Забудь меня (СИ)

Его тело горячее, как печка, и твердое как камень.
От контраста и головокружительного тепла меня потряхивает.
Холодным носом утыкаюсь в его ключицу, не в состоянии разговаривать.
  
Глава 2
 
Полина
Мне приходится наплевать на то, что мои туфли не предназначены для прогулок по неровным тротуарам. Каждый раз, когда каблук издает очередной скрип, мне хочется скривить лицо, как от боли.
Я люблю эти туфли, но Антон отдал мне свою куртку, и если мы не доберемся до клуба в ближайшие минуты, он окоченеет, так же, как и я, поэтому прикусываю язык, семеня следом за ним вниз по улице.
Втянув голову в плечи, он ведет меня за собой.
Моя ладонь в его руке, для этого ему пришлось пробраться пальцами в рукав своей куртки и нащупать кончики моих. От тепла его ладони у меня под кожей маленькие вихри. От этого и оттого, как он посмотрел на мои ноги, когда заворачивал меня в свой бомбер.
Его ладонь шершавая и грубоватая, и хоть я к этому уже привыкла, меня чертовски будоражит.
От этого парня у меня каша в голове, мои мозги более-менее в порядке, когда мы не вместе, и форменно отключаются, когда он рядом.
— У тебя новая работа? — решаюсь на этот вопрос, косясь на слегка растрепанный затылок Антона.
— Да, — бросаете на меня взгляд через плечо.
— Какая?
— Механик в автосервисе, — отвечает он.
— О… — бормочу, глядя себе под ноги. — Ты разбираешься в машинах?
— Разберусь, — бубнит Антон.
Это заявление вызывает у меня улыбку. Оно самонадеянное. Очень…
Я уже знаю, что из близких родственников у него только мать и младшая сестра. Ей семь. Он просто ушел от ответа, когда я спросила в разводе ли его родители? Я не собиралась напрашиваться на разговоры по душам, но когда дело касается его, я не могу прикончить любопытство. У меня внутренняя идиотская потребность знать о нем все, что можно, но он не особо разбрасывается информацией.
Дистанция.
Я чувствую ее, каждый раз, когда делаю попытку… пробраться ему под кожу. Я не знаю, зачем мне это! Какой-то азарт? Он не спешит влюбляться в меня без памяти, и меня грызет изнутри.
Я тоже не стану влюбляться в него.
Мы просто развлекаемся вместе, вот и все. У нас ничего серьезного.
В кармане его куртки звонит телефон. Секунду я медлю, не рискуя шарить по его карманам, но в итоге решаюсь просунуть руку в правый и достать гаджет.
Это его мама.
— Алло? — забрав у меня трубку, Антон отвечает на звонок.
Глядя себе под ноги, рассеянно прислушиваюсь к разговору.
— Зачем тебе инструменты? — вздыхает он. — Я сам все сделаю, я же сказал… на чердаке… ладно, позвоню через час…
Нажав отбой, Антон прячет телефон в задний карман джинсов и снова берет меня за руку, которая успела замерзнуть без тепла его ладони за те секунды, что он потратил на разговор с матерью.
— Проблемы? — кусаю губу, подняв на него глаза.
— Мать решила разнести полдачи, — поясняет он. — А так все нормально.
— У вас дача?
— Угу… уже целых две недели…
— Это… здорово…
Пытаюсь не выдать себя тем, что заметила, с какой гордостью он обронил эту информацию. Будто приобретение — его личное достижение.
— Так ты сегодня дома один? — спрашиваю с отрепетированной беспечностью, стараясь подать вопрос как шутку, но мои внутренности щиплет волнение, от которого голос подрагивает.
— План был такой… — отвечает он.
Дорогу нам перерезает парень на электросамокате. Мы тормозим, одновременно отпрыгнув в сторону, и Антон рычит ему вслед:
— Смертник, или как?!
Тот взмахивает рукой и показывает нам средний палец.
— Пиздец… — рявкает мой парень.
Мы синхронно хороним свой прерванный разговор, но червь волнения уже пустился в плавание по моим венам.
Ту минуту, в течение которой мы преодолеваем оставшееся до клуба расстояние, я мучаюсь мыслью о том, что Антон не собирался обозначать мне свое “домашнее положение”.
В самом начале я не хотела, чтобы он спешил. Мы спешили. Он этого и не делал, не торопился, а теперь я не понимаю, почему он, черт возьми, не торопится!
 
