Warhammer 40 000: Новая жизнь (СИ)

Немедленно я приказал перебросить подкрепление из дальних окопов на передний край, а выжившие по командам сержантов начали забрасывать орков фраг-гранатами. Взрывы нескольких волн гранат ослабили натиск и прикончили многих орков, но думаю оставалось еще не меньше двухсот зеленокожих и резня становилась неизбежной. Я связался с Павлом и запросил подкрепление, после чего не представляя, чем здесь особо командовать вскинул болтер к плечу. К какофонии боя добавился новый звук, громогласные выстрелы болтера и взрывы его снарядов, достаточно мощные чтобы обычные бойзы навсегда выходили из боя. Выверенными одиночными выстрелами я старался поражать зеленокожих которые вот-вот должны были прыгнуть в окоп и выигрывал буквально секунды. После чего подкрепление из моих людей с дальних окопов появилось за нами открыв огонь по оркам, а зеленокожие все же добиравшиеся до окопов спрыгивая вниз где их ждали мечи сержантов и штыки рядовых. Ребята Павла в которых сейчас отчаянно нуждался передний край должны были подойти только через минуту, а то и две.
Это был решающий момент в битве и её результат мог легко склониться что на одну, что на другую сторону. Лейтенант видимо почувствовал это и сделал то что, по собственному мнению, был должен в этой ситуации. Выхватив цепной меч и болт-пистолет он с криком бросился в атаку, увлекая других за собой.
— Спартанцы в атаку!
— На кой это, — прошипел я сквозь плотно сжатые зубы и вместе со всеми, кто оставался в командном окопе последовал за ним.
Двигаясь короткими перебежками и останавливался чтобы сделать несколько выстрелов из болтера, я следовал за командиром до того, как он прыгнул в почти потерянный нами окоп. Перезарядившись я опустился на одно колено в десятке метров оттуда и открыл огонь по приближающимся оркам пытаясь остановить их. В этот момент я понял почему лейтенант выжил, бросаясь во множество рискованных битв, несмотря на все свои недостатки он был отменным воином и расправился с несколькими орками на дне окопа в рекордные сроки.
Личным примером он подстегнул нашу контратаку и практически отбил окоп, но в этот момент у меня закончился боекомплект, значит следующую волну орков, накатившуюся на окоп, некому было остановить на подходе. Бойцы только что отбившие позицию столкнулись с таким же натиском и гибли один за другим, а лейтенант несмотря на мастерство лишился телохранителей и уже получил первые раны. Выхватив меч и лазпистолет я несколько секунд оставался на месте в нерешительности, за что немедленно поплатился, получив несколько попаданий в плечо от особо стрелючего орка, благо пули потеряли почти всю силу прогрызаясь сквозь броню.
Приняв решение я с оглушительным криком бросился в атаку, мне удалось на пару секунд ошеломить орков, которых тут же добили бойцы роты и присоединить свой меч к штыкам защитников окопа. В этой резне я впервые почувствовал прелести обладания встроенным авгуром не где-то, а на поле боя, врагу не удавалось застать меня врасплох или подойти со спины, а я успешно расстреливал или зарубал монозаточенным мечом бойзов и изредка прорывающихся сюда гретчинов. Добравшиеся до нас бойцы из взвода Павла отбросили орков от пары позиций тяжелых стабберов и снова заставили тех вступить в бой. Зачистив окоп и вырвав себе пару секунд на передышку, я обратился к лейтенанту.
— Командир, вы конечно смельчак и мастер боя, но неужели нужно было устраивать эту атаку?
— Ха! Ты тоже неплох! А теперь скажи-ка мне, неужели результаты контратаки тебя не устраивают?! — не сбавляя градус боевого задора ответил тот.
Я прижался спиной к окопу и подняв голову вверх нервно засмеялся. Мне действительно нечего было возразить после того, как мы каким-то чудом удержали почти потерянную позицию, хотя это казалось безумием.
— Никак нет, командир. Пора заканчивать с этими ксеносами! — сказал я сквозь смех, после чего увидел новую волну орков на показаниях сканера обрабатываемых моей аугментикой и мозгом, — они приближаются!
