Инженер. Система против монстров 5 (СИ)

Варягин долго молчал, глядя на застывший БТР, словно взвешивая на невидимых весах мои слова и остатки своей надежды. Наконец, он коротко кивнул.
— Хорошо. Поехали обратно, покажешь дорогу.
* * *
Мы вернулись к тому самосвалу. Десятитонник с выбитыми стёклами и спущенными колёсами стоял на обочине дороги. Да, то, что нужно. С большой вероятностью, двигатель внутри тот самый.
  
Забравшись в салон, я нашёл рычаг фиксатора. Для этого пришлось счищать грязь и буквально производить раскопки. Затем я превратил Инженерный Инструмент в короткий лом. Уперев его в механизм, навалился. Благо тридцатка силы — это не хухры-мухры. Раздался оглушительный скрежет, и рычаг со скрипом поддался.
— Мужики, нужна ваша помощь, — позвал я берсерков, спрыгнул на асфальт и занял позицию у переднего бампера. — Теперь толкайте.
Они навалились на массивную кабину. Та нехотя, со стоном протестующего металла, начала подниматься, открывая доступ к сердцу машины. Я тут же подставил под неё страховочную штангу, ржавую, но всё ещё крепкую. Готово. Передо мной оказался двигатель КамАЗ-7403 с турбонаддувом. Грязный, покрытый слоем масла, но на вид целый.
Искра тем временем уселась на борт «Газели», свесив ноги. За ней последовали остальные девушки и Олеся. Рыжая достала из инвентаря бумажный кулёк и с шуршанием развернула.
— Семки будешь? — она протянула его девочке.
Та сразу же зачерпнула горсть. Потом Искра угостила Веру с Алиной. Женя и Фокусник, стоявшие с оружием на страже, тоже завистливо покосились на семечки. Искра угостила и их. А затем и Бориса с Медведем… И даже Варягин подошёл, чтобы ему в ладонь отсыпали немножко. Раздался характерный хруст.
Я покосился на них. Все как один смотрели на меня. И лузгали.
— Вы серьёзно?
— А что? — Искра невинно захлопала ресницами, отправляя в рот семечку. — Телевизора больше нет, сериалы не показывают. А ты есть. Работай, Лёш, не отвлекайся. Мы за тебя болеем.
Медведь, сплюнув шелуху на асфальт, согласно кивнул. Я закатил глаза и, стараясь не обращать внимания на эту импровизированную группу поддержки, полез под капот.
Работа закипела. Первым делом аккумуляторы. Я ослабил и снял сначала «минусовую», потом «плюсовую» клемму на каждой батарее. Снял прижимные планки. Вынул батареи из моторного отсека и убрал в сторону.
После отсоединил всю электронику от двигателя и приступил к сливу жидкостей. Открутил пробку, и из радиатора в подставленное ведёрко хлынула бурая, вонючая жижа — жалкие остатки антифриза.
Затем, достав из инвентаря набор торцевых головок, начал методично отсоединять всё, что связывало двигатель с рамой: трос акселератора, тяги управления, все электрические разъёмы, которые уже давно мертвы.
Всё это время за моей спиной не прекращался хруст семечек и ленивые комментарии.
— О, гляди, какую интересную штуковину открутил. Интересно, для чего она? — бросила Искра.
— Для того, чтобы работало, — философски ответил Борис, вылущивая очередную семечку.
— Лёх, а ты его точно правильно разбираешь? — не унималась Искра. — Может, там сначала надо было вот ту пимпочку дёрнуть?
Я стиснул зубы и промолчал. Главное, не сорваться. Они не со зла. Наверное. Им просто скучно. Но вот Искру я потом накажу. Персонально. Как только останемся наедине.
Самым сложным оказались приёмные трубы глушителя, гайки на коллекторах прикипели намертво от времени и температуры.
— Так их не взять, — пробормотал я, оценив масштаб коррозии. — Придётся резать.
Инструмент в моей руке сжался и вытянулся, превращаясь в компактную угловую шлифмашину. Я достал и надел защитный щиток.
— Отойдите! — крикнул зрителям. — Искры будут.
Сноп ослепительных искр вырвался из-под диска, осыпая асфальт. Визг металла резал слух. Одна за другой срезанные гайки упали на землю. Выхлопная система была отсоединена. Затем я обрубил топливные шланги, предварительно заглушив их, чтобы не попала грязь. Теперь трансмиссия.
