"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП)

До десяти Виктор досчитал секунды за полторы. Стиснув зубы, он досчитал еще и до тридцати. Наконец, не выдержав напряжения, он хлопнул по кнопке и распластался на полу. Рядом шлепнулся его товарищ по несчастью. Чудовищная перегрузка вдавила их в титановое покрытие. Несколько неприятных секунд, и шлюп перешел в горизонтальный полет. Витя сразу же вернулся к пульту и с удовольствием убедился, что крысиная эскадрилья осталась почти на той же высоте, что и раньше. Кроме того, с радара исчезли три отметки. Кто-то всё-таки рискнул броситься за ними, и эти смельчаки скорей всего упали в море.
Виктор быстро вывел на монитор схему поверхности планеты. Материк был совсем рядом. Один поворот штурвала — и шлюп уже летит над сушей. Интересно, что внизу: лес, равнина или пустыня?
— Лес, — неожиданно сказал карлик.
— Ты мысли, что ли, читаешь, друг? — весело спросил Виктор, переводя корабль в режим экстренного снижения.
— Я не друг, — неожиданно заявил коротышка.
Витя автоматически схватился за рукоятку лучемета.
— Мне больше нравилось, когда ты называл меня братом, — невозмутимо продолжил карлик.
— Не шути так больше, родственничек, — прорычал Виктор. — И держись крепче. Мягкой посадки не будет!
Шлюп начало швырять из стороны в сторону. Переборки жалобно затрешали. Виктор чувствовал, как ломаются стволы деревьев за бортом. Он сжался в комок и забился в угол, прикрыв голову руками. Посадка длилась целую вечность. Наконец треск прекратился, и шлюп замер, зарывшись носом в землю.
Виктор вскочил и нажал кнопку открытия двери на пульте. Кнопка не сработала, люк остался задраенным. Витя с тоской посмотрел на погасшие мониторы. Бортовая электроника не выдержала падения. Единственный звездолет на планете вышел из строя. Только клавиша самоуничтожения пульсировала нежно-розовым светом. Казалось, корабль, которому уже не суждено будет взлететь, просит, чтобы его добили. Виктор крутанул рукоятку временной задержки и вдавил кнопку до упора. Даже если они не смогут выбраться из шлюпа, лучше умереть, чем попасть в жадные крысиные лапы и стать рабами чуждого человеку разума.
Коротышка возился с люком. Он отыскал в куче инструментов ломик и успешно отжимал им толстую железную балку. Виктор бросился к нему на помощь. Совместными усилиями замок был сломан, и люк с грохотом вылетел наружу. Вслед за ним выскочили люди. За кормой звездолета еще трещали сучья, падающие со сломанных крон на землю. В небе раздавался рев самолетов.
Виктор бросился в чащу. Чудовищный вой заполнил всё пространство и с грохотом расколол воздух мощным взрывом. Воздушный поток ударил в спину Виктора. Он сбил его с ног и прокатил по кочкам и корням. «Ни хрена себе временная задержка, — выругался Виктора. — Я думал, что будет хотя бы пять минут».
Карлик помог ему подняться, и они помчались подальше от места падения шлюпа. Скоро здесь будут все крысы планеты. И если бы только крысы. Здесь будут их самолеты, вертолеты и танки. Здесь не будет только их космических кораблей. И это к лучшему.
Он опять мчался, не разбирая дороги. Жесткие ветви кустов хлестали его по лицу, на котором уже не осталось ни одного живого места. Впереди мелькала спина проводника, и была надежда, что он знает, куда бежит. У Виктора было слишком много врагов на этой планете, и унести ноги от всех было непростой задачей.
Через пару километров кустарник сменился деревьями, и бежать стало легче. Толстых стволов становилось всё больше. Изумрудная зелень листвы потускнела и нахмурилась темно-малахитовыми оттенками. Карлик снизил скорость и через несколько минут вовсе остановился. Он тяжело и хрипло дышал.
— Чертова крыса, — проворчал он и закашлялся. — Еще немного, и я бы, наверное, помер.
Виктор положил руку ему на плечо.
— Всё будет нормально, — пообещал он коротышке. — Нам надо торопиться.
— Проклятая тварь полностью контролировала мое тело. Ее совершенно не заботило то, что я устал или ранен, — пожаловался карлик.
— Всё позади. — Виктор беспокойно оглянулся. Где-то в небе рычали вертолетные движки, но густая зелень надежно скрывала беглецов от погони. — Мы придумаем, как выбраться отсюда. Как ты вообще здесь очутился?
