Монстр (ЛП)

- Я знаю, что ты там, - продолжила я. Я сделала паузу, надеясь, что он вернётся в комнату, чтобы я могла поговорить с ним, возможно, даже убедить его отпустить меня. - Разве ты не хочешь прийти и поговорить со мной? - в голове я всё время слышала совет старухи; он не любит, когда люди кричат.
Я специально понизила голос. Я не хочу его злить.
Он раздавил бы меня.
- Как тебя зовут? - спросила я.
Я думала, что он может - по крайней мере - поговорить со мной оттуда, где он скрывался. Он медленно выглянул из-за угла дверного проёма. Он посмотрел прямо на меня и проворчал что-то, чего я не могла понять. Он говорил или просто шипел?
- Меня зовут Кристина, рада познакомиться.
Несмотря на все мои усилия, я слышала дрожь в своём голосе. Я только надеялась, что он успокоится. Не говоря ни слова, он ворвался в комнату и схватил коробку, лежавшую рядом со мной на кровати. Я выдала свою попытку сохранять спокойствие, подпрыгнув и издав лёгкий визг. Он просто замер со свёртком в руке и посмотрел на меня, склонив голову набок.
- Прошу прощения, - сказала я, - ты меня напугал.
Он зашипел на меня и снова исчез за дверью. Опять же, я знала, что он там стоит. Я слышала, как он играет с подарком; трясёт им из стороны в сторону, как будто не зная, что с этим делать.
- Это подарок, - крикнула я.
Он перестал двигаться. Однако хриплое дыхание выдавало его; он всё ещё был там.
- Это от твоих мамы и папы, - сказала я ему. - У тебя скоро день рождения? - спросила я. И старуха, и старик говорили, что это было так, но - учитывая ситуацию - я не была уверена, было ли то, что они говорили, правдой. - Если ты развяжешь меня, я помогу тебе открыть его.
Он хмыкнул.
Не настаивай, чтобы тебя развязали. Покажи ему, что ты расслаблена.
Наступила тишина, прежде чем он снова появился в дверях, всё ещё сжимая коробку в своей большой руке. Я улыбнулась ему, несмотря на то, что мне хотелось кричать.
- Ты знаешь, что это такое? - спросила я его.
Он посмотрел на коробку, упакованную в коричневую бумагу, снова посмотрел на меня и хмыкнул. Он потряс коробку ещё раз, заставив что-то загреметь внутри.
- Будь осторожен! - сказала я ему. - Там может быть что-то хрупкое.
Он повернул голову и посмотрел на меня. Его тёмные глаза, видимые за маской, выглядели смущёнными. Если это был его день рождения, был ли он первым в его жизни? Учитывая маску, его возраст сложно определить, но его рост и большая масса предполагали, что он не был подростком. Возможно, моего возраста?
Все пропавшие люди были примерно моего возраста.
Но не думай об этом сейчас.
- Почему ты его не открываешь? - уговаривала я его.
Всё время ему нужно было сосредотачиваться на чём-то ещё, чтобы не фокусироваться на мне. Он снова посмотрел на меня. За маской то же смущение, которое я видела минуту назад.
- Они сказали, что у тебя день рождения. Знаешь ли ты, что это значит? - спросила я его.
Он снова зашипел, заставив меня подпрыгнуть.
Я продолжала:
- Твои мама и папа сказали, что у тебя будет вечеринка. Тебе нравится музыка?
Он посмотрел на меня.
- Ве-че-ри-и-ин-ка... - прохрипел он.
Я была потрясена, услышав его. Я думала, что он не сможет сказать ни слова. Я всё ещё не была уверена, мог ли он понять слова, которые я говорю, или даже слово, которое он только что сказал.
Я кивнула в сторону подарка:
- Это твой подарок на день рождения. Обычно ты получаешь его на вечеринке, но твоя мама позволила тебе получить его сейчас. Это было мило с её стороны, правда?
Он снова зашипел и выскочил из комнаты. Дверь захлопнулась.
Что я сказала не так?
Я слушала, как он снова бежит по коридору. Ещё одна дверь захлопнулась.
Я опять одна.
Возникло искушение снова начать грызть верёвки, но я боялась, что родители или их сын снова вернутся.
Что, если я снова вырвусь из оков, и в следующий раз они просто не вернут меня сюда?
У старика есть желание причинить мне боль, я почувствовала это, когда он схватил меня за горло и сжал. Я могу сказать, что его не нужно сильно злить. Любого из них. Да ладно. Они такие же нестабильные, как и все остальные.
 
