Драконово логово. Развод столетия (СИ)

— Идем, — Бернард чуть нажимает ладонью мне на поясницу, побуждая сделать шаг. 
И когда мы переступаем порог, я понимаю, несмотря на холод, пробирающийся под кожу, несмотря на тени, что шепчутся за спиной, и даже несмотря на грозную фигуру Китры, что ждет нас в глубине дома...
Я счастлива.
Потому что с ним — любое «навсегда» кажется возможным.
Даже если для этого придется пройти сквозь тьму.
  
Но мне не удается продвинуться дальше нескольких шагов. Атмосфера меняется мгновенно. И я чувствую, как стены дома, еще минуту назад казавшиеся обычными, теперь пульсируют жизнью. Чистая магия воплоти, кажется, протягивает ко мне свои нити. Воздух густеет, пропитываясь запахом сухих трав.
— Я боюсь, — вырывается у меня. Пальцы непроизвольно сжимают рукав Бернарда, впиваясь в ткань.
Он поворачивается ко мне, и выражение его глаз мгновенно из ласкового превращается в жесткое, собранное, без тени привычной иронии. Я чувствую, что он по-настоящему обеспокоен.
— Что такое? — его вопрос обжигает тишину между нами.
Я открываю рот, но ответа нет. Только это давящее ощущение, будто сотни невидимых нитей уже опутали мои запястья, и мягко, но неумолимо тянут к порогу. Лукьяна в дверях внимательно наблюдает за мной, наверняка понимая, что я сейчас испытываю.
— Она чувствует границы, — срывается у нее с губ, и в голосе звучит что-то между тревогой и... надеждой? — И это очень удивительно для драконицы. Есть что-то в тебе, — обращается ко мне ведьма, — что откликается в этом мире на разнообразие потоков магии.
Бадьян, до этого момента молча наблюдавший со своей вечной полуухмылкой, внезапно делает шаг вперед. Его глаза — обычно полные насмешливого блеска — теперь темные и серьезные.
— Вам действительно стоит зайти внутрь, — говорит он непривычно мягко, почти... бережно? — Теперь вы получили официальное «приглашение».
Я не понимаю, что имеют в виду эти люди. Но когда Бернард пытается подтолкнуть меня вперед, из глубины дома раздается голос Китры, и он звучит так, словно струится по моим позвонкам ледяными ручьями:
— Оставь ее. Если Пришедшая чувствует дом — пусть сделает выбор сама.
Тишина. Даже ветер замирает, будто затаив дыхание. Я поднимаю взгляд на темный проем двери, который теперь кажется бездонным, как вход в иной мир.
А потом делаю шаг.
Вперед.
Навстречу тому, что ждет в глубине этого странного дома, где стены дышат, а тени смотрят с вызовом.
  
