Измена. Горькая правда в наш юбилей (СИ)

Снова-здорово!
Я выдохнула, понимая, что злиться всё равно было бесполезно, я сама их приучила к такому общению.
Во мне взыграла злость и чувство противоречия: а вот не поеду, мне плохо, и всё тут!
— Глеб, документы — это вообще не моё дело, на меня не оглядывайся, это вы с отцом сами решайте. А по поводу приезда в больницу… Ты же всё равно будешь там, скажи Диме, у меня давление скакнуло. Да и общее состояние —просто ужас. Отлежусь пару дней и навещу его. Ладно, давай, а то у меня что-то голова закружилась, пойду полежу. Счастливо.
  
Я первая отрубила связь, и мне впервые за много лет было абсолютно наплевать, как там мои мужчины.
Они сильные, они справятся.
А я нет!
Все эти годы я наваливала и наваливала на себя заботу о близких, считая, что это нормально. Не пора ли сделать паузу и подумать, что все члены нашей семьи были взрослыми? И самостоятельными.
Вот пусть сами решают и меня не тянут!
Да, скорее всего это было банальное выгорание, я слишком перенервничала за последние недели.
Кате я позвонила после Глеба, но она как раз трубку сама не брала. С другой стороны, что могло случиться с ней? Тем более общаться с ней сегодня у меня всё ещё не было душевных сил. Рассказывать ей о её женихе, показывать то видео. Меня передёргивало от одной мысли. И Катя возненавидит прежде всего меня, это как пить дать! Ну уж нет! Дозваниваться долго я не стала.
Вспомнила о скорой выставке и решила, что мне нужно сходить к косметологу, купить красивое платье или костюм, а после неплохо было бы навестить подругу и обсудить готовность картин, и их расположение. Позвонила ей сразу же, договорилась о времени, а после решительно набрала номер знакомого косметолога. Мне нужен был глоток свежего воздуха, я хотела подумать о себе и своей жизни, а лучше всего это делалось на кушетке у специалиста, которая в это время ещё и делает тебя лучше.
Звонки начались не сразу, через час я увидела на экране номер мужа.
Ясно, их величество желало поговорить.
Недовольный тон, уверенная интонация и железные аргументы — со мной муж использовал свой фирменный рабочий стиль:
— Я вижу, что ты выехала из дома. Аня, если тебе лучше, поезжай в больницу, есть разговор.
Пауза на несколько секунд, я пыталась обличить свой ответ в цензурную форму, и справилась:
— Я еду на лечение, буду приводить своё состояние в порядок. Я же Глебу всё сказала, Дима. Приеду к тебе послезавтра, и мы поговорим. Ты окрепнешь, и мы подробно обсудим, что там ты хочешь от меня касательно этих немцев.
Быстрый ответ и вкрадчивый голос мужа:
— Ты уже забыла, что у нас с тобой был договор, или мне опять напомнить, чья судьба зависит от твоего выбора, Аня?
Я хмыкнула прямо в трубку, не желая больше молчать и быть милой:
— Дим, я тебе уже сказала, я буду послезавтра, и мы с тобой всё обсудим. Куда ты спешишь, немцы не приезжают завтра. Судя по твоему состоянию, они смогут приехать недели через три, не раньше. Выздоравливай, и не мешай мне делать свои дела. А по поводу сына: он взрослый, не захочет уезжать в Иркутск, уволится.
— Что? Аня, я тебя не узнаю.
— Вот и ладно, Дима, тогда до встречи.
Пришлось опять выключать телефон. Даже если меня и так можно будет вычислить, мне уже было всё равно. Главное, не звонили и не раздражали.
Слишком много событий за такой короткий период, мне нужно было перезагрузиться. Больше всего, кстати, я волновалась за Катю. Взрослая молодая женщина, а инфантилизм из всех щелей бил.
Я лежала на кушетке, под очередной маской, а мысли лениво текли в голове.
Иногда ко мне приходили весьма спорные мысли: а хорошая ли я мать, а какая я жена? Мне всё время казалось, что я должна.
Всегда кому-то должна.
И что же теперь?
Мой муж спутался с какой-то хищницей, сын жил своей жизнью и тоже совершал свои ошибки. Да и падчерица, которую я много лет считала дочерью, тоже, похоже, вляпалась, куда не надо.
Сейчас мне хотелось забыть все проблемы и я отодвигала их подальше, думая о скорой встрече с подругой.
Я буквально на пять минут включила телефон, чтобы подтвердить время встречи с подругой поточнее, когда раздался звонок.
От Кати.
Я осторожно взяла трубку и услышала оттуда радостное щебетание:
— Ты представляешь, Аня, мне Андрей предложение сделал! Я была так подавлена, а он поддержал и сделал сюрприз! Я думала, мы на дачу их семейную поедем, вдвоём будем, а там родители его были. И Андрей при них мне сделал предложение. Жаль, это был сюрприз, и я была так просто одета. Но всё равно я счастлива! А тебе и не дозвониться. Брат занят какими-то бумажками, он и слушать не стал, отец буркнул что-то, типа поздравил. Хоть ты-то за меня рада?
Ну вот, приехали.
Вопрос на засыпку: кому же придётся разговаривать с Катей по поводу её великолепного Андрея?
  
