Беспредел (сборник)

– Мой тебе совет: начал пиздеть – пизди до конца. И зря ты в квартиру свалил.
– А куда мне еще валить?..
– Твои проблемы. Но советую тика́ть.
Тяжелое дыхание сменилось быстрыми гудками.
Ден попытался перезвонить.
«Номер недоступен».
– Сука, – всхлипнул Ден. – Дерьмо, дерьмо, дерьмо!
Дрём существует? И он будит демонов? Кто в здравом уме поверит в этот бред? Тем не менее незнакомый амбал передал Дрёму деньги, большие деньги. С приветом от колдунов. Значит, этот Дрём помогает колдунам будить демонов. Но для чего?
Мистические бандитские разборки, существовавшие где-то в параллельной реальности, вдруг бесцеремонно ворвались в скучную обыденную жизнь Дена и грозили большими неприятностями. А все из-за безобидного вранья,
нихуя
в которое поверили нехорошие люди. Что там сказал незнакомец по телефону? Срочно тикать с квартиры? Но куда? К маме? К Соне?
В дверь позвонили. Постучали. Подергали ручку. Ударили тяжелым.
Ден замер, стараясь не дышать. Сработал детский инстинкт: если не шуметь, подумают, что никого нет дома.
– Эй, Дрём, – раздался голос снаружи. – Мы знаем, ты в квартире. Открывай, если не хочешь проблем.
Ден чуть не крикнул, что он не Дрём, но вовремя спохватился.
Незваный гость
в жопе кость
выругался, начал ковырять отмычкой в замке. Ден в отчаянии метнулся к двери, запер внутренний замок.
– Он в хате! – крикнули с лестничной клетки. – Запускай паука!
На кухне зазвенело стекло. Ден запоздало вспомнил про форточку, рванул к ней и замер на пороге, глядя, как в окно забирается огромный косматый паук.
– Здравствуй, родной.
Косматый паук оказался косматым коротышкой с длинными руками, а вместо пальцев у него красовались острые ножи, как у злодея из фильмов про страшные сны.
– Забирайте деньги, – пробормотал Ден, пятясь в прихожую. – Я ничего не потратил, мне их дали по ошибке.
– Какая ошибка, родной, – оскалился коротышка, – забрать деньги мог только настоящий Дрём. Проверенный источник слил нам наводку.
Он подскочил, ткнул Дена ножом в живот.
– Открывай дверь, или кишки выпущу.
Ден, с трудом уняв дрожь, отпер замки. С лестницы пахнуло гнилью. В квартиру завалились трое. Один детина с забинтованной головой, другой детина с обожженным лицом. Третий, высокий и костлявый, был в балахоне. Дену показалось, что из-под огромного капюшона торчит голый череп.
– Нашелся, Дрёма, – усмехнулся костлявый. – Долго тебя наши гробовцы после последнего обряда искали. Даже духов по твоему следу пускали.
– Я не…
Ден дернулся и тут же получил кулаком в лицо от обожженного. Из глаз посыпались искры, а во рту хрустнул зуб.
– Сильно не бей! – рявкнул костлявый. – Парню еще работать. Да уложите вы его, хули встали?
Сильная рука схватила Дена за шею, повалила на пол, прямо в грязь.
– Это ошибка, – прохрипел Ден. – Заберите деньги! Прошу! Я не Дрём, не надо!
Не церемонясь, ему заткнули рот тряпкой, которой Соня вытирала пол. Ден пытался сопротивляться, но его сильнее прижали к полу. Костлявый вытащил из складок балахона шприц и ампулу с зеленоватой жидкостью.
– Убивать мы тебя не будем, не бойся. Ты нам нужен живой. Пока. А вот стимул для работы дадим. Тут у нас яд. Особый, по рецепту.
– Я сам замешивал, – с гордостью добавил коротышка.
Костлявый чертыхнулся.
– Гурам, ты в прошлый раз так намешал, что столичный колдун раньше времени откинулся, не успел обряд с духами закончить.
– В этот раз все четко. Подействует через два часа, не раньше.
– Точно?
– Бля буду.
– На твоей совести, Гурам.
Костлявый опустился на колени.
– Расклад такой, Дрём. Ввожу тебе яд. Потом едем в наше гнездо. У тебя будет два часа, чтобы разбудить для нас демона. Не успеешь – сдохнешь, понял?
Ден замычал, но тряпку изо рта у него не достали.
