Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда

Зал взорвался восторженными воплями третьекурсников, а у меня от волнения засосало под ложечкой: они так быстро разобрались с тварью, что и с двумя оставшимися разделаются на раз-два, а на нашу долю ничего не останется.
– Ярс! – умоляюще закричала я, хотела выйти из импровизированного защитного круга, но путь мне тут же преградила Хейди.
– Замри на месте, приманочка!
Ярс встал рядом с моими и что-то торопливо объяснял Вееле, Рон и Лесли прислушивались, сбившись в тесную группку вокруг командира. Он посмотрел на меня и махнул рукой, мол, помню. Я аж подпрыгивала от нетерпения. Мне хотелось оказаться рядом со своим звеном, сражаться с ними бок о бок, но находиться рядом с ними сейчас, истекая кровью, означает подставить команду.
  
– Хрим! Собрались! – закричал длинный, как шпала, третьекурсник, дежуривший у приоткрытых дверей. – Готовность десять секунд!
– Какие дисциплинированные у нас сегодня тварюшки! – усмехнулся Фар, разминая плечи. – Заходят по очереди!
Под четкие приказы своих командиров третьекурсники выстроились в длинный коридор, ведущий от входа к застывшей на месте «приманке». Хрим заморозит все, на что попадет его дыхание, значит, надо всегда держаться сбоку или сзади, и кадеты сразу вставали так, чтобы пропустить тварь вперед и занять стратегически верные точки.
Прямо перед мордой хрима окажется только один незадачливый первогодок, то есть я. Если стики третьекурсников не опередят ледяное дыхание бестии, мне не поздоровится.
Ворвавшаяся в тренировочный зал тварь казалась выточенной из куска льда, она даже позвякивала на бегу, как позвякивают на морозе сосульки. К счастью, ледяная корка была лишь броней, прятавшей плоть и кровь твари. Из разверстой пасти вырывались клубы белого пара, отчего на полу сразу образовалась наледь, а потолок и маты покрылись инеем.
Я чуть было не сорвалась с места, подчиняясь инстинкту самосохранения: сложно устоять, когда прямо на тебя несется этакая чудовищная махина.
– Аля, замри! – орал Ярс.
И без тебя знаю. Чтобы не поддаться страху, я зажмурилась и крепко вцепилась в стик, будто в якорь.
Лицо обдало морозным дуновением, кожу защипало от холода, как бывает, когда выйдешь из натопленного жаркого дома в ледяную стынь северной ночи. И тут же раздался грохот падающей туши.
Все? Я с трудом разлепила смерзшиеся ресницы. Все…
Оставался только грудошип – и вместе с ним наш последний шанс. Пока возбужденные азартом боя третьекурсники потрясали стиками, обнимались и колотили друг друга по плечам, Ярс пробился ко мне и привел с собой мое звено.
– Стойте. И не вмешивайтесь, пока я не прикажу! – Он заорал, размахивая руками. – Эй, сейчас явится последняя тварь. Дадим моим желторотикам потренироваться!
– Молодняк надо учить! – согласно пробасил широкоплечий третьекурсник, и остальные поддержали предложение Ярса кивками.
– Лесли, – быстро прошептала я, когда установилось относительное затишье и кадеты приготовились, глядя на дверь. – Ударим все вместе. У тебя получится!
Лейс часто дышал, не отводя глаз от приоткрытых створок, но мои слова услышал, несколько раз кивнул.
– Вот потом кому-то этот бардак убирать, – протянула Вель, разглядывая разбросанные и разодранные циновки и маты, перевернутые столы и опрокинутые стаканы, а главное – валяющиеся туши тварей, которые оттащили к стене, пока было время.
– Бежит! – заорал кадет, стоящий на страже у дверей.
Он сам едва успел отскочить, когда створки распахнулись в стороны с такой силой, что ударились о стены. В зал влетела панцирная тварь с загнутым клювом и, не сбавляя хода, понеслась в центр, на меня и мое звено. Несколько третьекурсников взмахнули стиками, собираясь перехватить ее, убить еще на подлете, но Ярс стоял, подняв руку, напоминая о договоре.
– Они справятся! – закричал он и нам: – Вы справитесь!
Хейди и Фар в последнюю секунду скользнули в сторону, освобождая путь. Ярс не ушел, стоял с нами плечом к плечу, готовый подстраховать, если что-то пойдет не так.
Веела взмахнула рукой, и перед носом грудошипа взорвались искры, тот замотал мордой, закружился, поворачиваясь боком и открывая уязвимые места: подбрюшье с тонкими пластинками и кожу между панцирными сегментами.
– Бьем! – заорала я и ударила первой.
Рядом со мной одновременно вонзили стики Ронан, Вель и Лесли – у панцирной твари после слаженной атаки просто не оставалось шансов.
– Да-а-а! – закричал Лесли.
От переизбытка чувств он швырнул стик на пол и скакал, задрав руки к потолку.
– Поздравляю, малявка, – скучающим тоном сказала Хейди.
И все же это была похвала, как и одобрительный гул следящих за битвой старших, как и то, что Ярс похлопал Лесли по плечу.
– Молодец! – воскликнула я и обняла Лейса.
Он, конечно, снова превратился в кусок деревяшки, зато я без приключений смогла добыть флакон из его кармана: не надо, чтобы Лесли потом обнаружил у себя флакон с кровью князя.
– Кто-нибудь понял, что мы натворили? – вдруг подал голос Рейк. – Радуемся за желторотиков, а они теперь поедут на границу.
Третьекурсники переглядывались, улыбки медленно сходили с лиц.
– Да-а-а, дела, – высказался тот же басовитый верзила.
И только Лесли продолжал широко улыбаться. Что же, Лейс, я рада, что ты не сердишься на меня за то, что вынужден будешь отправиться вместе со мной в преисподнюю.
 
