Год второго шанса (ЛП)

— Спасибо, бабушка. — Обхожу остров и обнимаю ее. — Я очень ценю это.
Она обнимает меня в ответ.
— Всегда пожалуйста. Я просто надеюсь, что это поможет и не ухудшит ситуацию.
— Так и будет, — говорю я, надеясь, что мои слова правдивы, надеясь, что моя мама невиновна.
В глубине души часть меня боится, что, возможно, она виновна.
  
Глава 6
   
Кай
Я вижу, что бабушка Изы хочет поговорить с ней наедине, поэтому выхожу на улицу, чтобы дать им немного уединения. В любом случае мне нужно позвонить. Эта часть не была ложью. И это звонок, который я определенно не хочу, чтобы Иза подслушала.
Выйдя из квартиры, я набираю номер Кайлера, шагая по тротуару куда глаза глядят. В воздухе витает запах дождя, остатки вчерашнего сумасшедшего ливня, который затопил газоны и сточные канавы, вызвав панику по всему городу. Но шторм длился всего несколько часов, прежде чем облака рассеялись, и солнце начало жарить, чтобы высушить беспорядок.
— Алло? — Кайлер отвечает на звонок, его голос звучит утомленно.
— Нам с тобой нужно немного поболтать. — Я сразу перехожу к делу.
— О чем? — Он превращается из утомленного в раздраженного ровно за две секунды.
— Не по телефону. — Мои ботинки шлепают по грязным лужам, когда я прохожу по тротуару. — Хочу поговорить с тобой лично. Ты можешь встретиться со мной завтра днем?
— У меня тренировка с трех до шести, и занятия с девяти до трех в понедельник и вторник. Я свободен в пятницу вечером, но у меня свидание с Изой в семь, — самодовольно говорит он. — Но если ты хочешь встретиться, мы можем сделать это позже… если свидание не пройдет хорошо.
Я закатываю глаза. Конечно, он думает, что это свидание.
— Хорошо, как насчет того, чтобы встретиться в восемь?
— Знаю, что ты не часто ходишь на свидания, но на будущее тебе, вероятно, следует знать, что они обычно длятся больше часа, — отвечает он своим типичным придурковатым тоном «Я-лучше-тебя».
Я скриплю зубами, борясь с желанием поставить его на место.
— Тогда как насчет девяти? Обычно она не задерживается допоздна. — Ложь. Но он, вероятно, этого не знает.
— Хорошо, — неохотно соглашается он. — Но, если она захочет остаться, я дам тебе поворот-отворот. Извини, чувак, но так оно и работает.
— Меня устраивает.
— Хорошо, тогда поговорим в пятницу.
— Подожди секунду. Я еще не закончил.
Он тяжело вздыхает.
— Чего еще ты хочешь? Деньги? Место где остановиться? Я знаю, что тебе нужно и то, и другое.
— Нет, вообще-то нет. У меня только что появилось собственное жилье. — И это правда. Пару минут назад я получил сообщение от моего друга Джулса, в котором он говорит, что могу переехать к нему через две недели, и он позволит мне пожить там две недели бесплатно, прежде чем начнет взимать арендную плату. — И у меня есть деньги. Я устроился на работу несколько дней назад. — Эти слова — полная чушь. Я не получил ответа ни из одного места, куда обращался. Я пытаюсь убедить себя, что это займет несколько дней, но трудно быть терпеливым, когда над моей головой нависают угрозы Ти. У меня осталась единственная надежда, что мой друг сможет продать некоторые запчасти от моей разбитой машины, идея, которая пришла ему в голову, когда я сказал ему, что машина принадлежит мне. Кто знает, сможет ли он заработать достаточно денег и быстро?
Боже, я чертовски надеюсь на это, иначе облажаюсь по полной.
— Это хорошо, — говорит Кайлер, возвращая мое внимание к разговору.
Кажется, он говорит то, что думает, но с ним я никогда не знаю наверняка. Иногда он может показаться самым милым парнем на свете, только чтобы подставить меня для какого-нибудь трюка или шутки. И я не могу не думать о том телефонном разговоре, который у него только что был с Изой, о том, как он задавал ей вопросы о ее маме. Как Иза сказала, что слышала Ханну на заднем плане. Когда она сказала мне это, мои подозрения в отношении него возросли еще больше.
