(Не)Мой (Не)Моя (СИ)

  
(Не)Мой (Не)Моя 
 
Оливия Лейк 
   
Глава 1 
 
Яна 
Уже год я жила в постоянном напряжении. Вроде бы ничего не изменилось в моей жизни: любимый муж, маленький сын, падчерица, которую растила с малых лет, хорошая работа, дом, достаток и… бывшая жена моего мужа.
  
— Рома, давай, беги в ванную, — с улыбкой велела четырехлетнему сыну. — Собирай свои машинки и будем купаться.
Мы втроем сидели в гостиной: сын играл, муж хмурился в ноутбук, а я наблюдала. В последние месяцы мы мало времени проводили вместе: у них с братом готовилось что-то грандиозное в бизнесе. Они ведь Нагорные! Хозяева города!
— Ты с нами? — мягко спросила, накрывая крепкую сильную руку. Мы почти девять лет женаты, и я всегда была рядом: чувствовала, что нужна ему, полюбила его маленькую дочку, мать которой была слишком занята карьерой, чтобы девочка жила с ней, понимала с полуслова. Отдача была, только… Не придумала ли я себе мир, в котором мой муж любил меня? Возможно, я просто удобная вторая жена? — Ромка скучает… — я не из тех, кто пилил, устраивал сцены и практиковал секс в мозг. А Мирослав, мой Мир, всегда казался тем мужчиной, который будет честен с женщиной. Ведь будет?
— Прости, Ян, занят очень, — даже не посмотрел, высвобождая ладонь и что-то быстро набирая на клавиатуре.
Я вздохнула и встала с дивана, уже хотела подняться наверх, по следам убежавшего сына, когда у Мира завибрировал айфон. Муж нащупал его будто бы не заинтересованно, но, посмотрев на абонента, тут же изменился в лице. Ждал этого звонка. Рад ему. Это Она. Я не раз за этот год видела на красивом лице мужа эту скупую улыбку и яркий блеск в глазах, мимолетный, но убивавший частичку моей души.
— Почему ты выходишь? — спросила, наблюдая, как буквально скинул с колен ноутбук, торопясь ответить.
— Яна, не начинай. Я же знаю, что ты не любишь, когда Лика звонит.
— А ты не понимаешь, почему? — сложила руки на груди. Мир начал так делать несколько месяцев назад: все звонки принимал при мне, кроме тех, которые были от бывшей. Что такого важного нужно решать за закрытыми дверями?!
— У нас дочь, Яна! — непривычно психанул. Раньше такого не было, сейчас все чаще. — Вдруг что-то с Николь? М?
Да, это причина очень веская, тем более, когда девочка-подросток очарована мамой-актрисой.
— Лика, все нормально? — Мир говорил спокойно, но на меня смотрел жестко. Он ответил и поставил на громкую связь, показывая мне, что чист, а я — ревнивая дура.
— Да, Мирик, — бывшая его так называла, — просто у нас тут кое-что не получается, — засмеялась грудным, хорошо поставленным смехом.
— Пап, — услышала голос Ники. — Не могу найти крем, который Яна мне заказывала. Я ее неделю просила купить такой, у меня прыщи, блин, а ей некогда! — и такая возмущенная. Она ведь не знала, что я тоже слышу.
Я непонимающе хлопала глазами под строгим взглядом мужа. Николь ни о чем таком меня не просила!
— Сейчас разберемся, — им Мир улыбался. Я развернулась и поспешила в ванную к сыну. Уже на этаже посмотрела вниз: муж тихо что-то говорил и казался счастливым. Там, внизу, с телефоном в руках, с бывшей женой и дочерью на связи, а не наверху, со мной и нашим сыном.
Я поднялась в ванную: Рома сидел на пушистом коврике и играл с машинками. Няня у нас без проживания, только когда мы на работе: я очень хотела и ждала своего сына, чтобы скидывать его на чужого человека по максимуму.
— Раздевайся, Ромчик, — собрала длинные волосы в хвост и набрала ему воду. Я сидела на маленьком удобном стульчике, пока он играл с пеной.
Прошло полчаса: я вытерла сына и помогла надеть пижаму. В детской включила ночник и прочитала любимую сказку про Шоколадуса.
— Мам, а где папа? — широко зевнул Рома.
— Работает, сынок, работает, — погладила по темным волосам. Сын заснул, а его отец так и не поднялся пожелать спокойной ночи. Занят, важные вопросы решает…