Я ждала там, в тускло освещённой комнате, не зная, каким должен быть мой следующий шаг; мои мысли возвращаются к моей дочери. К настоящему времени они должны знать, что я пропала. Кто-то из заправочной станции, должно быть, сказал им, возможно, позвонил мне домой, чтобы узнать, почему я не на работе? Меня осенило, что мне не нужно ничего делать. У меня есть семья, у меня были обязанности на станции; люди бы быстро поняли, что что-то не так. Люди бы узнали, что я пропала, и уведомили соответствующие органы.
Но работали ли камеры видеонаблюдения?
Я почувствовала ужасное ощущение отчаяния. Я уже некоторое время говорила своим менеджерам, что система видеонаблюдения не ведёт запись, как должно было. Иногда она работала, иногда - нет. Каким-то образом у неё возникла одна из тех раздражающих прерывистых ошибок; в один прекрасный день всё было в порядке, на следующий день система просто отключалась - иногда удаляя то, что уже было сохранено на жёстком диске. Это была постоянная проблема более месяца, и не только я сообщала об этом; другие сотрудники тоже упоминали о проблеме. Я знаю, что работаю всего тридцать часов в неделю, и может быть, видеонаблюдение исправили, когда я была на выходном, но никто никогда не упоминал об этом. Думаю, размышляя об этом сейчас, у меня нет никаких оснований говорить, что это было сделано. В конце концов, я же не менеджер, чтобы этим заниматься.
Дай Бог, чтобы это было исправлено.
Если бы видеонаблюдение работало, то бóльшую часть магазина охватывали бы четыре внутренние камеры. Также есть пара внешних камер, что означает, что передняя площадка тоже была под наблюдением. Если бы камеры работали, то всё, что со мной произошло, было бы записано на плёнку. Они увидели бы меня, обслуживающую клиентов, они увидели бы моего коллегу, уходящего домой в ночь, и они увидели бы старую пару. Камеры снаружи показали бы автомобиль и регистрационные номера.
Дай Бог, чтобы видеонаблюдение было исправлено!
# # #
Я проснулась, вздрогнув. Он стоял в конце кровати и сопел, как возбуждённое животное. Он что-то держал, чтобы я могла посмотреть. Мне пришлось сосредоточиться на том, чтобы сфокусировать взгляд. Моё зрение было туманным, я так устала. Он держал что-то, похожее на игрушку с выпрыгивающим клоуном; грязная коробочка, запачканная от времени, с торчащей сбоку серебряной рукояткой. Судя по форме, я догадывалась, что он придумал, как открыть свой подарок.
- От мамы и папы? - спросила я.
Он сопел и раскачивался из стороны в сторону.
- Ты знаешь, как ей пользоваться?
Несмотря на то, что я была всё ещё связана в запястьях, я жестом пригласила его подойти ко мне. Он заколебался, но сделал шаг вперёд.
О, хорошо. Прогресс. Как раз то, что ты хотела.
- Если ты меня развяжешь, я тебе покажу, - сказала я, испытывая удачу.
Он сделал шаг назад и зарычал. Хотя я боялась за свою жизнь и скучала по семье, я не могла не пожалеть его. Я не была уверена, что с ним не так, я не была уверена, что за история с ним произошла, но явно у него были проблемы и - несмотря на то, что я его боялась - до сих пор он, казалось, больше боялся меня, чем я его - и это что-то значило.
Я вернула разговор к игрушке в надежде снова завоевать его доверие:
- Видишь, сбоку торчит ручка? - я кивнула в сторону коробки. Он посмотрел на неё. - Если ты повернёшь её и продолжишь вращать, кое-что вылезет наружу.
 
Он потряс коробку.
Идиот.
- Нет, поверни ручку.
Он посмотрел на меня и хмыкнул.
Я попыталась медленно произнести ему по буквам:
- Р-У-Ч-К-А.
- Ручка, - повторил он хриплым голосом.
- Да, - сказала я. Я кивнула, чтобы подбодрить его. - Поверни её.