Глава 12
 
Кадеты покидали зал, все еще переполненные адреналином после боя, ликующие и довольные. Хотя они и переживали за первогодков, они нашли, чем себя успокоить: ведь первогодки сами полезли в этот бурлящий котел, никто их на аркане не тянул.
Зал почти опустел, рядом с нами задержались Хейди и Фар.
– Тебя теперь, наверное, отправят вместе с желторотиками на границу, – сказала Хейди. – Князь обещал усиленную охрану, сопровождающий отряд. Колояровское звено тоже твое. Ярс, скажи честно, ты настропалял малявок, чтобы они влезли в битву?
Хотя слова Хейди звучали шутливо, Ярс вспыхнул и сжал челюсти.
– Ты раньше замечала за мной стремление выслужиться? Если так, ты плохо узнала меня за три года, которые мы провели бок о бок.
Хейди побледнела.
– Ярс, я… Ты меня не так понял!
Ярс изогнул бровь: «Как это можно понять иначе?» И голос, когда он произнес следующую фразу, звучал тише, но жестче:
– Когда ты видишь, как кто-то тонет, ты не спрашиваешь, достаточно ли он взрослый для того, чтобы выбраться сам. Ты просто протягиваешь ему руку.
– Прости! – На лице Хейди отразилось раскаяние. – Ты рвался на Север, тебе отказали. Я подумала… Извини! Я подумала, что ты нашел способ обойти приказ.
– Рискуя головами моих подчиненных?
Голос Ярса звучал все более зловеще.
– Хейди, идем, пока вы не подрались! – встрял в накалившуюся беседу Фар и положил руку на плечо единственной девушке в их звене.
– Заберите с собой кадетов Толта, Лейса и Ансгар.
– А Дейрон?
Ярс наклонил голову и посмотрел на меня, сузив глаза, и мое сердце, едва успокоившееся после смертельной опасности и бурного ликования, заколотилось с прежней силой. Вот теперь-то он с меня за все и спросит.
– Хочу проработать со своим кадетом ошибки, которые ее звено допустило во время битвы. По горячим следам.
– На девчонке лица нет, – вступилась за меня Хейди так, будто оставляла на растерзание жуткой бестии. – Не до разговоров ей сейчас.
Но Фар, не дав разгореться новому спору, втиснулся между Ярсом и Хейди, дружески обнял ее за плечи и повел к выходу, махнув Вель, Ронану и Лесли, чтобы не отставали.
Веела, уходя, обернулась и сделала страшные глаза, напоминая: все, что связано с поездкой на границу и с моим даром, – запретная и опасная информация. Опасная прежде всего для Ярса. А то я не знала, Вель! Но что мне делать? Что мне, проклятие, делать, когда лучший друг Тайлера постоянно рискует своей задницей и своей репутацией, а действовать ему приходится вслепую.