MARVEL: Небесный Кузнец (СИ)
Я без стука толкнул дверь. Звон колокольчиков над ней прозвучал чистой, ясной нотой, разрезав напряженную атмосферу. Внутри я застал именно тех, кого искал. Полноватый, слегка взъерошенный мужчина в очках, Фогги Нельсон, жестикулировал, споря о чем-то с высоким, аккуратно подстриженным мужчиной в идеальном темно-бордовом костюме. Мэтт Мёрдок. Он тоже был в очках, но в непроницаемо-красных очках для слепых. Он стоял неподвижно, как скала, и казалось, слушал не только своего партнера, но и биение сердца самого города за окном. Отлично, оба на месте.
Заприметив меня, мужчины прекратили свой спор.
— Мэтт Мёрдок и Фогги Нельсон, я полагаю? — поинтересовался я, плавно подходя к ним. Под действием НЗТ каждое мое движение было выверено и лишено суеты.
— Верно, а вы… — начал Фогги, с любопытством оглядывая меня.
— Я без предварительной записи. У меня очень деликатный вопрос, требующий личной консультации, и я, каюсь, понадеялся на удачу застать вас на месте, — оба мужчины чуть нахмурились. Я понимал, что дальше тянуть не стоит. — Вопрос касается патентования одного из моих изобретений.
— Мы не работаем с таким, к сожалению, — со вздохом ответил Фогги, и я это знал. — Мы в первую очередь специализируемся на уголовном праве. Адвокаты для «маленького» человека, так сказать, — он развел руками.
— Вы в первую очередь честные юристы. И это немаловажно, — мой голос звучал спокойно, но убедительно. — Я изучил ваш послужной список. Невероятное упорство, умение находить лазейки в законе и, что самое главное, сочувствие к клиенту. Мне для консультации нужны именно такие профессионалы. Мне не нужен патентный поверенный. Мне нужны стратеги. Право слово, я не отниму у вас много времени. Просто просветите меня в ряде аспектов, естественно, не за бесплатно, и я покину вас.
— Что думаешь, Мэтт? — обратился Фогги к молчавшему до этого момента Мёрдоку.
Слепой адвокат был негласным лидером их тандема. Все это время он не двигался, но я чувствовал его внимание. Это было не просто слушание. Его голова была слегка наклонена, и я ощущал на себе взгляд, более пронзительный, чем любой зрячий. Он анализировал мой пульс, ритм дыхания, тепло, исходящее от моего тела. Судя по всему, то, что он «увидел», ему понравилось.
— Я думаю, мы можем уделить час своего времени, эм…
— Джон. Джон Томпсон, — представился я.
— Да, мистер Томпсон. Какие именно вопросы вас интересуют? Как сказал мой коллега, это не совсем наша специальность, но в общих вопросах просветить вас мы сможем.
— Отлично! Прежде чем мы приступим к обсуждению бюрократической стороны, я бы хотел, чтобы вы изучили краткое описание технологии, — я передал Фогги заранее распечатанный лист с лаконичным, но исчерпывающим описанием «Протея».
Тот, уже по отработанной схеме, начал зачитывать его Мёрдоку. С каждой прочитанной строчкой его голос становился все тише и изумленнее, а глаза лезли на лоб. Я видел, как они начинают понимать. Понимать потенциал.
— Это… — шокированно выдохнул Фогги, закончив читать.
— Революция, — закончил за него Мэтт. Его голос был спокоен, но в нем слышались стальные нотки.
— Ткань, которой заинтересуются ВСЕ! — Фогги вскочил и начал наматывать круги по тесному офису. — Легкая и эффективная броня для солдат! Это многомиллиардный контракт с Министерством Обороны! Защита для офицеров полиции по всей стране! Это связи с полицейскими департаментами! Частные военные компании! Это огромный рынок!
— И это ты еще не упомянул аэрокосмическую отрасль, — добавил Мэтт, не меняя позы. — В теории, данный материал может стать легкой и дешевой защитой от микрометеоритов для спутников и обшивки кораблей.
