Драконово логово. Развод столетия (СИ)

От эмоций по щеке скатывается одинокая слезинка по щеке. Я вижу, как мои эмоции эхом откликаются в драконе. Грудь часто вздымается, кулаки сжимаются и разжимаются, брови сведены. Он тянется стереть мокрую дорожку, оставленную слезой, но я резко отстраняюсь.
— Вместо нормального разговора я получаю выдворение из дома в холод, босиком и в кандалах. А мою спальню занимает прислуга. Браво, Бернард. Хуже отношений с мужем и представить сложно. И ради чего мне сейчас идти тебе навстречу? Почему я должна раз за разом закрывать глаза на твое отношение ко мне?
  
Он протягивает руку, но я отшатываюсь от нее, как от змеи. Я наконец получаю шанс выговориться и не позволю отнять его у меня. Уж если расставаться с ним, то, по крайней мере, высказав все, что во мне накипело за это время.
— А сейчас? — уже не сдерживаясь, кричу на него. — Что произошло там, в зале? Чем я заслужила такое недоверие? Разве я не ответила на твое откровение своим? Я честно и прямо тебе рассказала о той встрече! И уж поверь, если бы тот мужчина мне понравился, ты бы ни сном ни духом про него не узнал!
Не выдержав взгляда бывшего мужа, резко отворачиваюсь и отхожу к какому-то растению. Слепо уставившись в одну точку, бессознательно глажу зеленые широкие листочки. Бархатная поверхность приятно скользит под пальцами. Интересно, что это за цветок?
Позади себя слышу глухой смешок. Грозно оборачиваюсь и вижу на лице Бернарда легкую ухмылку.
— Рада, что тебе весело, — раздраженно ворчу.
— Я не над тобой, — отзывается Бернард, а затем подходит ближе. — Кажется, тебя тянет ко всему необычному. Ты гладишь astrus convectio — цветок любви или ароматическая специя, которую использовали невесты. По легенде моих предков, девушка перед самой церемонией обручения выпивала растворенную в теплой воде специю. Якобы в первую брачную ночь она заставляла молодого дракона становиться зависимым от запаха кожи своей невесты. Для него переставали существовать все остальные, что гарантировало верность мужчины в браке.
— А как же сама невеста? — против воли интересуюсь я. 
— Она оставалась вольна в своих чувствах, — просто пожимает плечами Бернард.
— Фу. Дикость какая. И что, правда работало? — поднимаю на него взгляд.
Бернард не сводит с меня серьезного взгляда.
— Не знаю. Это всего лишь легенда. Можем попробовать, — вдруг предлагает он.
Я настороженно смотрю сначала на него, потом на цветок.
— Нет уж, увольте, — качаю головой. — Да и зачем тебе это, если ты и так мне не доверяешь?
Он делает плавный шаг ко мне. Преодолевая мое упорное сопротивление, все-таки притягивает меня в свои надежные объятия.
— Я готов пойти на что угодно, совершить любой подвиг или что-то сумасшедшее ради тебя. Я дурак, Алин. Ревнивый, порывистый дурак, который просто не может совладать с собой. Ты, твоя драконица — это как самый желанный подарок. Стремлюсь быть как можно ближе к тебе, и… Я просто без ума от девушки, которая стремительным вихрем ворвалась в мою жизнь и поставила меня на колени. Ты в праве меня оттолкнуть. И я не могу тебя осуждать за это или как-то пытаться оспорить твое решение. Но, — он чуть отстраняется и начинает по-настоящему опускаться на одно колено, — здесь и сейчас я прошу об одном: последний шанс. 
— Я не заслужила такого отношения, Бернард, — не могу не высказать вслух то, что лежит на сердце. — А если не получится? Если мы опять поругаемся? Если тебе опять что-то обо мне донесут? — я пытливо вглядываюсь в расплавленную сталь его глаз.
— Не заслужила, — спокойно и уверенно соглашается он. — И я тебе готов поклясться, что приду и честно скажу тебе об этом, не пытаясь заранее судить. Знаешь, первое впечатление сложно исправить. Уже хотя бы потому, что оно осталось в прошлом. Я… — свободной рукой он зарывается в свои черные, как вороново крыло, волосы в отчаянной попытке подобрать верные слова. — Черт. Кажется, все, что бы я сейчас ни сказал, будет полнейшей ерундой. Но я… только что собственноручно отрезал путь к тебе. Наверно слишком долго упивался своим одиночеством, — невесело заканчивает он свою речь. — Мне сложно держать себя в руках рядом с тобой. Хотя это ни разу меня не оправдывает. 
Мои чувства и мысли в смятении. Я сбита с толку. Растеряна. Злость вроде бы уже не полыхает яростным костром, но угли все еще тлеют.
— Сейчас ты свободная драконица. — Он поднимает голову и смотрит мне в глаза. — Красивая и гордая. — Чуть улыбнувшись обводит указательным пальцем овал моего лица. — И мне до ужаса страшно, что в итоге ты выберешь не меня. Но я смирюсь и приму твое решение. Даже если по итогу будущего для меня уже не будет.
  
