MARVEL: Небесный Кузнец (СИ)

Тем временем Ричардс начал свою речь. Его голос, спокойный и идеально поставленный, мгновенно заполнил зал, приковав к себе всё внимание.
— Мы стоим на берегу безбрежного космического океана, — начал он, и в его голосе не было пафоса, лишь констатация факта. — Тысячелетиями человечество смотрело на звезды, задаваясь вопросом: «Одни ли мы во Вселенной?». Сегодня мы готовы сделать первый шаг, чтобы превратить этот вопрос в ответ.
  
Он нажал кнопку на пульте, и за его спиной на огромном экране появился слайд. Изображение планеты, окутанной сине-зеленой дымкой.
— Система TRAPPIST-1. Сорок четыре световых года отсюда. Несколько лет назад наши телескопы обнаружили там нечто невероятное. Планету в «зоне Златовласки», обладающую атмосферой с явными признаками биомаркеров — метана и кислорода. — Он сделал паузу, давая аудитории осознать масштаб заявления. — Цель нашей экспедиции проста и в то же время грандиозна: подтвердить или опровергнуть наличие жизни за пределами Земли. Мы совершим высадку, проведем спектроскопический анализ, картографируем поверхность и соберем образцы. Мы прикоснемся к новому миру.
Следующий слайд продемонстрировал космический корабль. Внешне он выглядел довольно обыденно — футуристичный шаттл, не более. Но я знал: вся магия была внутри. Именно здесь гений Ричардса проявился во всей красе.
— Чтобы преодолеть колоссальное расстояние, наша команда разработала «Авангард Звездного Света», — продолжил Рид, и в его голосе прозвучала гордость. — Его сердце — экспериментальный двигатель с модифицированным варп-приводом, основанном на гипотетическом сжатии пространства-времени, его энергия черпается из реактора, стабилизирующего космические лучи, которые я изучал десятилетиями. Этот двигатель позволит нам совершить путешествие не за сотни лет, а за несколько дней.
Вот оно, — подумал я. — Ключевой элемент. Космическая энергия, которая станет их даром и проклятием.
На экране появилась детальная инфографика.
Двигатель: Модифицированный варп-привод. Использует энергию, черпаемую из реактора, стабилизирующего космические лучи, для создания микро-туннелей в пространстве-времени (адаптированная доктором Ричардсом концепция Алькубьерре). Защита: Корпус из сплава с нестабильными молекулами, поглощающий и рассеивающий космическую радиацию. Навигация: Квантовый компьютер с ИИ. Экипаж: 5 человек.
Я мысленно выделил ключевые слова. «Космические лучи». «Нестабильные молекулы». Формула катастрофы и рождения героев была прямо передо мной.
— И, конечно, такая амбициозная миссия была бы невозможна без лучших умов планеты, — Рид обернулся к своей команде. После представления Бена, Сью и Джонни, он повернулся к загадочной пятой фигуре. — Но даже наших усилий было бы недостаточно без финансовой и интеллектуальной поддержки нашего главного инвестора и второго научного руководителя. Человека, чей гений не уступает лучшим умам современности.
Фигура в мантии сделала шаг вперед и скинула капюшон. Зал ахнул, а затем взорвался аплодисментами и вспышками фотокамер. Виктор фон Дум. Наследный принц Латверии. Полимат, гений в физике и робототехнике. Чертовски красивый, с аристократическими чертами лица и пронзительным взглядом. В свои двадцать пять он занимал второе место в мировом рейтинге Форбс «топ-30 до 30», уступая лишь Тони Старку. Он окинул зал властным взглядом и слегка улыбнулся. Улыбка хищника, который знает, что весь мир лежит у его ног.
Я откинулся на спинку стула. Шоу началось. Фантастическая Четверка и Доктор Дум готовы были отправиться к звездам, навстречу своей судьбе. И я был единственным зрителем, который знал, чем закончится этот полет.
На экране Рид Ричардс широким жестом окинул изображение «Авангарда Звездного Света».
— Длительность экспедиции не займет более двух недель, — его голос звучал уверенно, почти пророчески. — И кто знает, возможно, уже в начале октября человечество шагнет в новую эру — эру изведанного космоса!
