На край света (СИ)

Дин посмотрел на друга. Тот спал, чуть склонив набок голову, с едва уловимой улыбкой на губах, продолжая удерживать в расслабленной руке банку пива. Красив как бог, подумал новозеландец, поднялся из кресла и тихо подошел к парню. Ветер ласково трепал темные длинные кудряшки, которые так и норовили зацепиться за подрагивающие ресницы. Дин осторожно, чтобы не разбудить, откинул пряди с его лица, вытащил из руки полупустую банку и направился в дом. Через пару минут он вышел с легким пледом и прикрыл им Эйдана. Спящий чуть шевельнулся и еле слышно прошептал:
- Я люблю тебя, Дино…
Дин застыл на месте, глядя на ирландца удивленными глазами.
- Эйд, - тихо позвал Дин, но Тернер не ответил, продолжая мирно посапывать. - Я тоже люблю тебя…
Эйдан прикрыл рукой глаза, заслоняясь от ярких солнечных бликов, играющих на поверхности воды. Ничего себе! Уснул прямо в кресле и продрых всю ночь! Самое странное, что тело нисколько не затекло.
- Вот что значит – удобная мебель, - констатировал он факт, сбросил плед и сладко потянулся.
- Доброе утро! – из дома вышел Дин, неся в руках две чашки с крепким кофе. – Как спалось?
- Как младенцу! – сияя, ответил Эйдан, протягивая руку и принимая одну из чашек. - Доброе утро. Это ты меня пледом накрыл?
Дин удивленно вскинул брови.
- Нет, конечно! Это была ночная фея.
Эйдан прыснул.
- Глупый вопрос, да?
О’Горман хмыкнул:
- Ты не веришь в фей?
Тернер расхохотался.
- Знаешь, Дино, в этом отдаленном уголке мира я готов поверить во что угодно! Но все равно спасибо за заботу обо мне.
Новозеландец с улыбкой кивнул и отсалютовал чашкой.
- Всегда, пожалуйста!
***
Пару дней друзья провели в блаженном ничегонеделании: купались, дурачились, валялись на пляже, пытались ловить крабов (Эйдан с воплями гонялся за ними, а Дин покатывался со смеху), потягивали в креслах пиво и болтали. Щекотливую тему расставания со своими дамами старались не затрагивать.
- Дино, а у тебя здесь есть фильмы с твоим участием? – спросил как-то Тернер, вытянувшись в удобном кресле и открывая очередную банку пива.
- А тебе зачем?
Ирландец приподнял одну бровь.
- Ты меня пристыдил, помнишь? Вот, хочу наверстать упущенное.
- И какой фильм тебя интересует? – неожиданно холодным тоном спросил Дин.
- Любой, кроме сериала, - ответил Тернер и удивленно посмотрел на друга. - Ты из-за чего злишься?
- Эйд, я не злюсь. Просто, если ты хочешь посмотреть какой-нибудь из тех фильмов, о которых мы говорили, то прямо так и скажи.
Тернер опустил глаза.
- Да, мне было бы интересно. Просто я не представляю тебя в такой роли. Дино, мне правда интересно. Я ведь тоже актер, но не настолько многогранный, - он постарался улыбнуться как можно более невинно.
Дин, отвернувшись, ответил тем же холодным тоном:
- Заходишь в Интернет, находишь фильмографию Дина О’Гормана, выбираешь «Когда приходит любовь» или «Сирен» и смотришь, с тебя хватит этих фильмов. - Новозеландец покинул кресло и спустился с террасы. - Ноутбук, по-моему, в комнате на столе. Приятного просмотра. А я пойду, прогуляюсь пару часиков.
И не взглянув на друга, пошел прочь. Эйдан с недоумением посмотрел ему вслед.
Он без труда нашел интересующие его фильмы. Сказать, что они вызвали у него дикий восторг – не сказать ничего. И дело тут было вовсе не в сюжетах. Дело было в Дине. Он был прекрасен: совсем молодой, дико обаятельный, с пышной золотистой шевелюрой, он приковывал к себе взгляд и не отпускал. Эйдан несколько раз прогнал сцены с поцелуями, невольно задумавшись о том, что можно почувствовать, прикоснувшись к его губам, и с ужасом осознал: ему безумно хочется это попробовать.
- Бред какой-то, - прошептал он, проведя дрожащей рукой по взмокшему лбу.
А потом Эйдан почитал фанфики, коих обнаружилось великое множество. Дин был прав, если бы Сара прочла их, ходить бы мистеру Тернеру без яиц…
Откинувшись на диван, Эйдан закрыл глаза и постарался выровнять сбившееся дыхание. Не получилось. Приоткрыв один глаз, он покосился вниз. Процессу выравнивания дыхания мешал банальный стояк.