– Ты уж постарайся, родной, если хочешь жить. – Костлявый набрал в шприц жидкость из ампулы. – Мы хотели по-хорошему, веришь? Но мусора из столицы своими облавами почти весь кислород перекрыли, а на кону выборы, судьбу города надо решать, а нам сил не хватает. Бля, да приспустите вы ему штаны.
 
Штаны Дена бесцеремонно стянули до самых колен.
– Если разбудишь для нас демона, – продолжал костлявый, – дадим противоядие. Мы хоть и бандиты, но слово держим. Вот так…
Ден почувствовал, как под кожу вошла холодная игла. От боли он дернулся, застонал, но через секунду все закончилось, тут же навалилось чувство безысходности.
– Машина ждет внизу. – Костлявый убрал шприц. – Надо торопиться. Ты бери чего надо для обряда. Амулеты, приманки, угощения. Через пять минут выдвигаемся.
Ден так и лежал на полу, смысл сказанного не мог оформиться в единую картинку.
– Помогите ему в себя прийти.
Обожженный пнул Дена в живот. Перебинтованный поднял его, отвесил оплеуху.
– Вещи собирай! – рявкнули они хором.
Ден, пошатываясь, побрел в комнату. Огляделся. На столе ноутбук, тарелка с остывшим ужином, книги, оставшиеся от Сони. Унылая классика и тошнотные комиксы. Надпись на одной из книг гласила: «Мои прекрасные демоны».
Ден машинально взял книгу с комиксами, вышел в коридор.
– Это все? – удивился костлявый.
– У меня н-ничего больше нет.
Его вытолкали на лестницу, даже дверь квартиры не прикрыли. Деньги так и остались в прихожей вместе с телефоном и всей его жалкой жизнью, которая
летела в пизду
грозила оборваться в любую минуту.
– Парни, это все большая…
– Пиздуй давай, и рот на замок.
Во дворе стоял милицейский уазик, тот самый, что Ден видел возле кафе. Обожженный детина открыл багажник, на его дне лежали мертвые менты.
– Может, Дрёма к жмурам?
– Не надо, – ответил костлявый. – Еще свернет шею на кочках. Сажай на заднее, посередине. И чтобы не рыпался.
Ден ясно понимал, что если сейчас он сядет в машину, то назад уже не вернется. Но что делать, он не понимал.
– Парни, говорю вам, это все ошибка, я не…
Костлявый оборвал его взмахом руки.
– Еще раз вякнешь не по делу, отрежу член.
Дена затолкали в машину. Справа устроился коротышка, слева обожженный. За руль сел перебинтованный.
– От мусоров повесь оберег, – велел костлявый. – Чтобы на хвост не сели.
Детина намотал на зеркало заднего вида окровавленный капитанский погон. Рядом на зеркале висел стикер с напоминанием:
«Дрёма убиваем после обряда».
Ден тихо сглотнул. Когда машина тронулась с места, он оглянулся в надежде, что их заметит кто-то из соседей. Нет, двор будто вымер, только хищные тени рыскали в свете мутного фонаря возле подъезда.
– Чего там у тебя? – Костлявый заметил комиксы, забрал их у Дена. – «Мои прекрасные демоны»? Это еще что за бесоебство?
– Это не мое, – пробормотал Ден. – По ошибке взял.
– Почему сразу бесоебство, – встрял коротышка. – Отличные комиксы! И демоны харизматичные, особенно Багур!
– Кто? – усмехнулся костлявый. – Булгур?
– Багур, йопта, – огрызнулся коротышка. – Демон безумия. Самый смачный. Появлялся неожиданно, в разгар безумия. Мог одной левой уложить пачку негодяев, подчинить себе человека, изменить прошлое и исполнить желание хозяина. И, бля, появлялся всегда эффектно.
– Это как? – усмехнулся костлявый.
– Вылезал из мертвеца с фразой: «Здорова, педики!»
Костлявый издевательски засмеялся.
– Гурам, не читай херню. Демоны так не появляются, они не могут исполнять желания и изменять прошлое. Это бред для детей.
– Это не бред, а поэзия мрака, – разозлился коротышка. – Гробовцы сами демонам поклоняются.
– Наши демоны настоящие. И опасные. Они не появляются из воздуха. Демоны уже здесь, среди нас. Но они спят. Точнее, они погружены в дремоту,
поеботу
в которой находятся тысячи лет. Они спят в темноте. Они и есть темнота. Они питаются нашей энергией, а мы питаемся их силой. А если их разбудить, подчинить себе, тогда мы сможем подчинить весь город. Вот это, Гурам, настоящая поэзия мрака.