Последними на нас бросился отряд, состоящий из бойзов возглавляемых тройкой нобов. Выругавшись я выхватил гранату из разгрузки погибшего солдата и метнул её в гущу противников, угостив осколками зеленокожих, после чего выстрел за выстрелом разрядил батарею. К моему огню присоединился рев двух болт-пистолетов и залпы нескольких солдат, а также израненного сержанта, держащегося на стимуляторах. Этого не хватило чтобы прикончить всех ксеносов и бой снова скатился в окопную рубку, из которой мы выходили победителям. Лейтенант, уловив момент несколько раз выстрелил в голову ноба из болт-пистолета свалив его. Я, сойдясь в бою со вторым нобом добравшимся до окопа и обменялся с ним кровоточащими ранами, после чего уловив момент, когда ксенос оказался на краю окопа направил в его сторону меч и активировал единственный заряд экстерминатора, обливая его волной горящего прометия, за обладание которым он столь яростно сражался.
 
Наконец все затихло, если оставались выжившие орки, то они бежали в лес и дальше. Не веря в то что это победа, я сполз на дно окопа и не без труда извлек медпакет, чтобы вколоть себе стимулятор и начать обрабатывать полученные мной раны, а затем заняться и теми, кто не мог даже помочь себе. Макс отделавшийся легкими ранениями сначала помог мне, а потом занялся ранами лейтенанта. Мы удержали оборону, но как вскоре выяснилось потеряли пятьдесят человек убитыми и не меньше ранеными. Я горевал, стоя над телами двух погибших сержантов из своего взвода, они были теми людьми, с которыми мы три года учились в Схоле, а также теми благодаря чьей выучке сегодня продержался мой взвод. Еще хуже было видеть два десятка тел и множество тяжелораненых бойцов, до того служивших в составе моего взвода. Когда я посланный лейтенантом к никак не проявлявшим себя техножрецам добрался до них, то смог лишь бесцветным голосом сообщить о том, что они могут продолжить принимать и отправлять топливо. Более бодро звучал доклад лейтенанта командованию, в нем он отметил заслуги каждого из нас, а победу назвал тяжелой, но несмотря ни на что героической.
Первым делом мы похоронили своих погибших неподалеку, а после оставаясь наемниками занялись сбором трофеев. Что можно было получить с зеленокожих не подставляя себя под внимание компетентных органов? Все было просто, мы собирали в общую кучу все то что орки украли у своих предыдущих противников и не успели достаточно «улучшить» чтобы превратить в ксенотех или чаще в мусор. Удалось собрать немало местных монет и драгоценностей, а также сложить холмик из распространенного оружия которое еще можно было спасти или хотя бы пустить на запчасти. В этой ситуации я забирал свою долю после лейтенанта и более опытных командиров взводов и если в куче оружия было что-то любопытное, то оно ушло им. Потому я просто набил несколько внутренних карманов драгоценностями, имевшими самый искусный вид или выполненными из повсеместно ценящихся материалов. Затем свою скромную долю трофеев разобрали сержанты и рядовые старавшиеся обзавестись дополнительным оружием получше или получить монеты, с которыми не придётся возится, а остаток мы должны были отправить командованию.
После потянулись дни ожидания того как нас сменят на другое подразделение. За это время погибло несколько раненых которым мы не смогли помочь своими силами, а также пришлось неоднократно выходить на охоту за отдельными группками разбежавшихся зеленокожих. Две недели спустя нас заменила полнокровная рота полка Астра Милитарум на обозначения которого я даже толком не посмотрел. В этот раз нас и снаряжение погибших забрала группа грузовиков, которая перевезла нас в лагерь Спартанцев, разбитый на окраине города. Здесь раненые наконец получили квалифицированную медицинскую помощь, а я добрался до стратегической информации.
Случилось это на следующий день после прибытия, когда лейтенанта и командиров взводов вызвали в штаб. Я уже привел в порядок как свой внешний вид, так и мысли, потому решительно чеканил шаг следуя за лейтенантом по коридорам быстровозводимых стандартных помещений. Так уж вышло что нас принял не случайный офицер или находившийся на фронте полковник, а сам генерал Крелл. Я решил этому особо не удивляться, списав все на особенности наемной армии в которой нужно было удерживать кадры, имеющие право разорвать контракт после военной компании или в редких случаях даже во время неё. Хотя насчёт редких я погорячился, судя по всему правительство настояло на том чтобы в контракте был пункт согласно которому любой наемник мог незамедлительно откликнуться на предложение о службе поступившее от Астра Милитарум, других подобных организаций и благословенных вольных торговцев.