Книжный магазинчик на берегу Сены
Мисси дала волю воображению.
– Признайся, что начиталась книжек, которые я дала Си? – засмеялась я.
– Да кто ж знал, что это заразно? – захохотала она. – Но если честно, я думаю, что, несмотря на твое внешнее спокойствие, внутри тебя шутиха, которая рвется на свободу. Когда ты окажешься в романтичном Париже, тебя ждет много хорошего. И твой парень подходит тебе идеально.
Я улыбнулась Мисси, не зная, что ответить. О замужестве думать было слишком рано, но я, конечно, размышляла о будущем. Ридж с его сверхделовитостью и стремлением к успеху не соответствовал моему более легкомысленному отношению к жизни. Мне нравилось плыть по течению с книгой в руке, погружаясь в выдуманный мир. Не в этом ли мои проблемы? Причина, по которой я иногда не могла заснуть? Меня частенько беспокоило, что я не стремлюсь жить в реальном мире. У всех моих знакомых была цель: иметь детей, расширить бизнес. А тут я с путаницей в голове, боявшаяся, что если брошу все знакомое, то не смогу с этим справиться. Я жила словно во сне, зато в безопасности, а теперь пора проснуться и вдохнуть запах… круассанов.
– Ридж занимается любимым делом – пора и мне выяснить, чего я хочу от жизни, кроме чтения, хоть я очень люблю книги.
Я не была уверена, что Риджу в Ашфорде нравится. Он был нью-йоркцем до мозга костей и наслаждался шумом и суматохой жизни в большом городе. Целеустремленный и амбициозный, он гонялся по миру то за одной новостью, то за другой. Здесь, если куда-то помчишься, люди решат, что за тобой гонятся вооруженные до зубов зомби или что-то в этом роде.
– Ты давно уже не та девушка, которая всеми силами старалась стать невидимкой, – тихо сказала Мисси, вспомнив прежнюю меня, от которой я пыталась избавиться.
У меня было много проблем, пока я росла, и все были связаны с неприятным происшествием, которое будто перекати-поле набирало обороты, пока я не замкнулась в себе окончательно. Последствия долго отдавались эхом. Но именно эти девушки вытащили меня из безопасного уголка с книгами в реальный мир, несмотря на мои протесты.
– И правда. Мы тобой очень гордимся. – Сиси поднялась с дивана. – Пойду обслужу покупателей, пока не взбунтовались.
– Рада за тебя. Если ты этого хочешь, мы поддерживаем на все сто процентов. – Как только Сиси ушла, Лил пересела в мягкий уголок дивана. Она выпрямилась и положила подушку себе на колени, рассеянно поглаживая свой большой беременный живот. Она задумчиво произнесла: – Прикинь, странно будет заглянуть в книжный магазин и увидеть там кого-то другого.
У нее перехватило горло.
Мисси схватила со стола салфетку и промокнула сильно подведенные глаза.
– Давненько я не рыдала, и нечего начинать снова. Послушай, я скажу очень быстро… После твоего отъезда мы будем очень скучать, потому что любим тебя. Мы уверены: там у тебя все получится. Только не уезжай навсегда, ладно?
Я благодарно улыбнулась в ответ и обняла ее.
– Черт возьми! Передай мне салфетку! – воскликнула Лил, блеснув заплаканными глазами.
Вернулась Сиси.
– Елки-палки, стоит на минуту отойти, как тут уже слезные потопы!
Мы уселись поудобнее и, посмотрев друг на друга, засмеялись.
– Итак, когда ты отчаливаешь? – заговорила Мисси.
Я отвела взгляд.
– Через два дня.
Это было очень скоро, а возможно, и к лучшему. Не успею поругать себя за то, что, может быть, ошиблась.
– Два дня? – переспросила Мисси, и у нее отпала челюсть.
Последние десять лет мы были закадычными подругами. Я буду скучать по ней и маленькому Энджелу, которому на Рождество исполнится год.
– Я понимаю, как поспешно все выглядит, но Софи необходимо выбраться оттуда как можно скорее. Ману променял ее на девушку из соседнего магазина. Только представьте. Они все время толкутся у нее на глазах, и это просто невыносимо.
Подруги знали о Софи, я регулярно упоминала ее в своих рассказах.
Нам ее жизнь казалась экзотичной и гламурной, такой далекой от нашего сонного городка.
– Ну и свинья! – хмуро ответила Мисси и осторожно спросила: – А Софи знает, куда едет? Я имею в виду: променять Париж на Ашфорд? На глухомань? Нам-то здесь нравится, а ей?
