Господин Никто (СИ)

 Разжав руку я медленно пошёл обратно на ложе, не обращая внимания на свалившегося на мрамор жреца.
 – Спасибо. – произнеся эту простую благодарность Горр удалился.
 – Сначала просят о жизни, а потом о смерти. – слегка недоумевал, поудобнее устраиваясь для сна и прошептал. – Ничто не меняется, особенно смертные.
 ***
 Не то чтобы все мои сны становились такими реальными, нет далеко не все. Обычно они мне даже не снятся, а если все таки посещают меня, то становятся больше похожими на видения смертных под опиумом. Яркие, бессвязные и часто очень глупые. Однажды я бродил в тумане вместе с ёжиком носящим узелок из ткани, весьма позновательно, мне тогда казалось что я и есть этот зверёк. Только проснувшись понял всю странность сновидения. Как выяснилось, смертные не осознают иллюзорность сна, пока не покинут его.
 Но сейчас меня снова настигли ТЕ самые сновидения или видения. Кто уже знает.
 Ночь, странный мусор в странном городе из странных высоких зданий, построенных из серого камня и прозрачного словно лёд стекла. Дорога, вся вся испещрена белыми отметинами, она служила пристанищем для закрытых железных карет... Но несмотря на то что в небе сменила луна, это город был полон света, шума и людей. Людей которые видели меня. Этот сон становился все страньше и страньше, потому как люди меня видят, да и я не чувствую себя скованным в этот раз. Чувство, что стоит мне пожелать любой из аспектов моих сил отзовётся незамедлительно. За одним исключением... В этом видении я стал многократно сильнее, но не как обычно, а словно мои братья и сестры питаемые верой людей. Вдвоём желание и смертные теряют ко мне интерес, а я лишь иду дальше невидимый для них...
 Я шёл по каменной тропинке для людей, специальной дороге где не ездили железные проводки. Шёл, а люди неосознанно расступаются передо мной. Шёл я к предположительно главной площади города. Набережная площадь была богато обставлена, ещё более высокие стеклянные здания.
 Выбрав самое высокое из них, я в мгновение забрался на его крышу. На самой башне большими буквами было составлено видимо её название.
 "MedHall"
 Может для смертных оно, что-то и значило но не для меня. Я был занят более важным делом, чем размышлять о значении неизвестных символов. Наслаждался рассветом.
 Глава 23 
***
 Чем больше я находился в этом городе, тем чётче ощущал смерти людей. Со временем на улицах становилось все меньше народа, и шума от них соответственно меньше. Этот город отличался от привычного для меня окружения ещё и тем, что души умерших практически сразу уходили на перерождение, но не всегда, как бы сказать, в этом мире, значительная их часть перемещалась много дальше, покидая границы моих чувств.
 Я ощущал тысячи, если не миллионы смертей, но конкретно в этом городе их было не так много в настоящий момент. К одной из таких я и отправился, как ни странно для меня проще узнать что-то не у живых, а у мёртвых, солдат мне не могут, молчать тоже. Одни плюсы, но другие не ценят, даже мои "информаторы".
 Стоило мне выйти из тени, как меня охватило чувство брезгливости, наверное. Грязное постельное помещение было заставлено мягкой мебелью и столами. Из угловатых чёрных механизмов доносились громкие ритмичные звуки, отдалено похожие на музыку. На... диванах лежали с десяток людей находящихся в глубоком дурмане, и судя по тому как от них воняло, дурман он принимают часто. На столах были иглы прикреплённые к прозрачным маленьким ёмкостям, порошок в прозрачных мешочках, а также алкоголь и пироги на тонком тесте. Из девяти находящихся в комнате людей двое были мертвы и один можно сказать на подходе, но душ не было. Я упоминал, что мёртвые здесь быстро уходят?
 
 Да и судя по тому, что умершие были вполне симпатичными девушками в плавной одежде, знакомыми отметинам на шее, руках и бёдрах. Да и девчонка, что скоро умрёт не сильно от них отличалась. А ведь им не больше пятнадцати. Чем дольше я находился в этом месте тем сильнее мне хотелось порубить на салат присутствующих здесь людей.
 Подхожу к ещё живой девочке прикасаясь к её щеке и исцеляю. Не мой профиль конечно, но сил на это уходит довольно мало, да и бог я или не бог, нужно иногда помогать людям. Тем более это не воскрешение, просто поправил ей здоровье. Хм, а осталось ли я кого-нибудь хоть раз? Нет, фактически ни разу, Гефест владеет монетой, что может это сделать, но он ей не пользовался. Дочурку Горра я также по-сути исцелил.
 Можно было бы предложить вернуть кого-нибудь к жизни, кстати, это сильно бы повысило количество моих верующих и сил бы прибавило. Но мне это по-сути не сильно то нужно. Несколько сотен человек мне молятся, от чего крыша у меня начинала ехать пришлось перенаправить веру на моих богов, чтобы уже те возвращали мне большую часть, только... Очищенную. Использую подчинённых как фильтр, а они и не против.
 – Чего-то я отвлёкся, бывает со мной такое. Прошу прощения, мои дорогие друзья (др. Греч.) – очнулся я только тогда, когда привёл в себя последнего из шестерых насильников, в то время как исцелённая девчонка с круглыми глазами переводила взгляд то на меня, то на Теней держащих моих новых друзей, то на мёртвых девушек.
 – Ммм... – друзья пытались что-то сказать, но Тени отлично выполняли свою работу, то есть крепко держали моих друзей, чтобы те не вырвал... не поранилась, я хотел сказать. А то после принятия в себя дурмана, многие плохо контролируют своё тело, да и умирают часто, но даже таких Немезида рада видеть.
 В то время как мои друзья решили тесно познакомиться с моими верными слугами, я решил помочь девочке. Та сидела в углу прижавшись к стене.
 – Друг. – смотрю в карте глаза сметной и указываю на себя. – Куда мне тебя отнести?
 – A-annabelle... – немного успокоилась и судя по всему представилась мне. – I'm sorry, but I don't understand. I'm sorry, please. I need to go to the hospital, can I leave please?
 Мда, не понятно. Попробую по старинке. Подхватываю пальцем одну из её слезинок и поднеся к глазам вкладываю в неё свою волю словами придавая ей форму.
 – Είθε να ανοίξετε το δρόμο σε αυτό που επιθυμεί η καρδιά...
 Мои слова вреза́лись не только в слезинку, кристаллизируя её и образуя небольшой алмаз внутри которого иногда вспыхивали синие искры, мои слова вреза́лись в разум смертной Аннабель. Не нужно было знание языка для этого, веди я говорил с её душой. Под конец моих слов вокруг слезы, по моей воле, появилась стигийская сталь. После чего я посмотрел в глаза девушки и требовательно протянул руку, она уже без сомнений протянула ладонь, я прислонил камень к её большому пальцу и стал обхватила его.
 – Желай... – сказал одно из слов, что сумел безопасно вытянуть из её разума.
 – Спасибо. – после чего трени проглотили её перенёсся туда, куда она хотела.
 – Надеюсь вы не скучали, друзья мои? – с улыбкой повернулся к позабытым уже парням.