Warhammer 40 000: Новая жизнь (СИ)

— Дети Империума, уничтожьте ксеносов и защитите свой дом! Всем открыть огонь!
Ответом стали нестройные залпы дробовиков и длинные очереди, полосующие приближающихся гретчинов. У всех, кто вооружен автоганами включая меня было всего по три обоймы потому я знал, что плотность огня быстро упадет, но произведенный на врага эффект стоил того. Старавшиеся сбиться в кучу гретчины падали десятками! Но по мере приближения я понимал, что тварей было не меньше пары сотен, потому вместо того чтобы радоваться перешел на короткие очереди. Я прилагал все усилия чтобы ни одна пуля не пропала зря, но этого было мало. Вскоре после того как мы открыли огонь с позиций зеленокожии стал стрелять чуть более прицельно и почти сразу вокс наполнился сообщениями о раненых, а чуть позже и первом погибшем.
Орда гретчинов сокращалась, а Макс стреляя почти без перерыва прикончил нескольких орков. Но как я и думал этого было мало и начиная пачками гибнуть от волн дроби гретчины уже начинали забираться в здания и перебираться через забор. На этом моменте до меня дошло насколько плохой идеей было укрывать гражданских в одном здании, вместо того чтобы вооружить их хотя бы рабочим инвентарем и отправить сдерживать орду врагов. Нет в ином случае это милосердие и стремление защитить жизни было бы верным, но не здесь и не сейчас. Видимо я позволил себе проявить излишнюю заботу вновь оказавшись среди людей, с которыми делил хлеб или что еще хуже переутомившись допустил просчет.
— Макс, бегом к машине, — крикнул я, выпуская длинной очередью последний десяток пуль по гретчинам и уже подошедшим оркам.
Видя, как мой товарищ чья винтовка на такой дистанции становилась почти бесполезной нехотя подчинился я перехватил автоган как дубинку и размозжил голову ближайшего гретчина. Удар вышел такой силы что скверно сделанное оружие не выдержало и приклад раскололся на части, после чего я откинул его и выхватил лазпистолет и нож. Благородное оружие в моей руке послушно собирало кровавую жатву сражая наповал гретчинов пролезающих через оставшиеся без охраны окна, пока я пятился к двери. Уложив десяток гретчинов и растратив половину обоймы, я выскочил через дверь в глубь поселка чтобы увидеть, как несколько выживших ополченцев отступают к хозяйскому дому. Макс благо послушал меня и был не среди них, а в гараже и заводил вездеход, но времени отчаянно не хватало, еще до того, как я успел что-то сделать на меня бросился чопой орк погонщик и пара гретчинов с ножичками.
Застрелив одного гретчина и отправив второго в короткий полет ударом ноги, я сошелся в бою с орком. Уйдя от первого размашистого удара, я поднял пистолет и выстрелит тому в грудь, после чего едва увернулся от обратного удара едва показавшего боль орка. Его чопа была похожа на короткий меч и уклоняться от неё было чертовски тяжело, но у меня получилось уйти еще от пары ударов и разорвать дистанцию. Поняв, что ситуация накалилась я перевел лазпистолет в режим повышенной мощности и выстрелил дважды лучом, который проделал в груди орка две более заметных дыры и пока тот шатался вогнал в горло ксеноса нож. После чего услышал оглушительный рев.
— ВААГХ! — проорал оказавшийся в десятке шагов напротив меня ноб, после чего указал на меня своим топором и на своем грубом языке произнес, — босс юдишек, я вызываю тя на бой!
Молча кивнув я спрятал нож и поднял клинок убитого орка, после чего не удержался и с усмешкой произнес.
— Наша битва будет легендарной, ксенос!
Орки и гретчины забыли про последних ополченцев и окружили нас кругом, желающим полюбоваться крутой схваткой, а ноб довольно захохотал.
— Хороший юдишка, я сохраню твой череп или еще чиво на память, — после этих слов ноб бросился в атаку.
