Красная галактика. Том 2 (СИ)

— И опять ждать, — Семенович заерзал на кресле, — надо на мостике грушу повесить.
Григорий бы не только бравым морским волком, но и мастером спорта по боксу. Его деятельная натура требовала выплеска энергии, и боксерская груша для этого была идеальным вариантом.
— Есть! Вызов есть!
— Откуда?! — Григорий тут же забыл о желании почесать кулаки.
— С базы механидов.
Семенович глубоко вдохнул и выдохнул. Вызов от механидов это плохо. Спалился, Рыжик, тревогу скорее всего поднял. И теперь хозяева базы знать желают, кто им диверсанта прислал.
— Принимай вызов, — Григорий про себя решил, что за Питера и Рыжика предложит пиратам целый самородок фетуция. Силой оружия заложников с базы пиратов не вытянуть. И оставлять их там было нельзя. Вроде чего им бояться? Технология клонирования страхует от любой смерти. Любой да не любой. Как пример, пираты могут Питеру руку отрубить, браслет снять и пытать с упоением сутки напролет. И таких вариантов, один кровавее другого, придумать можно массу.
На экране связи появилось существо. Оно напоминало жука, вставшего на задние лапы. Головы у существа не было, огромный фасеточный глаз из прозрачнейшего стекла располагался на его широкой груди. Еще две пары конечностей свисали по бокам, каждая из них заканчивалась трехпалым манипулятором. Не надо было быть специалистом по инопланетной флоре и фауне, чтобы понять, что существо это искусственного происхождения — его корпус был отлит из матового темно-серого металла.
— Механид, я полагаю? — спросил Семенович.
Существо загудело и начало раскачиваться из стороны в сторону. Потом снова застыло. Глаз его засветился мягкой зеленью.
— И… что это значит? — Семенович привык, что универсальный переводчик справлялся с любым языком инопланетян. Но похоже у роботов была особо заковыристая лексика.
Ни тирряне, ни пугзы на мостике не смогли помочь наркому.
Глаз на груди механида покраснел, и он снова загудел как рассерженный шмель.
— Ни черта не понимаю, — признался Семенович.
Глаз вдруг погас, механид наклонился вперед и застыл. Создавалось впечатление, что у существа сели батарейки.
— Эй! Не смей отключаться! Давай продолжил переговоры! — выкрикнул Егор.
Металлические пластины на брюхе существа раздвинулись и оттуда высунулся комок розовой шерсти.
— Рыжик?!
Пузг шмыгнул обратно под пластину. Робот выпрямился, глаз на его груди зажегся.
— Я один не понимаю, что происходит?!
— Похоже, что да, — ответил другу Егор, — кажется, Рыжик взломал одного из механидов. И управляет им изнутри… ого! Он и на его «глаз» переключился.
Находчивый пугз действительно переключился на «вид от первого лица» — теперь на мостике «Кирова» видели то, что захватывал глаз механоида. И первый же ракурс заставил Егора вздрогнуть — механоид находился на каком-то складе, стены, пол и даже потолок которого был буквально устлан роботами. Лапы их были поджаты ради экономии места, глаза не горели.
— Там их сотни, — прошептал Егор.
— Умерли? Спят? — спросил у него приятель.
— Похоже, что перешли в дежурный режим. Энергию экономят. Может поэтому нас и не засекли?
— Ну хоть один дежурный у них должен был остаться?! Это что за наплевательское несение службы?! 
— Дежурный есть. Отслеживаю активность. Иду в центр управления, — прошелестел по мостику голос Рыжика.
— Ты бы не рисковал, — тепло, по-отечески попросил Рыжика Григорий, — давай, пока они спят, мы их бах-бах и в дым?
— «Ключ» поврежден при стыковке. Я не смогу выбраться.
— Тьфу ты мать, — раздосадовано сплюнул Семенович, — может мы тебя на «ястребках» заберем?
— Не надо, — пугз в теле механида дотопал до гравитационного лифта, который подхватил его и понес наверх.
Сигнал пропал 
— Рыжик?! Рыжик ты где?! Что случилось?
— Лифт рубит связь. Не паникуй, — успокоил приятеля Егор.
— Дадим ему… сколько? Час? Два? Если не объявится, пойдем на штурм.
Проблема «морпехов», как называл Семенович абордажную пехоту, так и не была решена. Егор голову сломал, пытаясь решить вопрос с помощью технического подхода — он даже хотел построить боевые шагоходы для летяг. У тех все было хорошо с полетами, пилотами они были прирожденными. Как бы это смешно не казалось, но рожденные летать ползали из рук вон плохо. Пугзы были парнями смелыми, но на дух не переносящими насилие, на гашетку надавить и убить живое существо они не могли ни при каких обстоятельствах. Даже перед риском самими быть убитыми. Поэтому, кстати, пугзы своих мечтателей не линчевали, а заваривали в спасательных капсулах и выкидывали в космос. Оставляя при этом рабочий аварийный маяк. Что облегчало их совесть, типа они не казнь осуществляли, а всего лишь высылку нежелательных для своего общества персон.
 
