Имя для планеты (СИ)

-Какое у тебя имя? – я начала приходить в себя. Судя по всему, мой собеседник не собирался причинять мне вреда, но вёл себя необычно.
– Имя… – снова недоумённо прозвучало из темноты. – А у тебя есть имя?
– Есть, разумеется, – удивилась я. Мой собеседник был каким-то странным. – У всех есть имена. Меня зовут Гала, но друзья зовут меня Галкой. А какое имя у тебя?
– Получается, что у меня нет имени… – ответ прозвучал обескураженно и как-то по-детски. – Если оно есть, то я его не знаю.
Кажется, я начала понимать, кто обитал здесь во тьме. Всё это было мне знакомо.
– А как включить свет? – осведомилась я.
– Позади тебя, на стене выключатель, – ответил голос.
Привычно хлопнув по кнопке, я зажмурилась от непривычно яркого света. Когда глаза привыкли к освещению, я увидела довольно большой ангар и огромный предмет ещё частично скрытый от моего взора. Я потащила на себя угол чехла, и он окончательно сполз на пол.
Ну да. Как я и думала…
Передо мной открылся корабль. Живой корабль. Живчик. Обычный стандартный живчик типа 'Элронд'. Таким был погибший на той безымянной планете Зяблик.
– Разве твой хозяин не дал тебе имени? – спросила я, боясь поверить в удачу.
– Нет… – обиженно сообщил кораблик. – Я знаю, новый хозяин обязательно должен дать мне имя. Но он пока этого не сделал.
– А давно ты здесь?
– Четыре месяца и двенадцать дней по земному календарю, – чётко ответил корабль. – Это много?
– Порядочно… – кивнула я.
Я осмотрела живчика со всех сторон. С виду он был в полном порядке: кабели стационарного питания подключены, люки задраены, внешние сенсоры чисты. Наверно, живчику было очень скучно, но он не голодал и был в хорошем состоянии.
Живой корабль без имени – неслыханная удача для меня. Живчик по интеллекту равен ребёнку четырёх-пяти лет. Он послушен хозяину, как собака, но мало кто помнит, что в нейроцепях у него стоит блокировка – приказывать кораблю может только хозяин. А хозяина корабль выбирает один раз, и им становился тот, кто дал ему имя.
Всё это я узнала, когда мы с Серёжкой оформляли регистрацию Зяблика. Продавец тогда, помнится, предупредил нас о важности процедуры, а когда мой муж пожелал, чтобы кораблём могли управлять двое, продавец объяснил эту особенность. Мол, невозможно это, только один хозяин и никак не иначе.
Как бы невзначай, я произнесла:
– Хочешь, я дам тебе имя? Тогда ты будешь, как все. Хочешь?
– Хочу, – простодушно ответил корабль.
– Тебе нравится имя Зяблик? – спросила я.
– Нравится. А что такое зяблик?
– Это птичка такая. Живёт в земных лесах. Скромная, но милая.
– Это хорошее имя, – согласился живчик.
– Тогда я буду звать тебя Зябликом. Отныне, корабль, твоё имя – Зяблик, – торжественно произнесла я кодовую фразу.
Внешне ничего не произошло, но я знала, что во внутренних цепях корабля в этот важный миг происходит огромная работа – командные процессоры получают новые приоритеты, системы управления переключаются на обновлённые параметры, вся личность корабля изменяется. Живчик перестраивается на исключительное повиновение мне и только мне. С этого момента лишь я могу управлять им.
– Зяблик, открой дверь, пожалуйста, – попросила я.
Корабль послушно распахнул шлюзовую перепонку. Это было очень кстати, я ужасно продрогла, а внутри корабля было тихо, тепло и безопасно. Теперь, если потребуется, живчик защитит меня даже ценой собственной жизни, как уже сделал тот, первый наш Зяблик.
Я осмотрелась в единственной каюте, она же центр управления кораблём, царил полумрак.
– Сделай свет поярче. Темно…
Лампы вспыхнули. Я осмотрелась. Да, знакомый интерьер. Точно, это 'Элронд', мне уже знакомый. На таком корабле мы с Серёжкой свалились на безымянную планету. Как он там? Жив ли?
– Зяблик… – спросила я. – А ты смог бы увезти отсюда?
