Леонхард фон Линдендорф и фон дер Марк (СИ)

Полторы недели прошли как во сне. Вроде и делал что-то, ходил куда-то, общался с людьми, но мысли были далеко. Правильно говорят, что нет ничего хуже, как ждать и догонять. Начал уже нервничать. Гонец, по договорённости с Куртом, должен был прибыть через неделю. Два дня туда на кораблях, два дня обратно, да и то, если не спеша, два дня на взятие города. Один день на непредвиденные обстоятельства. А гонца всё нет и нет. Наконец, на десятый день появился. Я как раз сидел в кабинете и патался разработать тактику действий моей пехоты против легкой конницы противника. Ничего путного не получалось, но надо же хоть чем-то занять себя. Гонца провели ко мне и он передал мне пакет от Курта. Вскрыл и прочитал. Коротко, коряво, но хоть без ошибок. Курт писал, что к Лимбургу подошли через два дня, после выхода. На предложение графу разобраться с нападением на нашу деревню, в ответ получили только оскорбления, а главное, неподтребную брань в адрес их сеньора, графа фон дер Марк. Этого воины стерпеть не смогли и бросились на штурм города. Город и замок были взяты. В результате штурма города, граф фон Лимбург погиб. Также погибла жена графа, но дочки графа живы. Церковная утварь, украденная из церкви, нашлась в замке барона, находящегося выше по Ленне, как раз рядом с границей графства Марк. Барон и вся его дружина погибли при штурме замка и разбирательства не получилось, но святой отец, отправленный с ними, все вещи опознал, так что нет никакого сомнения, что в грабеже учавствовали именно люди графа фон Лимбург. И всё. Ну, в принципе правильно, подробностей в письме и не должно быть, ведь с этим письмом я поеду к отцу Бенедикту.
— Докладывай. — обратился к гонцу, молодому лейтенанту. Ну, правильно, не рядового же посылать гонцом к целому графу. Вот ведь! Ладно, обойдусь без мата, граф всё-таки.
— Подошли к городу, ваше сиятельство, выбили артиллерией ворота, потом пошли по городу, катя впереди пушки и всех защитников сметая картечью. Стену города зачистили штурмовики. Да и некого там чистить было — ополчение собраться не успело, а дружина у графа не большая, и на защиту города, и на защиту замка её просто не хватило. В замке тоже ворота из пушек вынесли, а потом штурмовики поработали, мушкетеры даже не входили. На всё ушло меньше дня. Но долго провозились с баронскими и рыцарскими замками.
— И сколько их там было, этих замков?
— Три баронских и пол дюжины рыцарских, ваше сиятельство. Но очень хорошо укрепленных, горы же. И бароны и рыцари погибли в боях. Только один смог удрать, его замок находился на Руре, напротив города Шверте, принадлежащего вашему дяде, графу Адольфу. Туда он и удрал, даже замок защищать не стал.
— Один или с семьей?
— С семьёй, ваше сиятельство.
— Ладно, удрал и удрал. Иди отдыхай, завтра вместе в Лимбург отправимся.
Сам с пакетом Курта помчался в город, к отцу Бенедикту. Нашёл его в университете — умный святоша, большую часть времени посвящает студентам и не только на теологическом факультете, но и других окучивает. Дал ему почитать письмо.
— За то, что покарал разбойников, поднявших руку на церковь и её служителя, благодарю. Но не кажется ли тебе, что граф фон Лимбург даже и не знал о произволе своего вассала?
— Может и не знал. А может и знал, теперь уже не понять. Но пострадал он за своё хамство и оскорбление своего соседа, такого же графа. Мои солдаты оскорбления своего сеньора простить не могли. Но что делать теперь, ведь графство осталось без владетеля? Наследники, конечно, есть и много, я кстати один из них. Именно мой предок, Адольф фон дер Марк, построил замок Лимбург в 1246 году и владел им и графством. Мне это графство, в общем-то, не нужно, но допустить свару на своих границах из-за небольшого куска земли я не могу. Опять придётся воевать и убивать людей. Хотелось бы этого избежать. Не поможете?
Поможет, почему не помочь? Всего-то 20 тысяч золотых любекских гульденов и вопрос с графством наверняка будет решён. Черт, это где-то килограмм 850 серебра, почти тонна. За какой-то кусок земли, размером с 2–3 моих баронства. Ну не грабёж? И ведь не откажешеся теперь, я же вроде как борец за мир получаюсь. Ладно, пусть подавятся, и император и святоши.