— Промышленные гиганты типа «Старк Индастриз», «Хаммер Индастриз» или «Роксон» удавятся за эту технологию! — продолжал Фогги, его лицо раскраснелось от возбуждения. — Тут речь идет не о миллионах, а о миллиардах долларов! Рынок баллистической защиты уже оценивается в десятки миллиардов. Твой «Протей» может захватить его значительную часть! Только продажа лицензии на производство или эксклюзивный контракт с правительством может принести сотни миллионов в год! Мэтт… Мэтт, мы должны взяться за это дело! Это не просто дело. Это королевство, и он принес нам ключи от него!
Да… Вот оно. Я видел это в их глазах, усиленных эффектом НЗТ. В расширившихся зрачках Фогги мелькала не просто жадность, а скорее ошеломление от вида «золотого билета». Шанса вырваться из этой рутины, где они всю жизнь прозябали в Адской Кухне, работая с мелкой, зачастую неплатежеспособной клиентурой. Это, безусловно, достойно уважения, но вряд ли это то, чего на самом деле хотел Фогги. Впрочем, все зависело от Мэтта. А он не из тех, кто работает ради денег. Но нюанс был в том, что «Протей» реально может спасать жизни. И этот аспект Мэтт проигнорировать уже вряд ли сможет.
— Именно, — кивнул я. — Слишком ценная технология. Поэтому я и здесь.
— Патентное право… — начал Мэтт, его голос был спокоен, словно он обсуждал погоду. — Бюрократия в этой сфере медленная и методичная, мистер Томпсон. Для начала вам нужно подать предварительную заявку. Это быстрый и относительно дешевый шаг, он фиксирует дату приоритета. С этого момента никто другой не сможет запатентовать ту же технологию. Эта заявка дает вам один год на доработку изобретения и подготовку основной документации.
— Год?! — в шоке уставился я на адвокатов. — Год на подготовку бумажек?
— Это только первый шаг, — усмехнулся Мэтт. — Самый сложный этап — подготовка и подача полной, непредварительной заявки. Здесь уже нужно составить подробнейшее описание технологии, чертежи, схемы и, самое главное, «формулу изобретения» — юридически выверенный текст, который определяет, что именно защищается патентом. Это невероятно тонкая работа. Одно неверное слово — и в вашем патенте останется лазейка размером с грузовик.
— Так если я подам предварительную заявку и, как только ее примут, тут же подам полную? — задал я вполне резонный, как мне казалось, вопрос.
— Представьте себе гору бумаг высотой с это здание, — пожав плечами, ответил вместо Мэтта Фогги. — Ваша заявка — это один листок где-то у подножия. Эксперты патентного ведомства будут несколько лет изучать ее, сравнивать с существующими патентами, задавать вопросы, требовать уточнений. Это стандартная бюрократическая выволочка. Они не притронутся к вашей заявке, пока не подойдет ее очередь.
— То есть весь процесс от полной заявки до получения патента занимает…
— От двух до пяти лет, — отрезал Мэтт.
— Слишком долго… — я покачал головой. — Что странно. Это ведь одна из тех разработок, которые чем раньше войдут в обиход, тем лучше для всех сторон. Разве ее потенциал не очевиден? Должны же существовать способы ускорить процесс.
— Они есть, — подтвердил Мэтт, поднимая три пальца. — Путь первый: официальный. Программа ускоренной экспертизы. Платите патентному ведомству около пяти тысяч долларов, и срок рассмотрения вашей заявки сокращается до двенадцати месяцев.
— Все еще слишком долго.
— Путь второй: политический. Лоббирование. Если вы решите работать с правительством, то условный генерал из Пентагона или влиятельный сенатор могут «попросить» ведомство рассмотреть заявку, касающуюся национальной безопасности, в приоритетном порядке. Это может сократить срок до полугода. Но такая «просьба» всегда идет в комплекте с негласными обязательствами.
— А третий вариант существует? — с интересом спросил я. Полгода — все еще долгий срок.
— Да. Привлечение на свою сторону промышленного гиганта. Самый быстрый, но и самый рискованный путь, — тон Мэтта стал предупреждающим. — Если вы покажете технологию условному Старку и предложите партнерство, его юристы, лучшие в мире, смогут подготовить идеальную заявку и, используя влияние корпорации, «протолкнуть» ее через все инстанции за три-четыре месяца. Из минусов… придется поделиться контролем и прибылью. И это если вам повезет, и вы «случайно» не выпадете из окна своего новоприобретенного пентхауса.