Я все-таки спустилась вниз: не предъявлять, воды попить. В груди разрасталось странное чувство безысходности. Мы или выплывем, или потонем. Я всегда верила, что мой муж не подонок. Сейчас тоже надеялась на это.
— Уже уложила? — Мирослав вошел на кухню.
— Да, — пожала плечами равнодушно. — Тебя не дождался, — уколола все-таки.
— Да время, блин, пролетело…
— Угу, — даже не посмотрела на него.
Мир нарочито громко вздохнул и вышел. Спокойной ночи желать пошел: похвально, только, надеюсь, он мне Ромку не разбудит: укладывать-то мне.
— Яна, — муж вернулся, — ну не нагнетай, — подошел близко. — Там тоже моя семья, но я женат на тебе, — закончил глухим шепотом и, обхватив мою талию двумя руками, посадил на одну из столешниц, устраиваясь между моих ног. — Мудрёна… — стянул резинку с темных густых волос и пропустил сквозь пальцы. Да, так он меня называл, когда наедине были: Премудрая, а не Прекрасная. Вроде бы мелочь, но для женщины так себе комплимент. Раньше не замечала, смеялась: муж всегда считал меня слишком умной и серьезной. Теперь поняла, что ему нравились другие… ОНА другая…
— Ты ничего не хочешь мне сказать? — спросила тихо, не сопротивляясь, когда Мирослав начал мять мою грудь. В промежность упиралась увесистая шишка. Он хотел меня? Или думал о ней? Я жила в постоянных сомнениях, поэтому не могла расслабиться и достичь оргазма. Да, я уже год не кончала с мужем.
— Хочу тебя, Янчик, — сдвинул ластовицу трусиков и пощупал меня внизу. Нахмурился, затем облизнул два своих пальца и раздвинул сухие складки, сдабривая влагой. Тело среагировало — я стала мокрой, но возбуждения не было в голове, только иррациональный страх.
Я обняла его и поцеловала в губы, глубоко и отчаянно. Я очень любила своего мужа. Я очень хотела ему верить. Я доставила ему удовольствие. Мир уже много месяцев не чувствовал меня и не понимал, что его оргазм случился под аккомпанемент моих немых слез…
В субботу я поехала в гости к маме: она срочно требовала меня к себе, как и внука. Мир ехать отказался. Здесь у нас некоторая солидарность: он не любил бывать у моих родителей, а я у его. За исключением важных мероприятий и памятных дат.
Мама с отцом в разводе: прожили вместе двадцать лет, потом он встретил женщину. Конечно, моложе, куда без этого. Я была на стороне матери, какое-то время не общалась с папой, но время все лечит. Теперь даже они стали друзьями. Именно поэтому она была против моего замужества с разведенным мужчиной, и плевать, что он один из самых богатых людей в городе.
Родители уже тринадцать лет как разведены, а отец повадился к бывшей жене ходить: чай, кофе, поговорить, старое вспомнить. Нет, для нее чужой муж, да еще и бывший свой, табу. Но она не хотела такого для меня: чтобы мой бегал к первой жене и вспоминал с ней дела давно минувших дней.
— Я вас заждалась! — мама открыла дверь. — Ромка ну как вырос за неделю! — обняла внука.
Сын первым делом побежал тискать кота Бориса, маминого спутника жизни, здорового мейн-куна, ну а мы отправились на кухню чай пить.
— Что зять? — приподняла бровь. — Прячется от тещи?
— Мам, ну хватит, — устало произнесла. — Ты Мира в последнее время вообще доконала…
— А чтобы нет! — воскликнула, но тут же поумерила пыл, все-таки Рома не такой уж и маленький, многое понимал и не стеснялся уточнять у взрослых. У своего папы, например… Именно так Мирослав узнал, что он — собака на сене. — На тебе лица нет. Где моя счастливая умница-дочь?
  
— Да… — взяла большую керамическую кружку. — Опять его бывшая… Звонит по поводу и без. То доставку оформить не может, то кран у нее потек… А Мирослав такой сантехник, ага, — прикусила губу.
— Он же ей алименты платит и не слабые, наверное, хотя Николь с вами живет столько же. Что, некого нанять решить бытовые вопросы?
Я только пожала плечами. Сколько раз задавалась этим вопросом? Миллион. Я в их финансовое взаимодействие не лезла, меня и сына муж не обижал: Мир вообще не скряга, но в курсе, что он обеспечивал Лику от и до: она же мать его дочери!