Красная галактика. Том 2 (СИ)

— Конвой улетает! — закричал он, глядя на радар, — сматывается на автопилоте!
Стрелка наклонилась к лежащей без сознания миитэ и начала шлепать ее по щекам.
— Очнись! Слышишь ты?! Приходи в себя!
— Бесполезно. Гикане давали гарантию, что шокер вырубает разумных минимум на полчаса!
— Полчаса?! Так ведь за полчаса конвой успеет долететь до границы перехода! Надо что-то делать!
— Что делать? На таран его что ли брать?
— Ты разве не слышал — при попытках его остановить, он камеры взорвет. Или воздух из них выпустит. А мы даже не знаем, в каком контейнере содержат Егора и Белку!
— Думаю, я думаю! — мысли Семеновича неслись табуном. Но нестройным рядами. В его распоряжении был целый дредноут! Гроза космоса! А он ничего не мог поделать с по сути обычным грузовиком. Единственное, что мог сделать Семенович, так это следовать за конвоем. Но и то — держась на почтительном расстоянии. Не дай бог автоматика миитэ посчитает, что дредноут преследует конвой с нехорошими намерениями.
— Он разгоняется.
— Мы тоже. Но толку?! — Семенович скрежетал зубами от бессилия. Конвой уходил к точке прыжка.
— Отстрелим двигатели? Нет! — сама с собой спорила Стрелка, — догнать на истребителе? А смысл? Мне ничего в голову не приходит!
— Мне тоже, — признался Семенович, глядя на появляющееся кольцо Т-перехода, — у нас остается только один вариант спасти Егора и твою подругу.
— Какой?! 
— Вон на полу лежит. Сопит в две дырочки, — Семенович кивнул на миитэ.
Конвой с заключенными исчез в Т-переходе.
— Все пошло через жопу! — Стрелка, не стесняясь в выражениях, описала случившееся.
— Ну как обычно, нам не привыкать. Ладно, полетели прятать дредноут. И готовить диверсионную группу, — на РевСовете было решено, что после миссии засветившийся дредноут не стоит отравлять на какое-нибудь солнце с целью замести следы. По-хорошему так и надо было поступить, но жаба в этом вопросе победила. Дредноут было решено законсервировать в одной из тех систем, которую Егор выбрал для геологоразведки. Сжечь корабль было надежнее, но ни у кого на голосовании рука «за» не поднялась.
Внутри люксового КПС зажглось красное аварийное освещение. 
— Включен режим усиленной охраны! — оповестил арестантов механический голос, — не пытайтесь покинуть камеры! Любая попытка повредить контейнер будет воспринята, как побег! Контейнер будет заполнен парами кислоты, отстыкован от конвоя и взорван. Пожалуйста, снизьте свою двигательную активность и сохраняйте спокойствие.
— Кислота? Взорван?! Мы погибнем, погибнем, погибнем, — закос сделал попытку вскочить с кресла. 
— Ты куда?! Кислотой захотел подышать?! — прижал его коленом к спинке Егор, — тебе же сказали — сохраняй спокойствие!
— Но что-то происходит! Что-то ужасное! — Егор не понимал, как с такими расшатанными нервами можно было заниматься рэкетом. Зак начинал дергаться по любому поводу.
— Я кажется догадываюсь что, происходит. Наши! Наши за нами пришли!
Из спального отсека камеры выбежала Белка. В этот момент стены КПС мелко завибрировали.
— Мы начали разгон, — на слух определил Егор.
— Убегаем?
— Кто его знает, нам бы хоть иллюминатор какой. 
Егор подошел к стене и приложил к ней ладонь, чтобы лучше ощущать вибрации. 
— Вроде ровно идем, не вихляем. Может это просто протокол такой — каждый раз при старте объявлять тревогу?
— Не знаю. Я оказался в лапах миитэ первый раз. Благодаря вам, — несмотря на совместно проведенное время в камере, Зак все еще держал обиду на своих попутчиков.
— А ты слышал хоть об одном нападении на конвои миитэ? — спросила у закоса Белка.
— Нет.
— Почему?
— Потому что практически у всех разумных есть инстинкт самосохранения. Ну не считая вас, конечно. Вы хоть раз видели флот в тысячу «каштанов»?
Егор вспомнил, как они пытались прорваться к алгонианцам и кивнул.