Глава 63
 
Шаг. И пол под ногами вздрагивает, будто живой. Воздух сгущается, наполняясь гулом невидимых голосов – они шепчутся на языке древних заклятий, обжигая мою кожу. Бернард остается позади. Его нет со мной физически, но его тепло всё еще укрывает мою спину, словно невидимый плащ.
— Лина... — его голос звучит глухо, будто сквозь толщу воды.
Я слышу дыхание. Тяжелое, горячее. Дом зовет меня.
Стены смыкаются за мной, отрезая путь назад. Вместо прихожей – бесконечный коридор, уходящий в темноту. По бокам – двери, но они не деревянные. Они из кожи, с пульсирующими прожилками, будто кто-то содрал шкуру с великанов и натянул на полотна и косяки.
— Испытание, — доносится до меня голос Лукьяны. — Дом проверяет ее.
— Ее? — ревет Бернард. — Почему не меня?
— Потому что она чувствует, — отвечает Китра, и в ее голосе впервые звучит что-то кроме обреченной усталости. — А ты, дракон, лишь щит. Она принадлежит этому месту. А ты просто ее…
— Муж, — рычит он.
— Не полностью, — спокойно возражает Лукьяна.
Я делаю еще шаг. Их споры остаются за спиной. И тогда первая дверь раскрывается. Передо мной комната. Хотя нет, постойте. Это моя память. О том, кем я когда-то была.
Я стою на полу, залитом багровым светом. Над головой ревут драконы, и это так странно. Потому что я лишь слышу звук, но не вижу их. Я отчетливо осознаю, что их крылья черные как смоль, глаза горят неестественным синим. А передо мной… Я сама.
Неестественно высокая, в плаще из теней, с лицом, которое то и дело меняется: я то девочка, то женщина, старше того возраста, в котором замерла после смерти, то нечто, что не имеет определенных черт.
— Ты опоздала, — говорит она, и ее голос звучит внутри меня, будто червь, вгрызающийся в мысли.
Я хочу закричать, но тело не слушается.
— Ты должна была возродиться раньше. Но нижние стражи не позволили. Почему? — она склоняет голову набок, рассматривая меня, как забавную зверюшку.
Ее рука тянется ко мне. Рывок. Я падаю на колени, задыхаясь. Тело дрожит, перед глазами – пелена.
— Лина!
Я чувствую, как Бернард рвется ко мне, но Бадьян преграждает путь.
— Нельзя, — бросается вперед Лукьяна. — Если вмешаешься – дом разорвет ее.
— Я убью вас всех, если с ней что-то случится! — ревет мой дракон, и в его голосе не пустые угрозы, а обещание.
А я тем временем поднимаю голову. И внезапно вижу перед собой вторую дверь. Мне нужно сделать выбор. Но я не хочу этого.
— Нет, — сжимаю кулаки. — Я не пойду дальше.
Тишина.
— Ты уверена? — спрашивает моя копия. И ее голос — это голос дома. — Ты могла бы узнать правду. О том, кто ты. О том, почему магия в тебе... живая. Почему ты попала именно в этот мир?
Я качаю головой. Мое дыхание замирает.
— Нет, — шепчу.
Тишина в ответ становится гуще, тяжелее.
— Ты отказываешься? — голос раздается сразу везде — в ушах, в груди, в самых потаенных уголках сознания.
Глаза моей копии светятся мудростью веков, в движениях читается сила, о которой я даже и не помышляю.
— Я могла бы показать тебе, — говорит она, и в ее голосе звучат отголоски всех моих невысказанных вопросов, — почему тебя выбрала магия. Почему именно ты оказалась здесь. Кем ты можешь стать...
Ее рука тянется ко мне, и я вижу в ее ладони вспыхивающие созвездия — целые миры, рождающиеся и умирающие между пальцев.
Я отшатываюсь, чувствуя, как там, в реальном мире, Бернард бьется в невидимых оковах за моей спиной. Его рык, полный ярости и беспомощности, становится моей опорой. 
— Я уже сделала выбор, — говорю твердо. — Мой дом там, где он. Мне не нужна война. Коль уж боги затащили меня в этот мир против моей воли, то я вправе требовать компенсации.
— Чего же ты хочешь, если отказываешься от моего дара?
— Спокойной счастливой жизни с моим драконом. Пусть интриги распутывают те, кто сведущ в них. А я… — сглатываю вязкую слюну, — я просто человек… Женщина.
— Нет, дорогая, — голос существа звучит мягко, — ты уже не человек. Но твой выбор сделан. Однако ваши с драконом испытания еще не окончены.
— Что это значит? — вскидываю я голову.
— Скоро поймешь, — последнее, что я слышу, прежде чем меня выкидывает в реальность.
— Лина! — Бернард, схватив меня за плечи, оглядывает с головы до ног. — Ты в порядке? Что это было?
За его спиной Китра и Лукьяна переглядываются. Взгляд старшей ведьмы становится почти уважительным.
— Она прошла испытание, — тихо говорит Лукьяна.
— Нет, — поправляет ее Китра. — Она отказалась от испытания.
Я поднимаюсь на дрожащих ногах, все еще чувствуя на губах вкус звездной пыли.
— Увези меня отсюда, — прошу Бернарда.
Он не задает вопросов. Просто берет на руки и несет к выходу, не оглядываясь на шепчущихся ведьм.
Но когда мы переступаем порог, я чувствую:где-то между мирами дверь из лунного света тихо прикрывается. Но не закрывается окончательно.
Бернард подхватывает меня и, превратившись в дракона, возносит высоко в небо. Взмахи огромных крыльев сильные и быстрые. Я сворачиваюсь клубком в огромных лапах. Не знаю почему, но отчетливо слышу быстрый и ровный стук сердца Бернарда. Этот звук — ниточка, вернувшая меня в реальность после встречи с тем... с тем, что скрывалось за дверью.
  
Неожиданно дракон начинает снижаться. Под нами зеленая поляна. Это еще граница ведьминских земель? Или мы уже в Драконовом Логове? Почему мы делаем остановку, вместо того чтобы лететь домой на всех парах?