  
- Бред какой-то, - повторил ирландец и тихо застонал.
Мысль о том, что он вдруг безумно захотел мужчину, своего друга, вызвала непреодолимый позыв рвоты. Эйдан бросился в туалет. Его выворачивало наизнанку, но предательский стояк не проходил.
- О, Боже! – прохрипел Эйдан, сползая на пол и вытирая губы. - За что мне это?
Хлопнула входная дверь и Тернера мгновенно бросило в холодный пот. Черт! Если бы не этот дурацкий приступ, он бы успел закрыть комп и прикрыться подушкой! Но он сидит на полу в туалете и никак не может помешать Дину подойти к ноутбуку, увидеть открытые фанфики и закладки со стоп-кадрами из своих фильмов. Но это еще полбеды, потому что потом, О’Горман обнаружит в туалете блюющего друга с выпирающими в самом неподходящем месте штанами и… что дальше? Что он подумает?! Что сделает?
- Эйд! Ты где?
Из груди Тернера вырвался тоненький стон, больше похожий на всхлип. Он закрыл лицо руками и, подтянув ноги, уткнулся в колени. Будь что будет. Он уедет, сегодня же. Правда, придется просить О’Гормана отвезти его в аэропорт или хотя бы до ближайшей автобусной станции, но это в любом случае лучше, чем хотеть его.
- Эйд? – Дверь в туалет открылась. - Что с тобой? Тебе плохо?
Присев рядом, Дин оторвал руки друга от лица.
- Ты… ты плачешь? Тебя тошнило? Да что случилось?! – Он встряхнул его за плечи.
Эйдан, пряча глаза, издал надрывный всхлип и слезы хлынули неконтролируемым потоком. Это начинало походить на истерику.
- Что с тобой?! – Дин снова сильно тряхнул Тернера.
Ноги ирландца потеряли опору и скользнули по плитке. Дин случайно бросил взгляд вниз и замер.
- Ох… - вырвалось у него.
Дин поднял глаза и посмотрел в карие омуты, в которых застыл ужас.
- Все нормально, - тихо сказал О’Горман и, притянув к себе парня, крепко его обнял.
- Что? – не веря своим ушам, пролепетал Эйдан.
- Все нормально, - повторил новозеландец, отстраняясь и вновь заглядывая ему в глаза. - В принципе, у тебя нормальная реакция на всю эту хрень: возбуждение и отвращение одновременно. Примерно такой я от тебя и ожидал, эмоциональный ты мой. Успокойся.
Эйдан проглотил ком, застрявший в горле.
- А что мне с этим делать? – жалобно спросил он и очаровательно покраснел, скосив глаза на свои штаны. – Не могу же я…
Дин выпрямился и, глядя сверху вниз, посоветовал:
- Прими холодный душ.
- Тебе помогает? – ляпнул Эйдан и тут же прикусил язык.
Уже отвернувшись и выходя из туалета, О’Горман негромко произнес:
- Помогает…
***
«Помогает». Это одно короткое слово никак не хотело покидать голову Эйдана. Холодный душ на самом деле привел его в чувство и усмирил бунтующую плоть. Но вместе с тем заставил задуматься о том, какие же мысли и фантазии усмиряет с его помощью Дин О’Горман? И сейчас, лежа в своей кровати, Эйдан продолжал мучиться этим вопросом и невольно прислушиваться к звукам, доносящимся из соседней комнаты. Похоже, Дин не спал.
Остаток дня они провели как обычно: поужинали, попили пива, поболтали ни о чем. Просмотр фильмов и истерика Эйдана со всеми деталями не обсуждались. Но… Они не остались, как все предыдущие дни, любоваться закатом, а разбрелись по комнатам, пожелав друг другу спокойной ночи.
Эйдан откинул одеяло и поднялся. Накинув майку и натянув злополучные треники, он как можно тише вышел из комнаты и осторожно прокрался на террасу. Соленый ветер освежил его лицо, ранки на котором, уже начавшие затягиваться, снова покраснели от пролитых слез и оттого, что он размазывал их кулаками, словно маленький ребенок. Горько усмехнувшись своему позору, Эйдан сел в кресло и закурил.
Ирландец мусолил третью табачную палочку, когда на террасу вышел Дин. Он молча поставил на столик между креслами бутылку виски и два стакана, плюхнулся на свое место и, отобрав у онемевшего друга до половины выкуренную сигарету, глубоко затянулся.