Я едва успел парировать удар топора и перевести лазпистолет на максимальную мощность, на которой он смог бы сделать в лучшем случае три выстрела, а ноб уже направил на меня зажатый в другой руке пистолет и неумело выстрелил туда где я был за пару секунд до этого. Воспользовавшись моментом я нанес укол мечом в бок, но тот явно был недостаточно глубоким. Следующий круговой удар топором заставил меня отскочить, а через мгновение я уже кувырком уходил от короткой очереди, выпущенной из варварского подобия автопистолета. В этот момент через рев орков я услышал отдаленный шум движков, которые могли предвещать гибель или давать хоть какую-то надежду.
 
Выбрав надежду, я вскинул лазпистолет и выстрелил из тут же заметно нагревшегося оружия пробив броню и торс орка, после чего мне в живот врезался обух топора. Удар был такой силы что я на несколько секунд превратился в рыбу, хотя легкие исправно качали воздух я все равно пропустил следующий короткий удар острием, который пробил броню и одежду в районе правого бока и оставил кровоточащую рану. В этот момент я пришел в себя и снова отскочил от ноба, на секунду увидев стремительно приближающийся к поселению шаттл Империума, который тут же заслонила фигура ноба. Стиснув зубы, я ушел от одного удара и парировал другой, после чего прострелил нобу ногу и был отброшен ударом руки, сжимавшей пистолет. Неуверенный в том, что обошлось без перелома ребер я снова поднял пистолет и сделал последний выстрел, который заставил кисть ноба сжимавшую топор выгореть и практически испариться.
Взревев от боли ксенос навел на меня ствол пистолета и выстрелил до того, как я смог сместиться. К счастью ноб выбрал в качестве мишени мою голову, я практически почувствовал, как пройдя сквозь шлем, пуля сдирает кожу со лба и беспомощно скользит по бронированному черепу. Ноб ничего не понял и издал победный рев, в тот же момент как я, отбросив лазпистолет направил острие клинка прямо в дыру, образовавшуюся после первого выстрела и давя обеими руками глубоко вонзил меч. Захлебнувшись посреди рева, орк непонимающе посмотрел на меня и торчащую из его груди рукоять, после чего рухнул на колени и наконец завалившись набок издох. Наконец уже я издал победный клич!
— Во славу Империума!
Быстро соображающиеся гретчины тут же бросились к воротам, а за ними поспешили и орки не выдержавшие зрелища гибели командира. Подобрав лазпистолет я зажал рану и медленно поплелся к воротам, оперившись на которые увидел завораживающее зрелище. Приличных размеров шаттл опустился на поле прямо на пути орков и из него высыпал отряд людей в пластинчатой броне и вооруженных лазганами, которые рассредоточившись открыли шквальный огонь по бегущим ксеносам из которых не убежал никто.
После этого кажется тут же ко мне подбежал Макс и несколько местных жителей, которые быстро доставили меня в дом и уложили на кровать скинув броню и верхнюю часть одежды. За ними подошел тот медик, которого до этого привезли братья и что-то бормоча сделал мне укол, после чего я резко почувствовал себя лучше, а затем накатила усталость. Кроме того, пока я не чувствовал боли он обработал мои раны и наложил добротные синтипластыри которые обещали быстро заживить раны почти не оставив следов.
Затем я уснул, но проснувшись из-за того, что меня тормошили за плечо увидел солнце, только начавшее опускаться. Меня разбудил медик, по приказу хозяев дома и попросил одеться. Поняв, что прошло не больше пары часов я на удивление хорошо себя чувствуя оделся в камзол и спустился вниз, где меня уже ждал Макс. Он отвел меня в кабинет своего отца, где за столом сидел незнакомый мне мужчина в какой-то из великого множества видов производимых по частному заказу карапасов, а архаичного вида шлем стоящий на столе не смог обмануть меня своим дизайном и в нем я заметил признаки брони с замкнутой системой дыхания. Мужчине на вид было от сорока лет, он обладал медвежьими габаритами, носил короткую черную стрижку, а на плечи была накинута меховая мантия. До того, как он заговорил я смог изучить знаки его различия и смог примерно понять с кем говорю.
— Здравствуйте Виктор Калледон, я хотел лично поздравить вас с выдающейся победой, — голос мужчины звучал властно, но искренне.
— Спасибо вам. Если не ошибаюсь, то имею честь общаться с генералом Константином Креллом? — вежливо принимая похвалу уточнил я.