— Но сапруки всего лишь тупая военщина. Их сила в том, что их много и они не умеют отступать, — Зак объяснял примерную расстановку сил в Генеральном Пакте, — а каждая миитэ сама по себе — армия. Оружие у них — лучше в Пакте. Звездолеты — тоже. Их система безопасности продумана самими алгонианцами — самыми талантливыми учеными Пакта. Каждую миитэ начинают готовить к службе в три года…
 
— Ой, да что они в три года могут? — усомнилась в уникальности миитэ Белка.
— В своем бронескафе трехлетняя миитэ победит вас обоих в рукопашной схватке. По сути они ничего больше и не умеют, кроме как сражаться и толковать законы. 
— Бедненькие, как они живут! — всплеснула руками Белка.
— Д получше нашего, — Заку было не до страданий о нечастных зеленых девушках, — все миитэ — обеспеченные люди. Они процент получают от конфискованного ими имущества. Мы обращались в Пакт и предлагали свои услуги в качестве охраны или полиции. Нам отказали.
— Почему? — спросила Стрелка, — вы же такие боевые ребята. У вас и этот большой и страшный корабль есть.
— В имитационном бою крейсер миитэ победил наш дредноут за семь минут.
— Вы такие слабаки?! — не щадя чувств Зака поинтересовалась Белка.
— Нет! Это миитэ настолько профессиональны! Поэтому никто в секторе Отау никогда не осмелиться напасть на их корабли!
— У меня новости для сектора Отау. Есть такой безбашенный паренек по имени Григорий Семенович, ему и черт лысый не страшен.
— Вот этот паренек нас и погубит, — Зак был настроен крайне пессимистично, — нас обольют кислотой. А потом взорвут.
Но его мрачным прогнозам не суждено было сбыться. Система оповещения раз в пять минут выдавала предупреждения о том, чтобы заключенные не проявляли излишней активности. Стенка контейнера все также ровно вибрировала. Но внезапно эта дрожь прекратилась.
— Остановились, — проинформировал своих сокамерников Егор.
В контейнере зажглось нормальное освещение.
— Ситуация нормализовалась. Режим усиленной охраны отключен. Приносим извинения за неудобство. Перемещения в камере разрешены.
— Наши их тормознули?
— Вряд ли. Скорее всего, мы ушли в прыжок, — Зак похоронил надежды Белки.
— В прыжок до… тюрьмы?
— Да. И мы закончим свои дни на Рудабе. 
— Чего? Вытянет нас Семенович, не сомневайся, — Егор себя убеждал больше, чем Зака. Хотя, после рассказов закоса о тетках-суперменах, он не был уверен, что Семенович справится. Ведь если отбросить всю идеологию и розовые мечты — что такое ГССР на галактической карте? Точка и не более. Куда им тягаться с Пактом, занимающим все обозримое пространство. Если муравей взбунтуется, слон не то, что разозлится. Он просто гнев букашки не заметит.
Видимо те же самые грустные мысли витали и в головах его попутчиков. Поэтому общение во время перехода не клеилось. Даже вечно жизнерадостная Белка и та практически не выходила из своего отсека.
Поводом для общего собрания стало очередное автоматическое оповещение:
— Через тридцать секунд наш конвой окажется в системе Рудаба. Просим всех закончить цикл отдыха, сна или спячки. И быть готовыми предстать перед генеральным обвинителем.
— Быть готовыми? — спросил у закоса поднявшись с дивана и потягиваясь Егор, — ты же говорил, что эта процедура может месяцами тянуться.
— Что-то случилось у пугзов, раз мы ушли в аварийный старт. И это что-то — очень плохое.
— Мы сидим в тюрьме. Куда еще хуже?
Егор немного позабыл о том, что судьба-злодейка любит устраивать повороты от плохому к еще худшему. Контейнер вздрогнул настолько сильно, что вышедшая из отсека девушка еле удержалась на ногах. А закосу снова стало горько и обидно за то, что он решил взять под защиту малозначительную и никому неизвестную планетку. 
Куб КПС вздрогнул еще раз, пристыковываясь к доку. 
— Большое спасибо, что вы воспользовались нашими услугами класса «люкс»!
— Большое «не за что», — угрюмо произнес Егор, вспомнив в какую копейку эти услуги влетели. 
— Прошу пройти в обозначенный квадрат. Сейчас начнется обратная трансформация, будьте осторожны.