Летяг пришлось вооружить легкими наспинными излучателями. Тяжелую пушку в полет они физически взять не могли. И толку от этих излучателей было немного. Даже на глазок было видно, что механидов они только что пощекотать могли.
— Не хочу показаться пессимистом, но штурмовики из нас такие себе, — напомнил Егор другу.
— Не хочу показаться оптимистом, но ты про кое-что забываешь, — Семенович переключился на командный канал, — «Дерзкий» выдвигайтесь к «Ласточке»!
— Так точно! — откликнулся эсминец.
— Если механиды начнут пробуждаться — бахнем по ним из «коротыша»! А потом еще раз бахнем — для верности, — Семенович решил воспользоваться тем, что пиратский флот оставался недвижим, — мы сейчас можем одним выстрелом сразу всю банду накрыть. Истребители эвакуируют Рыжика и, если найдем, Питера. А потом раздолбаем всю эту богадельню главным калибром «Кирова». Как тебе такой план, а?
— Хороший, вот только… мне кажется или у них один фрегат отчаливает?
— Как отчаливает? Точно! Стрелка — перехватите фрегат, который начал движение! Долбите его всем, чем только можно, пока мы не подойдем! «Дерзкий» — полный вперед! Полнейший! 
— Не беспокойтесь. Это мы. Мы возвращаемся, — появился в эфире Рыжик.
— Кто это мы?!
— Я. И Питер. И у нас есть послание.
  
Глава 4
 
— Рыжик! Включи видео! — потребовал Семенович, ожидая какого-то подвоха.
Тот включил. В рубке управления не было освещения. Механиды обходились без него. Но в мерцании экранов можно было различить два силуэта. Один мелкий, пушистый, сидящий на панели управления. Другой — двуногий прямоходящий. Он помахал рукой и сказал:
— Здравствуйте Егор! Здравствуйте Григорий! Боже, как я счастлив, — тут голос у Питера сорвался, и он с трудом продолжил, — как я счастлив, вас видеть!
— Мы тебя тоже, дорогой! Давай быстрее к нам на борт, — ответил ему Григорий и тихо пробормотал Егору, отключив связь, — их надо проверить.
— В смысле?
— Ну пугзам ничего не стоило создать свои копии. Механиды тоже могли собрать биороботов. И послать их к нам. Поэтому и освещение на мостике у них выключено. Вот только как их проверить? Скальпелем в руку ткнуть?
— Есть вариант! — подорвался с места Егор.
Чудом спасенных товарищей он встречал в шлюзе с диагностом. Тот выдал, что Рыжик это пугз и что он находится в отличной физической форме. Но мечтатель, поэтому медицинский диагност порекомендовал его усыпить, чтобы он не мучился. Питер оказался человеком в крайней степени истощения. Как морального, так и физического. 
Похудевший килограмм на двадцать пивовар с усилием выдавил из себя «привет» и рухнул, как подкошенный. В чувство его привести не удалось, поэтому Егору пришлось его на себе тащить в медотсек «Кирова». После того, как Егор передал вырубившегося Питера в заботливые стальные руки аквтодока, он привалился к стене, чтобы отдышаться.
— Послание, — напомнил пугз.
— От кого?
Пугз предпочитал не говорить, а действовать. Он повел Егора за собой. На мостик. 
— Семеныч, Рыжик говорит, что привез нам какое-то послание, — проинформировал друга Егор.