Где-то в глубине комнаты потрескивал и плевался огонь, как успокаивающее, знакомое музыкальное сопровождение ко многим нашим разговорам.
Я вертела в руках кружку.
– Я ей рассказывала. У нее только одно желание – чтобы перед магазином на улице не было и призрака одиноких мужчин.
Мы дружно расхохотались.
– Ну тогда она выбрала то что нужно, – темнокожая Сиси расплылась в улыбке, – неженатых тут настолько мало, что порой диву даешься, откуда берутся дети.
Я хихикнула. Довольно избитая фраза «городишко без холостых мужчин» Ашфорду подходила идеально. Юное поколение обычно уезжало учиться или искать работу в городах покрупнее, здесь же ее не найти. Городское население с каждым годом убывало.
Мисси опустила кружку на столик и встала.
– Я притворюсь, что ты уезжаешь на выходные…
Я засмеялась, но получилось неискренне. Труднее всего мне будет расстаться с друзьями: они у меня вроде спасательного жилета. Но от восторга, что наконец увижу город своей мечты, я разволновалась, будто перед выходом на сцену.
Я взглянула на живот Лил, когда она оперлась о диван и выпрямилась.
– Лил…
Я замолчала.
– Что? – спросила она, глядя мне в лицо. Перехватив мой взгляд, она посмотрела на свой живот. – Ах, не расстраивайся из-за малыша… мы будем видеться по Скайпу через день.
У нее дрогнул голос.
Я шагнула к ней, положила руку на живот и в награду получила легкий толчок.
– Видишь, – сказала Лил, – малыш говорит: все нормально, поезжай!
Я промолчала, боясь разреветься. Я пропущу рождение малыша, годовщину свадьбы Лил и Деймона и первый день рождения Энджела.
Эти праздники много для меня значили.
* * *– Мама, ну что ты, это всего лишь Париж. Я не собираюсь восходить на Эверест или прыгать с парашютом в Гранд-Каньоне. Я поработаю в другом магазине. Буду пить французское вино и есть макароны всех цветов радуги. Бродить по проспектам, где когда-то пела Эдит Пиаф.
Блуждать по барахолкам в восемнадцатом округе…
Я пролистала все французские путеводители, которые нашлись в книжном магазине, и впитала описание, сердце возбужденно стучало от красоты, которую я увижу.
– Но, милая, ты же будешь одна. Совсем одна.
– Я понимаю, мама. Не нужно это подчеркивать.
В ее голосе звучало тревожное сомнение.
Она вела себя так, будто я не способна путешествовать одна, будто еду на верную смерть или что-то в этом роде.
– У меня и там будут друзья, да и с Риджем мы можем встретиться.
И что, если я одна? У меня будет больше времени, чтобы посмотреть все, что хочу.
– Сара, там джунгли, полно опасностей. Я просто предупреждаю, чтобы ты была начеку. С тобой может случиться все что угодно. Ты не из тех, кто уверенно уезжает в закат на фоне заходящего солнца…
Там джунгли. Как будто они проглотят меня целиком.
– Что, если ты снова заблудишься в потемках? У тебя здесь все отлично получается. Верные друзья, насыщенная жизнь…
– Мама, моя жизнь далека от насыщенной. Она практически остановилась – и ни с места. Ни назад, ни вперед. А эта поездка, несомненно, меня подстегнет. Мне уже не семь лет. Страхи в прошлом, далеком прошлом.
Она прищелкнула языком, как это делают мамы.
– Я не хочу, чтобы ты опять пряталась, вот и все.
– Все будет хорошо. Разве ты не видишь? Для меня это огромный прорыв. Никто не обвинит меня в том, что я прячусь в тени, если полечу в Париж.
Когда мне исполнилось семь лет, мы поехали на торговую ярмарку в пригороде Ашфорда. Так или иначе, я отстала от родителей и заблудилась. Я прогулялась по лесу и зашла довольно далеко. Когда стемнело, я сильно испугалась, что умру в семь лет, каждый шум грохотом отдавался в ушах, каждая тень казалась хищником. Меня искала с фонарями целая команда и нашла только около полуночи. После этого меня долго преследовали кошмары, я боялась оторваться от родителей. Вдобавок я начала заикаться на нервной почве и школьная жизнь стала невыносимой. Дети меня передразнивали и мучили, пока однажды я не скрылась, погрузившись в мир книг. Книги стали моими единственными друзьями.