Глава 34
 
Глава 34
Как говорить взрослой, но местами наивной молодой женщине, что её жених нацелился больше не на неё, а на семейные возможности? Я-то ладно, сбоку припёку, а с Димы где сядешь, там и слезешь. Ничего у Андрея не получится.
Вопрос, что будет чувствовать Катя и что сделает, когда она поймёт суть этого человека?
Говорить мужу о проблемном женихе не хотелось совершенно. Вопрос, кто откроет Кате глаза на этого… хитреца?
Встреча с подругой была частично испорчена, я всё равно возвращалась мысленно к семье.
А была ли у меня теперь семья, вот в чём вопрос?
Сын был семьёй и навсегда ей останется, но он вырос, у него была своя жизнь. Я была рада, что с Дашей у него всё разрешилось, что на простила ему тот случай, даже позвонила ей, чтобы поговорить, понять, как она там.
Девушка порадовала своим отношением к Глебу и своей добротой. Она сама призналась: ей было больно услышать признание Глеба, но она перевернула эту страницу и пошла дальше, не желая отказываться от своего жениха.
Эта новость, кстати, выплыла совершенно случайно, я даже не поняла сначала, почему Даша называла его своим женихом. На мой вопрос девушка замялась и пояснила:
— Мне Глеб сделал предложение ещё до последних новостей. Совсем недавно, перед отъездом. Мы хотели ещё раз вас навестить в Питере и всё рассказать. Я как раз собираю вещи, на днях выезжаю. Мы хотим с Глебом снять квартиру, он уже подбирает варианты.
Я искренне поздравила Дашу, она мне всегда нравилась. Мы ещё поговорили минут пять, обсуждая свои женские дела, но я чувствовала, что Даша хотела у меня что-то спросить, и не решалась, поэтому осторожно спросила сама:
— Спрашивай, Даша, если хочешь что-то узнать, я постараюсь ответить, что знаю.
Всхлип, и тихое:
— То, что тогда случилось в клубе, ну, на корпоративе компании, это точно было только раз и по пьяни? И… Эта девушка, Лера, она же не начнёт как-то влезать в нашу жизнь? Странная получается ситуация, мы собирались заявление подавать, а Глеб уехал поближе к той, с кем у него была интрижка. Да и вообще, я так поняла, девушка эта без особых принципов, я таких вижу пачками в Москве, те ещё хищницы.
Я заверила девушку:
— Приезжай к нам, я тебе всё подробно расскажу и успокою. Всё было так, как рассказал Глеб, к тому же… Дашь, только ты не говори никому то, что я тебе сейчас расскажу, хорошо? Это важно.
— Ну ладно, не расскажу.
— Я наняла одного человека. Он узнает об этой Лере всё, что возможно. Я думаю, нам будет чем её прищучить, чтобы она отстала от нашей семьи.
Даша растерянно уточнила:
— От семьи? А, да… Мне Глеб рассказывал про вашего мужа… Сочувствую и понимаю вас.
Мы помолчали, а после простились на вполне приятной ноте.
  
После разговора с Дашей я ещё больше злилась и на Леру, и на мужа, и на себя. Ведь я могла раньше понять, или не могла?
Плюнула, прекратив грызть себя, отбрасывая чужие проблемы, мне своих хватало.
С Катей мне говорить не хотелось, тем более она перестала отвечать, явно пребывая в эйфории от последних в её жизни новостей. Я уже собралась с мыслями и была готова всё рассказать, а в ответ — молчание и полное игнорирование.