– Да, конечно, – обрадовался живчик. – Говори куда, надевай шлем и полетели!
 
– Шлем… – удивилась я. – Ах, да, шлем… Тебе нужен пилот.
Я горько вздохнула. Действительно был нужен пилот, человек, умеющий обращаться с виртуальным шлемом, знающий как запрограммировать его на нужный курс. 'Элронд' – тип прогулочных кораблей, собственный расчетный блок на нём слабый. Все многочисленные попытки приживить компьютерные системы к телу живчика не увенчались успехом. Нужен пилот, который сможет использовать свой мозг для усиления мозга корабля посредством виртуального шлема. Этакий костыль, тупик технологий…
– Не пилот я, Зяблик, – вздохнула я, – и не смогу улететь отсюда без посторонней помощи… Но я что-нибудь придумаю.
Я вышла наружу, шлюзовая перепонка за мной плавно закрылась. Меня снова объял промозглый холод. Я подняла голову и увидела, что на потолке виднеется длинная полоса. Что это? Раздвижная дверь?
– Зяблик, а как ты попал сюда?
– Сел через дверь в крыше, – ответил корабль. – Меня привезли на большом корабле и опустили сюда.
– Ага, это дверь… Я так и подумала. А ты сможешь открыть её?
– Пожалуйста.
Потолок начал медленно раздвигаться, открывая вид на серое сумрачное небо. Через несколько секунд потолочная дверь распахнулась на полную.
– Помоги мне влезть к тебе на спину, – попросила я.
Корабль послушно опустил посадочную плоскость. Я влезла на неё, со спины Зяблика осмотрела горизонт, и слёзы против воли потекли по моим щекам.
Вокруг меня во все стороны простиралась безжизненная пустыня. Снег, ледяные холмы и сугробы… Холод и ветер… Я без сил опустилась на теплую спину живчика. Мне стало ясно, почему никто не стерёг меня. Потому, что отсюда невозможно убежать.
Ледяной ветер трепал мои волосы, зябко поглаживал меня холодными пальцами, а я не ощущала ничего. 'Не сбежать…' – вот единственная мысль, которая билась у меня в голове. В себя я пришла от вопроса Зяблика:
– Ты плачешь? Тебе плохо? Я могу помочь?
Я вздрогнула и постаралась взять себя в руки.
– Нет, Зяблик, мне никто не поможет, – всхлипнула я, смахивая слёзы. – Закрывай дверь.
Потолок медленно закрылся. Пора было уходить.
– Зяблик, пожалуйста, не говори никому, что я была здесь. И не говори, что мы знакомы. Если будут спрашивать, ты меня не знаешь. Ты хорошо понял?
– Я понял, Галка, – ответил кораблик. – Тебе угрожает опасность?
– Пока нет, но лучше, если о нашей встрече никто не узнает.
– Я понял, Галка, – повторил живчик.
– Мне пора, Зяблик, я ухожу, – произнесла я, вытирая последние остатки рыданий. – Боюсь, меня хватятся.
– Ты вернёшься? – грустно спросил живой корабль. – Я буду ждать.
Я заботливо натянула на него чехол, погладила тёплый бок и, вздохнув, произнесла:
– Не могу сказать когда приду, но я постараюсь вернуться. Ты не бойся, никуда я не денусь. Мы, Зяблик, теперь с тобой навсегда связаны.
* * *
Когда глаза привыкли к освещению, стало видно, что мы находимся в идеально круглом зале, похожем на лекционную аудиторию. Скамьи возвышались вверх от самого пола, мы же находились на месте преподавателя.
Однако… Не ожидал я оказаться на лекции, находясь за тридевять миров от Фарона. Надеюсь, ни экзаменов, ни зачётов не предполагается?
Некоторое время мы стояли на виду в потоке света, льющегося ниоткуда, и у меня зародилось подозрение, что мы здесь не преподаватели, даже не студенты. Мы здесь наглядные пособия…
Я крутил головой, пытаясь понять, как же мы попали сюда, не замечая, что идём не по пещере, а по коридору. Даже, если мы шли в темноте, было сложно не заметить, что пол стал ровным, а воздух свежим. Да, здесь был чистый воздух, несравнимый с затхлой атмосферой подземелья. Судя по недоуменным взглядам, Патрик думал о том же.