— Хоть мы и не ладим, но я не хочу, чтобы ты жил на улице или что-то в этом роде.
Его слова почти заставляют меня чувствовать себя плохо из-за того, что я собираюсь сказать, но не настолько, чтобы остановить меня от их произнесения.
— Послушай, я просто хотел сказать — ну или любезно пригрозить, — что тебе лучше не делать ничего, что может навредить Изе, или ты сильно пожалеешь.
— Что, черт возьми, это значит? — он срывается.
Я украдкой бросаю взгляд через плечо на дверь квартиры, чтобы убедиться, что Иза не вышла на улицу.
— Это значит, что, если я узнаю, что ты сделал что-то или планируешь сделать что-то, что причинит боль, или причинило боль Изе, я найду способ сделать тебе больно в миллион раз сильнее.
Он долго обдумывает свой ответ, и я даже — что очень глупо — начинаю думать, что он хочет признаться, что действительно сыграл свою роль в инциденте с флаерами. Что он сфотографировал Изу. Что он ее подставил.
Вместо этого он предупреждает низким, угрожающим тоном:
— Это довольно смелая угроза для того, чью задницу я надирал миллион раз.
— Я уже не тот парень, каким был когда-то, — парирую я. — Ты не сможешь засунуть меня в шкафчик, даже если очень захочешь, а если попытаешься, за последствия я не ручаюсь.
— Все в порядке? — спрашивает Иза прямо у меня за спиной.
Дерьмо. Она не должна была слышать этот разговор.
— Мне нужно идти, — говорю я Кайлеру. — Увидимся в пятницу. — Я вешаю трубку и оборачиваюсь.
— Да, все в норме. Нужно было поговорить с братом кое о чем. — Я оцениваю ее, отмечая убитое горем выражение лица и покрасневшие глаза. Она плакала. — Ты в порядке?
— Я в порядке. — Она неуверенно прикусывает губу. — Я пришла сказать тебе, что ты можешь вернуться.
— Что ж, это хорошо. — Я пытаюсь звучать весело. — Я беспокоился, может быть, ты не позволишь мне, и будешь рада избавиться от меня, заперев дверь и выбросив ключ.
— Я никогда не была бы рада избавиться от тебя. — Она одаривает меня едва заметной улыбкой, и мое сердце замирает.
Серьезно, твое сердце замирает, Кай? Что, черт возьми, с тобой не так?
Ее улыбка становится шире, когда она протягивает руку и берет меня за руку.
— Итак, я подумала, что, может быть, мы могли бы… — Ее взгляд устремляется на парковку, и ее кожа бледнеет, когда ее глаза испуганно распахиваются. — Дерьмо. Синяя машина здесь.
— Что? Где? — Я разворачиваюсь, двигаясь так быстро, что поскальзываюсь в грязи и чуть не приземляюсь на задницу. К счастью, Иза держит меня за руку и не дает мне выглядеть полным идиотом.
— Справа, — шипит она, хватая меня за руку. — Просто немного дальше по улице перед тем заброшенным кирпичным домом. Я почти уверена, что это та же самая машина. Мне нужно увидеть заднее окно, чтобы сказать точно. У того, кто следил за мной, там наклейка с Суперменом. Может быть, я могу пойти проверить. Не похоже, что в ней кто-то есть.
Мой взгляд перемещается к машине, и я инстинктивно протягиваю руку и толкаю ее назад, за спину.
— Возвращайся в дом и попроси свою бабушку позвонить ее другу-детективу.
Она хватает меня за рукав рубашки.
— Зачем? Что ты собираешься делать?
— Хочу обойти дом сзади и прокрасться к машине, — говорю я, заталкивая телефон в задний карман джинс, — и посмотреть, смогу ли узнать номер.
— Нет. — Ее ногти впиваются мне в руку, когда она пытается затащить меня обратно за дом. — Я не позволю тебе. Это может быть опасно.
— Иза. — Я поворачиваюсь к ней лицом, но она отказывается отпускать мой рукав, и ее рука оказывается зажатой между нами. — Нам нужно выяснить, кто это.
  
— Знаю. — Ее глаза устремляются в сторону машины, а затем возвращаются ко мне. — Я сама обойду и проверю. Это мое дело.
— Черт возьми, я не позволю тебе это сделать! — Я вцепляюсь в подол ее рубашки. — Ты иди внутрь и позови детектива. Я пойду узнаю номер машины.