 
— Я здесь родился, — неожиданно заявил карлик и начал дрожащими пальцами расстегивать пуговицы на своем балахоне.
Грязная резина упала к его ногам. Под балахоном скрывалось тщедушное тело, на груди и спине висели толстые металлические пластины. Виктор вспомнил, как от карлика отскакивали арбалетные стрелы. Вот, значит, в чем был его секрет. Но как ему удавалось с такой тяжестью совершать заплывы и многочасовые перебежки?
— Ты не мог здесь родиться, — недоверчиво сказал Виктор, помогая карлику отстегнуть примитивный бронежилет. — Ты слишком хорошо говоришь по-русски.
— Я вообще не говорю по-русски. — Коротышка облегченно вздохнул, как только пластины упали на землю. Он выпрямился и даже стал немного выше ростом. — Я вообще не знаю ни одного языка.
— Тогда как…
— Я — телепат, — разъяснил карлик. — Я беру слова прямо у тебя в голове. Тебе повезло. Ты родился в очень хорошем добром мире.
— Ты это выяснил с помощью телепатии? — задумчиво спросил Виктор, с трудом переваривая неожиданную информацию.
— Да. Хотел бы я родиться на Земле, — с горечью вздохнул карлик и натянул на себя балахон. Виктор сразу почувствовал некоторое облегчение. Созерцание впалого живота, торчащих ребер и кривых ног, раздутых в коленных суставах, сильно оскорбляло его эстетические чувства. — Пойдем. Нам нужно успеть дойти до дороги, — пробормотал коротышка и, пошатываясь, двинулся к просвету между деревьями. — Скоро стемнеет, и в лесу станет слишком опасно. Тем более что здесь есть кое-что опаснее крыс и солдат Претора.
Не успел Виктор сделать и шага, как карлик замер на месте. Его тело напряглось.
— Что случилось? — испуганно поинтересовался он, прижимаясь плечом к плечу коротышки. Так он чувствовал себя немного спокойнее.
— Слышишь?
Виктор напряг слух. Вдалеке действительно кто-то надрывно выл.
— Не то, — уверенно сказал карлик, хотя Витя еще ничего не успел сказать. — Это… — Коротышка замялся, очевидно, подбирая слово из Витиной головы. Наконец он нашел самое точное определение: — Это всего лишь вампир. Обычно они боятся дневного света и выходят только в темноте, а этот нытик, наверное, заблудился. Он не опасен, а вот…
— Что?
— Шорох.
— Не слышу. — Виктор отрицательно мотнул головой.
— Они здесь, — прошептал коротышка и мелко задрожал.
— Кто?
— Бежим! — крикнул он и, схватив Виктора за запястье, бросился в обратную сторону. По направлению к взорванному шлюпу. Витя едва успевал перебирать ногами. Ему казалось, что его волочет за собой трактор.
— Куда?! Зачем?! Туда нельзя! — заорал Виктор, но перепуганный насмерть коротышка неудержимо мчался вперед.
Между стволов уже виднелось полыхающее на месте взрыва пламя. Гул над головой стал оглушительнее и больше не удалялся. Вертолеты крыс больше не рыскали над лесом. Похоже, они обнаружили беглецов и теперь старательно сопровождали их.
Витя попытался затормозить, но остановить карлика было невозможно. Виктор схватился рукой за низкий сук, древесина затрещала, и ветка осталась у него в ладони. Он отшвырнул ее в сторону и выхватил из-за пояса еще теплый после последнего применения лучемет.
— Ну и подыхай! — заорал карлик, отпуская его руку.
Виктор остановился и огляделся по сторонам. Под его ногами что-то прошелестело. Сердце Виктора на мгновение остановилось. Повсюду были крысы. Они быстро перемещались в траве. Витя поднял глаза. По ветвям, прыгая с дерева на дерево, тоже бежали крысы в блестящих жилетках. Их были тысячи, но они не обращали внимания ни на Виктора, ни на его попутчика. Они стремились к горящим обломкам, и ничто другое их не интересовало.
Внезапно под дальним кустом раздался треск и крысиный визг. Одновременно с другой стороны послышалось гудение мощного двигателя. Виктор отскочил и оглянулся, выставив перед собой лучемет. Прямо на него пёр крысиный танк. Машина размером с горбатый «Запорожец» была оснащена дюжиной стволов и решительно прокладывала себе путь через бурелом. Витя присел на корточки за толстым стволом и приготовился отстреливаться, но танк прополз мимо. Он направлялся туда, где слышались крысиные визги, треск и стрельба из хорошо знакомых Виктору трубочек.