Он открывает для меня тяжелую входную дверь и пропускает вперед. Влетаю в клуб ураганом, умирая от необходимости согреться.
На голых ногах колючие мурашки, губы, наверное, посинели.
Антон забирает у меня бомбер вместе с моей собственной курткой и осматривается, бросая на холл и лестницу молчаливый взгляд. Пока он сдает вещи в гардероб, охранник на входе металлоискателем просвечивает мою сумку. Это немного злит, она такого размера, что даже ключи от дома для меня “перегруз”, не то, что какая-то запрещенка вроде газового баллончика.
Прогнав металлоискатель вверх и вниз по телу моего парня, охрана пропускает нас к лестнице.
Я начинаю волноваться, пока поднимаемся наверх, ведь мои друзья часто бывают настоящими задницами. Короче говоря, я волнуюсь и все еще подрагиваю от холода, когда заходим в отгороженную стеклянными стенами “випку”, смотрящую на танцпол внизу.
По красным кожаным диванам разбросан народ. Милана сидит на спинке дивана справа, а Дубцов, ее бывший, — на противоположном конце комнаты с какой-то кудрявой брюнеткой на коленях.
Охватываю взглядом присутствующих, пропуская через свои атомы музыкальные биты.
Антон останавливается рядом, положив ладонь в карман джинсов.
Глаза Миланы падают на наши соединенные в замок руки, потом она отворачивается, делая вид, что нас не существует.
Злюсь и взмахиваю рукой, упрямо объявляя:
— Всем привет! Это Антон…
  
Глава 3
 
Полина
— Привет… — летят в нас приветствия вместе с любопытными взглядами.
— Давай вон там сядем… — предлагаю, ткнув пальцем на свободный кусок дивана подальше от своей подруги.
Антон садится первым.
До меня долетает хруст его коленей, на которые он укладывает локти и осматривает присутствующих.
— Намасте, — летит в нас ленивое приветствие Ильдара Хасанова.
— Салют, — отзывается Антон.
— А где Адам? — спрашиваю у Яси, девушки именинника.
Она сидит рядом с Ильдаром, поджав под себя босые ноги.
— Презентует унитазу марочный вискарь, — с усмешкой сообщает Хасанов.
Мы с Хасановым встречались три года назад.
Я его бросила, но он бы не посмел портить мне жизнь, хотя сделал бы это с превеликим удовольствием. Он боится моего отца. Его все боятся. Обычно Хасанов все лето болтается за границей. Если бы я знала, что он будет здесь, отказалась бы от своих планов на сегодня. Хасанов умеет вести себя, как урод, и делает это довольно часто.
В его руках кальянный шланг, который вертит в воздухе, наблюдая за нами с дивана напротив.
Сажусь рядом с Антоном, и мое тело интуитивно ищет тепла, поэтому прилипает к мужскому боку.
— Горячий коктейль? — он берет со стола барную карту и опускает на нее глаза.
— О, да… глинтвейн… — бормочу.
Хоть я и не собиралась виснуть у него на шее как течное животное на глазах у всех, прижимаюсь холодным носом к его плечу и тоже заглядываю в меню.
— Я тебя раньше не видел, — слышу голос Хасанова и поднимаю на него глаза.
Антон отрывает взгляд от барной карты и тоже смотрит на Ильдара. Тот выпускает в потолок кольца дыма. Дубцов рядом с ним больше заинтересован в своей подружке, но все равно бросает на нас ленивый взгляд.
— Антон, — представляется мой парень хрипловатым, но очень уверенным голосом.
— Местный? — вместо приветствия интересуется Ильдар.
Я вижу, как, забросив ногу на ногу, Милана кривит губы в усмешке.
— Да, — Антон снова смотрит в меню.
— На чем гоняешь? — спрашивает Хасанов.
Закусив изнутри щеку, кошусь на Антона.
— На велике, — отвечает мой парень.
— Спортсмен? — усмехается тот.
— Экоактивист.
— Поня-я-я-ятно…
— Я тоже решила пересесть на самокат, — хихикает Яся. — На электро. Это экологично? — обращается она к Антону.