Имя для планеты (СИ)
'Очухается…' – подумала я.
Вожделенная дверь находилась прямо передо мной, я подёргала за ручку, надеясь, что раз здесь поставили часового, то дверь, возможно, не заперли. Напрасно… Дверь не подалась. Да и замок, похоже, заменили. Мемокартой его уже не открыть… Что ж, как говорится, против лома нет приёма, а скрываться мне уже ни к чему.
Я примерилась и надавила плечом на дверь. У косяка образовалась заметная щель, как раз, чтобы вставить рычаг. Безотказный гаечный ключ помог снова – замок кракнул и дверь распахнулась.
Фонарик лежал в том месте, где я его оставила. Отлично…. Вот и знакомый коридор, дверь в ангар. Узкий луч света вырвал из темноты борт живчика.
– Зяблик…
– Галка! – тут же откликнулся корабль знакомым детским голосом. – Тебя долго не было, я ждал.
– Извини, не могла сразу. Но я пришла, как и обещала, – ответила я. – Как ты себя чувствуешь? Мы сможем лететь?
– Лететь? Ты не шутишь? – восхищённо переспросил Зяблик.
– Нет, не шучу, – улыбнулась я. – Мы покидаем эту планету.
Полёт – смысл существования корабля, жизни без полёта для него не было. Немудрено, что он так обрадовался.
– Я хорошо себя чувствую, – заверил Зяблик. – Я сыт и здоров. Летим прямо сейчас?
Приглашающе распахнулась входная перепонка, я вскарабкалась по плоскости крыла и нырнула внутрь.
– Летим прямо сейчас, – подтвердила я, занимая место в пилотском кресле.
Крыша ангара разъехалась, стало видно небо Борея. Стояла тихая морозная ночь, местный голубоватый спутник заливал поверхность мертвенно-призрачным светом. В последний раз я оглядела безжизненные пространства планеты, на которую попала не по своей воле.
– Взлетаем, – объявил Зяблик.
Выход за пределы атмосферы занял больше классических девяти минут, но для меня они пролетели как одно мгновенье.
– Куда летим, капитан? – спросил корабль, когда мы вышли на орбиту Борея.
– Пока никуда, подождём здесь, – ответила я со вздохом. – Настрой передатчик на волну двадцать три шестнадцать десять и передавай: 'Ванесса не придёт на вечеринку'. Записал?
– Да, – ответил Зяблик.
– Ответ тут же пустишь по громкой связи.
– Принято, – отрапортовал корабль.
Я задумалась. Когда время ожидания прошло, и от меня потребовалось конкретное действие, я с радостью схватилась за дело. Помогла друзьям Сережки, сделала всё, что могла, чтобы приблизить момент встречи с мужем, но сейчас, когда снова потребовалось ждать, мне стало невыразимо тяжело. Хотелось плакать, но я знала, что моя несдержанность вызовет тревожные вопросы Зяблика. Я не могла показать слабость даже перед всё понимающим живчиком. Я откинулась на спинку пилотского кресла, задремала и очнулась от раскатистого баса, прозвучавшего по громкой связи:
– Что просила передать Ванесса?
* * *
Сразу же после испытаний Пат, я и Тристан покинули наше космическое пристанище. Генрих заявил, что у него родилась мысль, как реализовать мою идею дистанционного взрывания пиропатронов. Мол, к нашему возвращению, будет готова новая партия, более удобная и безопасная. В-общем, он скучать не собирается.
– Только держите меня в курсе, – попросил он. – Я хочу знать, как идут дела, что там у вас происходит.
– Сделаем, – обещали мы.
