"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП)

На второй день пути, уже в сумерках, они вышли на берег небольшого лесного озера и решили заночевать здесь. Гладкая и прозрачная до голубизны поверхность водоема, как в зеркале, отражала темно-синее небо с оранжевым предзакатным облаком. Точно в центре озера цвела крупная розовая лилия. Ее плоские, словно нарисованные листья лежали на неподвижной воде, давая приют одинокой, страстно квакающей лягушке. Виктор сорвал с ближайшего дерева парочку плодов. Одним он швырнул в орущего зеленого солиста, заставив его заткнуться, второй протянул Эльке. Она равнодушно взяла похожий на персик фрукт и положила рядом с собой на траву.
— Витя, мне нужно с тобой серьезно поговорить.
— Всегда пожалуйста. Если только ты еще не разучилась это делать. Лично у меня, кажется, уже атрофировались все мышцы, ответственные за произнесение слов. — Виктор уселся рядом с ней и занялся объеданием ближайшего куста. Он громко чавкал сочной мякотью и бросал огрызки себе за спину.
— Кончай пастись! — возмутилась Элька и, взяв его за плечи, повернула лицом к себе.
— Слушаю вас, — сказал он, проглотив последний оставшийся во рту кусок, и изобразил на лице готовность внимать.
— Мы все умрем, — с самым серьезным видом изрекла она.
Виктор поперхнулся.
— Типун тебе на язык.
— Я хотела сказать: когда-нибудь. Через сорок, пятьдесят лет мы все обязательно умрем, — смягчила она свое заявление.
— Слава богу. — Витя перевел дух. — Само собой разумеется. Что это тебя потянуло на прописные истины?
— Мы все умрем, — повторила Элеонора замогильным голосом. — А что будет с Жаком и остальными замороженными?
— Я не знаю, — пожал плечами Виктор. — Спроси чего-нибудь полегче.
— Не ври! Ты прекрасно знаешь всё. Даже если на планету прилетят исследователи или геологи — нашим никто не поможет. Их просто не найдут. Ты видел, что обломки «Эльсидоры» зарастают кустарником. Через год там будут джунгли.
— Мы оставим будущим пришельцам инструкцию, — предложил Виктор.
— Никто не будет им помогать. Если они найдут «Эльсидору», то просто заберут оттуда гравитрон. Его там очень много. Слишком много. Они убьют наших, захватят груз и улетят.
Виктор никак не мог понять, куда клонит Элька, пересказывая ему то, что каждый из них понял давным-давно, но предпочитал не обсуждать с друзьями, а тем более с Элеонорой. Устав разгадывать сплетенную подругой сложную логическую цепочку, он спросил ее прямо в лоб:
— Что ты предлагаешь?
— Нам нужно оставить после себя потомство, — так же прямо ответила Элеонора.
Виктор почему-то почувствовал себя неуютно и даже немного отодвинулся от нее. Элька начала невозмутимо расстегивать свою рубашку, по-прежнему не прекращая своих рассуждений.
— Холодильник будет работать пять тысяч лет. За это время многое может случиться, и мы в силах повлиять на грядущие события. Мы с тобой родим много детей, у тех тоже будут дети, и так далее, и так далее…
Виктор широко открытыми от восторженного испуга глазами наблюдал за обнажающейся девушкой, но все-таки не смог удержаться от возражений:
— Чем может помочь Жаку племя дикарей, в которых превратятся наши потомки лет через двести?
Элеонора покачала перед носом Виктора своей небольшой, приятно округлой грудью и с удовольствием отметила его восхищенный взгляд. Она точно знала, что, когда мужчина так смотрит, — с ним можно делать абсолютно всё. Он будет валяться у нее в ногах, умоляя пожелать что-нибудь невозможное, и клясться выполнить любой ее каприз. Но ей сейчас это было не нужно. Ей хотелось, чтобы то, что она задумала, закончилось как можно быстрее.
— Мы научим их всему, что знаем сами. Мы построим им город со школой и библиотекой, даруем им мудрые законы. — Вдоволь накрасовавшись перед Виктором своим восхитительным торсом, Элька решила усилить эффект и занялась расстегиванием пуговок на своих коротких, мало что скрывающих шортах. — А Жак будет их спящим богом. Их религией. Они воскресят его, как только появится такая возможность.