 
Ехать надо было в Прагу, именно там Венцель и жил. Он ведь не только император, но и король Чехии, Германии и Рима. Но предпочитает Чехию, так как больше чех, чем германец. Путь не близкий, но за месяц отец Бенедикт обещал обернуться. Если я ему выделю свой малый струг — по Рейну, потом по Майну, можно почти до Богемии добраться, а там и Прага. Долго ждать аудиенцию у императора не придётся, тот уже знает, что именно этот святоша приносит ему деньги, а от денег император никогда не откажется. Да и кто откажется-то? Тем более, считай нахаляву — утвердить хозяином клочка земли сумасшедшего графа, согласного платить бешенные деньги незнамо за что. Собственно, так отцу Бенедикту и сказал, что ни за что бы не заплатил такие деньжищи за ненужный мне кусок земли, если бы не желание избежать войны. Тот покивал, похвалил за миролюбие и побежал оформлять необходимые бумаги. Нужно ведь как-то подтвердить, что я являюсь наследником. Ну, пусть старается, не даром же.
Деньги обещал завести ему утром, так что сразу отправился к Гюнтеру. Тот побурчал немного, но видя, что я тоже расстроен донельзя, ворчал перестал. Отправились с ним в замок. Самому лазить по подвалу и собирать нужную сумму совсем не хочется, не графское это дело, по подвалам шариться. К обеду он притащил в кабинет два тяжеленных баула. В каждом по 35 килограмм. Итого, 70 кило золота за очередную графскую корону. То, что я её получу, нисколько не сомневаюсь. Пока что о смерти графа фон Лимбург никто не знает. Слухи может и ходят где, но наверняка это никому неизвестно. Пока заинтересованные люди узнают это наверняка, пока доберутся до императора со своими хотелками, грамота с утверждением меня графом фон Лимбург будет уже у меня. Единственная опасность — это если кто-то сунется утвердить себя графом, так сказать, явочным порядком. То есть, сначала занять графство, а потом добиваться решения императора. И если бы это были серьёзные люди, то никаких проблем у них не возникло. Например, герцог Лотарингии, или герцог Вестфалии, или архиепископ Кёльна. Тем более, что выходцы из рода Лимбургов несколько раз были архиепискам Кёльна, так что прав на графство у нынешнего архиепископа побольше чем у меня. Но, как говорится: кто первый встал, того и тапки. Через пару дней я уже буду в Лимбурге и выбить меня оттуда хрен у кого получится. А там и отец Бенедикт с бумагами подоспеет.
Утром отвезли вмести с Гюнтером деньги отцу Бенедикту. Пожелали ему счастливого пути. В Хаттингене его будет ждать малый струг с взводом мушкетёров, с приказом отвезти его, куда скажет, а потом привезти обратно. И охранять как меня, чтобы муха на него даже не села.
Сам заскочил в замок, попрощался с Ами и Генрихом и тоже рванул в Хаттинген. На хозяйстве в графстве оставался Гюнтер, а в замке Ами. С собой взял только охрану, ну и Ирму, конечно, куда от неё денешься. Она всё это время от меня вообще не отходила. Видела, что я нервничаю и старалась всё время меня чем-то отвлечь и занять. И не только постелью, вернее, до постели вообще дело редко доходило, чаще обращалась за советами, довольно важными, чтобы я не мог отмахнуться, рассказывала о своей работе, о своих агентах и агентессах. Интересно рассказывала, так что я и в самом деле отвлекался от ожидания. А когда дело доходило до постели, была тихой и нежной. До чего же умная девчонка. Хотя, какая она девчонка — молодая, красивая женщина, которую и в замке и в городе до ужаса боятся. Всем уже было известно, что она занимается охраной замка и завода и что пропадающие иногда излишне любопытные люди, её работа. Такое как ни скрывай, всё равно наружу вылезет. А вот с Ами она была в прекрасных отношениях, подруги не разлей вода. Что интересно, к их компашке примыкала и Эмма. Эта трусиха, которая от всех мужиков, а особенно от меня, шарахалась, Ирме в рот заглядывала и считала её идеалом женщины, после Ами, конечно. Это всё мне Ами рассказывала. Ещё рассказывала, что Ирму за глаза называют личной ядовитой змеей графа. И теперь эта змейка скакала рядом со мной на стройной кобылке. В легкой, длинной, ниже бёдер, кольчуге и в своих новомодных брюках для верховой езды. Я в таких брюках иногда замечал некоторых дам даже в замке, слава богу без лошадей. Вот ведь выпустил я джина из бутылки. Скоро они и до брючных костюмов дойдут, а там и до брюк из прозрачного шёлка не далеко. Вот уж церковники плеваться будут. Хотя нет, не дойдут, я не разрешу, а то у святош ума хватит всё это просто запретить, даже такие вот удобные и необходимые именно для езды на коне, брюки. Лучше уж святош не дразнить, к сожалению, вменяемых среди них не так уж и много.