Зал взорвался аплодисментами. Рид терпеливо переждал, пока гул стихнет, и его взгляд стал серьезнее. Рядом с ним Виктор фон Дум стоял с непроницаемым выражением лица, словно высеченный из мрамора — идеальный образ гения и аристократа. Гребаная модельная внешность и запредельный интеллект, — мелькнуло у меня в голове. — Этот мир вообще любит баланс? Если супершпионка или воровка мирового класса — то обязательно фотомодель. Если гений-миллиардер — то обаятельный красавчик вроде Старка или Дума. Даже Питеру, по сути, достаточно было подкачаться и выпрямить осанку. На их фоне моя собственная заурядная внешность немного деморализовала. Впрочем, к черту эти мысли о несправедливости бытия. Мне ли жаловаться, имея то, чего нет ни у кого в этом мире?
— А теперь, — произнес Рид, — мы готовы ответить на ваши вопросы.
Лес рук взметнулся вверх. Началась самая напряженная часть.
— Мистер Ричардс, — голос задавшей вопрос женщины из первого ряда был острым, как скальпель. — Как вы оправдаете колоссальные затраты на миссию, если гипотеза о биомаркерах окажется ложной?
Вопрос попал в яблочко. Я заметил, как на долю секунды на непроницаемом лице Рида дрогнул мускул. Ему, в отличие от Старка, явно было некомфортно говорить о деньгах. На эту экспедицию, спонсируемую консорциумом корпораций и двумя странами, было поставлено слишком многое. Но он быстро взял себя в руки.
— Ценность этой миссии не измеряется лишь поиском жизни, — ответил он спокойно. — Даже в «пустом» мире мы получим бесценные данные о планетарной геологии и пригодности для будущей колонизации. Сами технологии, созданные для «Авангарда» — варп-двигатель, защитные сплавы — уже являются революцией, которая многократно окупит себя в будущем. Считайте это не тратой, а инвестицией в само будущее человечества.
— Следующий вопрос! — модератор указал на репортера из другого конца зала. — Почему вы рискуете жизнями, отправляя пилотируемую экспедицию, а не более безопасный автоматизированный зонд?
— Потому что зонд — это просто инструмент. Он следует программе, — парировал Рид. — А наш экипаж — это команда экспертов, способных адаптироваться. Никакой алгоритм не заменит интуицию пилота, аналитический ум биохимика или находчивость инженера в непредвиденной ситуации. Для миссии такого масштаба, где на кону стоит открытие века, нам нужны не автоматы, а лучшие умы и руки.
— Вопрос о безопасности! Что если ваш реактор на космических лучах выйдет из строя? — выкрикнул кто-то.
— Реактор имеет тройную систему отказоустойчивости, — терпеливо объяснял Рид, словно профессор студентам. — Магнитные ограничители, система аварийного сброса энергии и резервный термоядерный источник. Мы провели пятьдесят полномасштабных симуляций. Ни одного сбоя.
— Каковы персональные риски для экипажа? Что, если миссия провалится?
— Риск — неотъемлемая часть любого великого свершения, — ответил Рид, и его взгляд на мгновение стал стальным. — Но мы сделали все, чтобы его минимизировать. Корабль оснащен автономными системами возвращения, а каждый член экипажа прошел годовую подготовку в экстремальных условиях. В случае провала данные все равно будут переданы на Землю через квантовый канал связи. Знание, которое мы получим, не будет потеряно.
И десятки других вопросов. Умных и не очень. Ричардс отбивал их с уверенностью опытного фехтовальщика. Он подготовился монументально. На какой-то безумный миг в моей голове промелькнула шальная мысль: а что, если?.. Стать частью их экипажа, получить суперсилы… Будь у меня невидимость, я бы может и попробовал пробраться на борт.
  
Но разум тут же одернул меня. Слишком много «НО». Во-первых, система безопасности корабля гения мирового уровня, которая вскроет меня на раз-два. Это в лучшем случае приведет к отмене полета, и никто не получит свои силы. В худшем — меня сочтут шпионом. Во-вторых, и это главное, — нет никаких гарантий, что моя трансформация мне понравится. Получить судьбу Бена Гримма? Стать не каменным, а тентаклевым монстром? Нет, спасибо. Работает — не трогай. В эту авантюру, тем более что старт уже завтра, я точно не полезу. У меня скоро появится «Технологическая Модернизация», а там и до «Экстремиса» недалеко. Скоро заживем, и без космической лотереи.