Равнина безымянного астероида, где лежал наш разбитый корабль, выглядела по-прежнему безотрадно. Мы совершили вираж над кораблем, потом Патрик направил шлюпку к месту подальше от корабля. Я подхватил пригоршню самодельных пиропатронов 'системы Шольца' и поспешил к шлюзу. О'Доннел завис над поверхностью малой планеты, люк медленно отполз в сторону. Я высыпал половину запаса на грунт и нажал кнопку дистанционного взрывателя. Люк закрылся, когда закончилась задержка, окрестности озарились яркой вспышкой. Термофилы медленно поползли к 'лакомству'. Я специально оставил ещё несколько 'сладких конфеток', чтобы иметь возможность снова отвлечь теплолюбивых тварей.
Пролетая над скопищем 'скаловидных' животных, мы убедились, что наш подарок крайне заинтересовал их. Теплоядцы спешили к нашей приманке, торопясь и отталкивая друг друга.
Скафандр Шольца пришёлся Тристану в самую пору, как будто был скроен специально для него. Деловито обойдя внутренности корабля, осмотрев движки и аппаратуру, биомат заключил:
– Сделать можно, но не хватает запчастей. Сколько времени полёта до ближайших обитаемых мест?
– Дней пять-шесть, – ответил Патрик. – Но вообще мы хотели прямо на Аполлонию…
– Увы, прямо не получится, – сообщил биомат. – Для получения запчастей придётся отключить некоторые системы. Оставим только управление, движки и приборы астрогации. А с таким набором аппаратуры мы сможем добраться только до ближайших обитаемых мест. На Апполонию – уже оттуда.
– Ну, что же делать… – вздохнул я. – Когда начнём?
– А прямо сейчас и начнём.
Тристан предложил нам снять кожухи с указанной им аппаратуры, а сам ушёл куда-то.
'Пат, расскажи Шольцу, что у нас тут. Какие новости и перспективы', – мысленно сказал я.
'Я уже передал, – сообщил Тристан. – Как там у вас продвигаются дела?'
'Дела нормально… – ответил Пат. – Мне вот какая мысль пришла в голову'.
'Слушаю тебя', – откликнулся биомат.
'Вот, ты говоришь, что придётся снять все лишнее оборудование… – начал Патрик. – Системы жизнеобеспечения тоже?'
'Конечно… Я уверен, придётся лишиться многого…' – подтвердил искусственный человек.
'А как же тогда быть с нами? Ты подумал, чем нам дышать, что есть?'
'Подумал, – ответил Тристан. – Придётся несколько дней провести в скафандрах. Кислород у нас имеется, будем заправляться из баллонов. Вода есть в замкнутой системе скафандра. А насчёт пищи… Придётся попоститься несколько дней, это неопасно'.
'Но ведь у нас всего три скафандра…' – напомнил О'Доннел.
'Три, – согласился биомат. – Но это тоже преодолимо. Вы останетесь в скафандрах, а я буду в саркофаге. Серж погрузит моё тело в стазис, а мозг подождёт, ему неопасно. Когда прилетим, разбудите меня'.
'Идёт…' – согласился О'Доннел.
'Я смотрю, у тебя всё продумано…' – заметил я.
'Пока упражнялся – размышлял', – объяснил Тристан.
* * *
Стражник в келье заключённых, которого ударила Галка, лежал без движения около четверти часа. Потом он сел, некоторое время пребывал в этом состоянии, видимо приходил в себя, и трогая то и дело шишку, вспухшую на месте удара. Наконец он достаточно очухался, встал и нетвёрдой походкой приблизился к саркофагу.
В лицо Бэку уставилась рожа без признаков движения ума. Спурту стало противно, он отвернулся. Видимо осмотр удовлетворил стражника, поскольку через некоторое время Бэк увидел эту харю уже с другой стороны – он проверял к Джен. Девушка лежала неподвижно, делала вид, что спит.
Охранник отошёл к входу, вероятно, то, что заключённые оказались на месте, а прибор включен, успокоило его. Простая мысль, что шишка на голове не могла взяться ниоткуда, и что-то произошло в то время, пока он был в отключке, похоже, не пришла ему в голову.