— Так, мужики, снова нужна ваша помощь, — позвал я. — Нужно отсоединить карданные валы от коробки. Болты там массивные, прикипели отлично.
Борис и Медведь, отложив семечки, взялись за дело. Пока я срывал гайки на одном фланце, они, используя длинный вороток с трубой в качестве рычага, откручивали другой. Спустя десять минут тяжёлой работы массивные валы с глухим стуком упали на землю.
— Отлично. Теперь самое весёлое — опоры.
Двигатель крепился к раме на мощных кронштейнах, а коробку передач поддерживала поперечная балка, траверса. Открутив крепления траверсы к раме, я перешёл к главным опорам двигателя. Здесь без Инженерного Инструмента в режиме гайковёрта делать было нечего, всё заржавело и прикипело намертво. Спустя ещё минут двадцать последний болт оказался сорван. Все коммуникации были отсоединены. Силовой агрегат теперь просто лежал на раме, удерживаемый собственным весом.
Я вылез из-под машины, отряхивая руки.
— Тут в одном двигателе килограммов семьсот пятьдесят, — пробормотал себе под нос. — А вместе с коробкой и раздаткой за тонну перевалит. Руками не возьмёшь.
— Почему не возьмёшь? — возмутился Борис. — Ща мы его! Миша, подсоби!
— Нет, стой! — остановил я. Подошёл к двигателю, положил на него ладонь и сосредоточился. — Просто отойдите.
— Лёш, ты чего? Он же тяжеленный, — выразил сомнение Борис.
Я не ответил. Просто закрыл глаза, представляя этот массивный агрегат, этот сплав чугуна и стали, как единый объект. И активировал инвентарь.
Объект: Силовой агрегат КамАЗ-7403 (двигатель с КПП в сборе).
Масса: 1050 кг.
Доступное место в инвентаре: 4150 кг.
Поместить в инвентарь?
Да/Нет.
Я мысленно нажал «Да».
В ту же секунду произошло то, что заставило хруст семечек за моей спиной резко оборваться. Двигатель, огромный, грязный, весом больше тонны, на мгновение подсветился голубоватой аурой, а затем… просто исчез. Растворился в воздухе, словно его никогда и не было. В моторном отсеке «КамАЗа» зияла пустота.
Повисла гробовая тишина. Я обернулся. Искра застыла с полуоткрытым ртом, семечка выпала у неё из пальцев. Борис и Медведь смотрели то на пустое место под капотом, то на меня, с выражением абсолютного недоумения на лицах. Даже Варягин приподнял бровь.
— Ни фига себе… — выдохнул Фокусник.
Я усмехнулся. Да, с тех пор, как я достиг двадцатого уровня, мой личный «карман» стал гораздо вместительнее. Неделю назад в него едва помещалось содержимое моего рюкзака, а теперь… теперь я могу носить с собой двигатели от самосвалов.
Подойдя к снятым аккумуляторам, убрал в инвентарь и их. Каждый по пятьдесят кило. Теперь для меня это просто мелочь.
— Ну что, поехали обратно? — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал буднично. — Телевизор кончился.
Моя попытка разрядить обстановку сработала. Медведь первым гулко расхохотался, хлопнув себя по ляжке. Искра фыркнула и сказала:
— Поехали, кудесник. А то я уже замёрзла тут с вами железки разглядывать.
Остальные, стряхнув оцепенение, тоже зашевелились. Борис и Медведь, переглянувшись, с уважением хлопнули меня по плечам. Одновременно. Оба. Да они реально издеваются!
— Ну ты, Лёха, даёшь… — одобрил Борис. — Я думал, мы его сейчас втроём корячить будем или лебёдки прилаживать, а ты… раз!
— Это обычный инвентарь, — прошипел я, потирая плечи. — Просто он у меня теперь очень вместительный.
Мы уже почти загрузились обратно в машину, когда воздух разорвал пронзительный, режущий уши вопль. И этот звук пришёл с неба.
— К бою! — рявкнул Варягин.
  
В одну секунду расслабленная группа превратилась в слаженный боевой механизм. Бойцы «Ратоборца» вскинули автоматы, занимая позиции за брошенными машинами. Мои ребята тоже не отставали. Я поднял голову, вглядываясь в низкое, свинцовое небо. И увидел его.
Тень, рассекающая облака. Широкие, кожистые крылья, знакомый силуэт облезлого стервятника с острым клювом.