— Матерь божья, — прошептал Виктор, но слова эти относились не к кощунственному Элькиному плану принести в жертву возлюбленному всех своих нерожденных потомков, а к картине, явленной его взору. Элеонора, изогнувшись всем телом, решительно стянула с себя тесные шорты и предстала перед ним во всей своей красе. После длительного воздержания искушение воспользоваться тем, что у девушки, кажется, съехала крыша, было слишком велико.
 
— Кровосмешение! Инцест! Они будут заключать браки друг с другом, брат будет жениться на сестре, племянник на тете, — воскликнул он, глотая обильно заполнившие рот слюни, но всё же давая ей шанс опомниться. — Они наплодят выродков!
Элеонора с видом атакующей гадюки приблизилась к Виктору и, поставив свою пятку ему на грудь, заставила откинуться на траву. Ему показалось, что его сердце сейчас, подобно гранате, разорвется на сотни кусков. Вид загорелого женского тела доводил его до безумства, он весь дрожал, но не рисковал даже притронуться к соблазнительной коже, ибо боялся окончательно утратить разум.
— Правители инков, — сказала Эля, старательно выговаривая слова, будто читала своей жертве лекцию на историческую тему, — много столетий подряд женились на своих сестpаx и вымерли совсем не по этой причине.
Элеонора деловито стянула с окончательно утратившего тупо к сопротивлению Виктора пояс и брюки. Он чувствовал себя вареным мотоном в руках опытного повара.
— Ты когда-нибудь делал это не для удовольствия, а для рождения ребенка? — спросила она, вставая перед ним во весь рост и раздвинув свои стройные ножки на ширину плеч.
— Никогда. — Виктор с шумом втянул в себя воздух и пристально посмотрел на большой лиловый синяк у нее на бедре. Поднять взгляд выше он не отваживался. — Может, некоторые мои подружки и хотели забеременеть, но со мной всегда был мой маленький резиновый друг. — Его голос прервался от волнения.
Он протянул руки к желанному телу, но Элеонора решительно отвергла его объятия. Она присела на корточки и, немного подвигав бедрами для прицела, пустила окаменевшую плоть Виктора во влажную глубину своего тела. В голове у того помутилось, он несколько раз дернулся и застонал — всё кончилось очень быстро.
— Спасибо, — прошептала Элеонора, прижавшись к нему грудью, — что не стал затягивать. Именно этого я и хотела.
Виктор от досады скрипнул зубами:
— Я требую продолжения банкета!
— Успокойся, — она дотронулась рукой до его небритой щеки, — сначала дождемся результатов опыта. Если всё было удачно, продолжим через годик.
Виктор закрыл глаза и расслабился. Достаточно и того, что он получил приз, который ему вовсе не предназначался. Он с удовольствием вдыхал запах Элькиного пота и наслаждался тем, что они всё еще остаются единым целым.
— Ты совершаешь измену ради любимого, — тихо сказал Витя. — Довольно редкий случай в истории. Полный бред! Я должен был надавать тебе по заднице, для твоей же пользы. Ведь завтра ты будешь жалеть обо всем.
— Нет, не буду, но хорошо, что ты всё понимаешь правильно и не пытаешься учить меня жить. — Она неуклюже слезла с него, улеглась рядом на бочок и, подложив сжатый кулак под голову, сонно пробормотала: — Пусть будет благословенна Надежда, где еще можно после секса спокойно заснуть на берегу, не опасаясь ни муравьев, ни пьяных туристов.
— Что ты называешь сексом? Это не секс, а искусственное осеменение. Хоть бы разок поцеловала, — сварливо бурчал неудовлетворенный Виктор, но Элеонора уже спала.
Витя же, напротив, долго не мог забыться, разглядывал ее обнаженное тело, освещенное светом сразу двух лун, которые они окрестили Верой и Любовью. Освещенная с двух сторон Элька совсем не отбрасывала тени, и казалось, что она парит над травой и вот-вот поплывет по воздуху к темной воде лесного озера.
Проворочавшись несколько часов, Виктор наконец решился. Погладив Элеонору по груди, он просунул руку между расслабленными бедрами, стараясь раздвинуть ноги, не разбудив их владелицу. Коленки разошлись в стороны, и возбужденный Витя быстро подполз поближе с явным намерением увеличить вероятность зачатия ребенка.