Признаки Эволюции (СИ)

Внезапно центральный процессор издал мягкий, мелодичный звук. Голубые огоньки внутри него замерли, а потом построились в сложную трёхмерную структуру. Из динамиков, скрытых в стенах, раздался спокойный синтезированный женский голос:
– Авторизация пройдена успешно. Приветствую, доктор Соколов. Доступ предоставлен. Загружаю последний рабочий протокол.
Мы замерли. Алёша навёл ствол на безликую колонну процессора.
  
– Что это значит? Кто здесь?
Голос продолжал, не обращая внимания:
– Протокол «Рассвет», финальная фаза. Цель: создание стабильного пси-активного гибрида на базе незаражённого генома человека с имплантированными управляемыми мутагенными модулями. Объект: кандидат №7, кодовое имя «Янтарь». Статус: успех. Показатели стабильности на 94% выше контрольной группы. Рекомендация: переход к полевым испытаниям и интеграции памяти от донора «Игорь» отменена в связи с началом каскадного события «Синяя Вспышка». Проект заморожен. Все данные перенесены в защищённый архив.
В воздухе перед нами возникло голографическое изображение. Юноша лет двадцати, в сером нательном белье. А рядом — сложные графики и схемы мозга. И только когда он начал поворачиваться к нам лицом — у меня перехватило дыхание, а в ушах зашумело. Я схватился за голову и закрыл глаза. Мир начал плыть, а глюки плавно тускнеть и исчезать.
– Что с тобой? – спросил Алёша, подбежав ко мне и взяв за плечи.
– Диана, – услышал я встревоженный голос Николаса, – убирай!
Дальше я слышал только стук её пальцев по экрану, а потом ко мне с Алёшей подошёл Громилло. Резкими движениями он опрокинул назад мою голову, открыл рот, закинул таблетку и дал воды. Я сразу запил, и мне помогли сесть.
– Что с тобой? – снова задал тот же вопрос Алёша.
– Не знаю! – со слабостью в голосе ответил я. – Я видел что-то типа… будто прошлое. Как этот Соколов вводит пароль.
– Так вот как ты это сделал! – отозвался Николас. Я открыл глаза и посмотрел на него, а он на меня. Затем он перевёл взгляд на Диану, и я тоже. Голографического изображения юноши уже не было.
Я встал и подошёл к Диане. Экранов было уже несколько на столе, и на одном из них побежали строки текста. А затем и голос. Видимо, это была запись. Но голос… Этот голос я узнал бы из тысяч:
«…согласие дано. Если это поможет остановить безумие, если мой Владик… мой настоящий Владик, погибший в аварии, сможет как-то… жить в другом. Это странно. Но я верю в работу Соколова. Они не монстры. Они пытаются спасти то, что можно спасти…»
Диана убрала запись и продолжила что-то читать. А я тем временем думал лишь о том, почему этот голос очень сильно похож на голос Анны? Что вообще происходит?!
– Система, – громко сказал Николас, обращаясь к потолку. – Есть ли данные о текущем местоположении доктора Соколова? Или о других… учёных?
– Доктор Артём Соколов погиб при эвакуации комплекса «Вектор» 15.03.2028. Данные о других кандидатах утеряны или уничтожены. Резервная копия проекта «Янтарь» передана по защищённому каналу в учреждение, позднее известное как Корпорация по Разработке Эволюции Человека (КРЭЧ).
– Так вот откуда ноги растут! – тихо произнёс Алёша.
Да и меня осенило:
– «Вектор» — это бывшее название КРЭЧ!
– Да! – подтвердила Диана.
– Нам нужно копировать всё! – в приказном тоне сказал Ник. – Дана!
– Да-да! – отозвалась девушка, воткнула устройства, и система беспрекословно открыла доступ. Наши накопители начали заполняться терабайтами данных. Пока они работали, а я стоял, прислонившись к холодной стене, и смотрел куда-то сквозь пол. Голова вроде переставала болеть. Хорошие, однако, у Громилло таблетки!
– Смотрите, что я нашла!
Обратила на себя внимание Диана и принялась читать:
Прах — это общее название опасного мутировавшего вещества, появившегося в атмосфере и экосистеме Земли после Синей Вспышки (2027 год).
Его природа и происхождение:
1. Не просто пыль: это не обычная пыль или радиоактивная сажа. Это сложная биологическая и, возможно, биохимическая субстанция, продукт мутировавшей флоры (а возможно, и фауны).
2. Форма: чаще всего описывается как пыльца или споры, выделяемые изменёнными растениями и грибами. Она может выглядеть как мелкая пыль (иногда с видимыми частицами желтоватого, серого или фиолетового оттенка), туман или дымка.
3. Распространение: переносится ветром, накапливается в низинах, тоннелях, зданиях. Особенно высока его концентрация в «Выжженных землях» и лесах, полностью захваченных мутацией.
Основная опасность:
Главная угроза Праха — заражение. Он действует как сверхагрессивный и универсальный загрязнитель и патоген:
· Вода: попадая в водоёмы, делает воду непригодной для питья для неприспособленных организмов. Вызывает быструю мутацию или смерть.
· Почва: отравляет землю, делая невозможным выращивание обычных сельскохозяйственных культур. Только специально выведенные или мутировавшие растения могут в ней существовать.
· Организмы: при вдыхании или попадании на кожу/в рану у непривитых или не имеющих иммунитета людей и животных вызывает:
· Стремительную, часто неуправляемую мутацию (превращение в Единых или других монстров).
· Тяжёлые формы безумия и психоз.
· Быструю смерть от отравления или отказов органов.
Как с ним борются:
· Фильтрация: повсеместное использование респираторов, противогазов и систем фильтрации воздуха и воды — базовое условие выживания вне убежищ.
· Прививка: специальный препарат (сыворотка), которая позволяет мутантам выработать контролируемую устойчивость к Праху, не теряя разума. Это ключевое технологическое преимущество.
· Избегание: карты с обозначением зон с высокой концентрацией Праха («Выжженные земли») — жизненно важный ресурс. Их обходят стороной.
Существуют редкие «чистые» люди, которых Прах не затронул. Их организм по неизученным причинам невосприимчив к его мутагенному воздействию.
Итог: Прах — это экологическое оружие постоянного действия, превратившее планету в смертельно опасную среду. Он является постоянным напоминанием о катастрофе, ежедневной угрозой и причиной, по которой выживание человечества (и мутантов) зависит от технологий, укрытий и постоянной бдительности. Он создаёт атмосферу постоянного давления, где даже воздух может быть врагом.
По всему вышеизложенному, с глубочайшим разочарованием и болью в сердце, сообщаю: проект «Рассвет» провалился! Всё, что нам остаётся, — учиться выживать в новой реальности, которую мы сами и создали. С уважением, доктор Соколов.
Внезапно Громилло у двери резко выпрямился.
– Движение, – прохрипел он. – Снаружи. Не оно. Другое. Металлическое.
Все насторожились. Алёша подбежал к запасному выходу, который они заметили на схеме — небольшой технический люк в полу.
– КРЭЧ? – предположил он.
– Или ЛСП, которые выжили и нашли другой вход, — сказал Николас. – Данные почти загружены. Готовьтесь к отходу. Наш приоритет — доставить это на базу. Всё остальное… – он взглянул на меня, – разберёмся потом.
– И когда это стало нашим приоритетом? – спросил я с неожиданной злостью. – Нам сказали раз…
– Наши не успеют! – резко и чётко перебил, как отрезал, Николас.
Система вдруг снова заговорила, и в её голосе появились странные помехи:
«Обнаружено внешнее вмешательство… Попытка взлома… Активирован протокол «Закат». Самоуничтожение архива через десять… девять…»
– ЧТО?! – крикнула Диана.
«Восемь… семь…»
– Бежим! В техлюк! – скомандовал Николас, хватая меня за руку и таща к люку.
  
Громилло уже оторвал его. Внизу виднелась узкая, тёмная вентиляционная шахта.
– Прыгай! – скомандовал Алёша.
«…три… два…»
– Ты первый, у тебя больше опыта! – переубедил я его, и он, положительно кивнув, прыгнул вниз.
«…один…»
Всё пространство: стены, оборудование, пол, потолок — начали вибрировать. Лампочки стали мигать. Всё говорило о том, что нужно очень быстро уносить ноги!