маякнуть о случившемся нарушении более чем двухлетней давности? Да, в общем-то, никаких. Слова шестнадцатилетнего подростка? Запись заседания, где было продемонстрировано некое видео? Для каких-то серьезных мер вроде выговора, отстранения и тем более снятия с должности этого недостаточно. Для начала… если жалоба все-таки поступит и ее примут к рассмотрению… из военного министества спустят официальное письмо в школу Ганратаэ и вежливо поинтересуются у лэна Даорна… у человека, напомню, с безупречной репутацией и прекрасными показателями… что же такого случилось, что на него поступила такая претензия? Лэн Даорн, разумеется, честно им все объяснит. И так же честно… вплоть до определителя ауры… пояснит ситуацию. Они, соответственно, поднимут старые рапорты, уточнят сроки поставок, технические характеристики браслетов. Пригласят на консультацию специалистов. И, скорее всего, придут к выводу, что да, те браслеты были недостаточно хороши и чисто теоретически взломать их было можно даже ребенку. Недаром их в итоге заменили и недаром лэн директор так настойчиво просил выделить на это средства. Одновременно с этим чиновники наверняка поинтересуются, что же там за одаренный ученик такой, который в столь юном возрасте смог влезть пусть даже в очень слабый прибор, причем так, чтобы об этом даже техники не узнали. И лэн Даорн снова честно ответит, что вот такой вот у него был ученик… а потом и воспитанник, который и тогда, и сейчас проявлял редкие, вернее, уникальные познания в маготехнике. Который в настоящее время с отличием учится по специальности, находится на особом счету на соответствующей кафедре академии. Отмечен лично ее деканом и в данное время не только проходит обучение по программе старшекурсников, но и по некоторым вопросам готов хоть сейчас отправиться на выпускной экзамен.