Глава 51
 
Я с недоверием смотрю в его мягко мерцающие глаза. И хотя признание заставляет сердце тоскливо сжаться, недоверие все же перевешивает. Сколько таких историй я слышала, будучи жительницей своего мира. Девушки наивно все прощают, но позже все равно сталкиваются с жестокой реальностью. Я не верю, что люди могут измениться. Тогда почему внутри сейчас недовольно ворочается красная драконица? Я прямо таки чувствую ее неодобрительный взгляд.
Тихонько вздыхаю про себя: «Ну зачем он так со мной?» Еще и смотрит так открыто, просто. В кои-то веки Бернард не давит на меня. Позволяет самостоятельно принять решение. Уйти бы от него, гордо расправив плечи. Но… Что-то неуловимое не позволяет принять такое решение. Во-первых, не дает покоя тайна смерти Авроры. Я хочу докопаться до ее истинной причины. И наказать тех, кто повинен в этом. А во-вторых… Встречаюсь со стальным взглядом мужчины и вынуждена признать: мое во-вторых смотрит сейчас печальным щенячьим взглядом и ждет моего приговора.
— Даю тебе последний шанс, понял? — решаюсь я и тычу пальчиком в грудь, прикрытую рубашкой. Считаю себя легковерной дурой. Но… Не могу поступить иначе. Если Бернард и в этот раз предаст мое доверие, то на этом мы закончим нашу историю. — Я больше не прощу ни единой твоей вспышки. Думай, прежде чем обвинить меня в очередной страшной измене.
Жаль у меня нет камеры под рукой или хотя бы того, что может ее заменить. Над Бернардом как будто в миг рассеиваются грозные темные тучи. От его белозубой сияющей улыбки, кажется, в каждом близлежащем доме лампочка загорается.
— Наверное, нужно вернуться, — немного смущаюсь я и шаркаю носком ботинка по полу. 
Бернард без разговоров сгребает меня в охапку, крепко прижимает к себе. Он утыкается носом в мои волосы, глубоко и шумно дыша. Складывается ощущение, что он пытается напитаться моим запахом.
— Ты не пожалеешь. Обещаю, — слышу приглушенное.
— Надеюсь, — тихонько отвечаю ему.
— Идем. Макс уже заждался. Решает, какую кару мне избрать, — усмехается Бернард.
— С чего это? — не понимаю я.
Дракон переплетает наши пальцы и утягивает из комнаты в коридор, а дальше путь пролегает обратно в тронный зал.
— С того, что я дурак. А зачем ему такие рядом? — беззаботно отвечает Бернард.
— Я смотрю, ты совсем не обеспокоен этим фактом, — скептично произношу.
— Ну давай начнем с того, что свою ошибку я быстро осознал и исправил, — подмигивает он мне. — А во-вторых, Максу без меня нельзя.
— Почему это? — удивляюсь я.
Бернард резко останавливается и оттесняет меня к стене. Этот поступок настолько неожиданный, что я ошарашенно подчиняюсь.
— Ты что делаешь?
— Он болеет, Лина, — шепчет почему-то мне в губы Бернард.
— А-а-ам, э-э-э-эм, — тяну я, — Бер, может, отодвинешься? — это что, я пищу?
— Мм? — странно задает он вопрос, не отрывая взгляда от моих губ.
  
— Господин Арден, — внезапно доносится до нас скрипучий старческий голос. И Бернард резко поворачивается ко мне спиной, ощутимо придавливая к стене. Ауч! — Приветствую вас. Не ожидал встречи. Я предполагал, что вы сейчас, кхм, с женой развестись пытаетесь. И заняты более неотложными делами, нежели посещение замка.
Замираю мышкой и начинаю внимательно прислушиваться к разговору. Отчего-то собеседник Бернарда мне сразу же не нравится. Высокомерный, чуть насмешливый тон не дает повода с симпатией отнестись к незнакомцу. Я не вижу его лица. Но голос отталкивает. Я отчетливо различаю в нем опасные нотки