Столкновение (ЛП)

 Саммер: Если бы это было не так, у тебя дома прямо сейчас были бы копы. 
 Эйден: Ты думаешь, я был бы подозреваемым? Мне кажется, вчерашние жалобы на шум не помогли бы моему делу. 
 Саммер: Я понятия не имею, о чем ты говоришь. 
 Эйден: Может быть, я смогу тебе напомнить. Когда ты свободна? 
Улыбка на моем лице смущает, но воспоминания, прокручивающиеся в моей голове, определенно нет. Я проверяю телефон по три раза в минуту, но ответа так и не дождался, поэтому убираю его. Отчаянное желание прикоснуться к ней или услышать ее голос изнуряет. Не лучший вариант, потому что сегодня у меня встреча с Килнером.
Наша первая линия обороны не справляется, и Килнер хочет усилить тренировки. На меня, как на капитана, возложена ответственность за составление списка имен несмотря на то, что ребята злятся из-за внезапных замен.
Внизу я вижу, как Киан натягивает ботинки.
— Куда ты идешь? — я спрашиваю.
— Ты шутишь? Даже мои профессора знают о сегодняшнем вечере.
Увидев его наряд, я вспоминаю.
— На твое свидание с Кэсси.
Киану потребовалось три дня, чтобы выбрать наряд. Саммер помогла, потому что, по-видимому, она простила его. Что чертовски раздражает, потому что она никогда не прощала меня так быстро.
Киан поправляет галстук и нервно направляется к своей машине. Я делаю то же самое, за исключением того, что мой вечер будет проведен с сердитым тренером Килнером, который будет недоволен, что я не могу помочь и отключаюсь каждые несколько минут.
* * *
Шелк с запахом персика проскальзывает сквозь мои пальцы.
— У тебя потрясающие волосы.
Через два дня после моего первого сообщения Саммер наконец прислала мне свое расписание. Целых два дня. Это была настоящая пытка. Но нам удалось выкроить несколько дней после обеда и редкое утро. Она твердо придерживается своего правила «никаких ночевок», потому что это слишком близко к категории отношений. Мне все равно, пока я могу ее видеть.
— Ты можешь поблагодарить за это мою маму. Когда я росла, она смазывала маслом мои волосы, и теперь я зависима от него.
— Маслом? — с любопытством спрашиваю я. Это моя любимая часть. Когда мы говорим обо всем на свете, о том, что я никогда бы не узнал о ней в другом случае.
— Тебе никогда не смазывали маслом волосы? — спрашивает она, широко раскрыв глаза от удивления.
Я качаю головой.
— Не помню, чтобы такое было.
— Ты многое упускаешь. Раньше это было моим любимым занятием, — она ложится на спину, и я провожу рукой по гладкой коже ее руки.
— Ты больше это не делаешь?
Она ностальгически вздыхает.
— Мне это нравится, но когда это делает кто-то другой, потому что так это совсем другое чувство.
— Я могу сделать это для тебя.
Тишина перед тем, как она разражается смехом, заставляет меня нахмурить брови. У нее перехватывает дыхание, но оно снова сбивается, когда она пытается заговорить.
— Ты не мог это сказать.
Я хмурюсь.
— Что?
Она снова смеется, сбитая с толку, глядя на мое пустое выражение лица.
— Я могу сделать это для тебя? Ни один парень просто так не предлагает смазать волосы маслом. Я буквально никогда раньше этого не слышала.
Разве странно это говорить? Черт, может, мне снова загуглить наклонности серийных убийц.
— Ну, ты сказала, что тебе это нравится. Если это сделает тебя счастливой, я сделаю это.
Весь остаточный юмор рассеивается, и ее глаза встречаются с моими. Все мои чувства сосредоточены на ней.
Затем ее взгляд опускается, разрывая натянутую ниточку между нами.
— Это многовато для приятелей по сексу.
Ее слова – грязный нож под дых. Но прежде, чем она успевает сказать что-то еще, от чего у меня в груди появится дыра, я наклоняюсь и целую ее.
— Ой, — Саммер отодвигается назад, прерывая наш поцелуй.
— Что случилось?
— Твоя борода, — бормочет она, потирая подбородок. — Она меня царапает.
  
Моя отрастающая борода такой неудобной длины, что трение обжигает кожу Саммер, когда я ее целую. Она ничего не говорила об этом, но я могу сказать, что она не самая большая ее поклонница.
— Ты не жаловалась, когда она царапала внутреннюю сторону твоих бедер.
Она закатывает глаза, и когда я собираюсь поцеловать ее еще раз, она останавливает меня.
— У меня есть задание на дом.
— Ты выгоняешь меня, Престон? — я довольствуюсь поцелуем в ее щеку. В последнее время почти невозможно провести с ней лишнюю секунду. Сегодня утром она была с Донни, поэтому я ожидал, что она будет немного отстраненной. Стало очевидно, что она чувствует себя виноватой в том, что мы делаем.
Саммер крадет мою толстовку с изножья кровати. Я одет в футболку, так что мне все равно, заберет она ее или нет, на ней она все равно смотрится лучше.
— Да, — она пытается вырваться из моих объятий, но я тяну ее назад, чтобы она встала между моих ног.
— Я начинаю чувствовать себя использованным.
Она приподнимает бровь.
— Попробуй согнуться в десяти разных положениях.
— Приходи на мою игру сегодня вечером, — Саммер корчит гримасу, и я вздыхаю. — Назови мне хоть одну вескую причину, почему ты не хочешь идти, — я никогда не приглашал девушку на игру, но то, что Саммер будет сидеть на трибуне, кажется правильным.
— Во-первых: я не люблю хоккей. Во-вторых: я не буду сидеть на трибунах в твоей джерси, чтобы исполнить твою странную фантазию.
Комок юмора подступает к горлу.
— Во-первых: я тебе нравлюсь. Во-вторых: думаю, Кристал все равно придет в моей джерси.
— Что?
Я с восторгом изучаю ее недоверие.
— Ребята заметили, что она носит ее с самого карнавала.
Ее взгляд сменяется безразличием.
— После того, как ты переспал с ней.
Я сердито смотрю на нее.
— Нет. Ничего не было. Сейчас она просто пытается привлечь мое внимание.
— И у нее оно есть?
— Что?
— Твое внимание. Оно есть у нее?
Вопрос застает меня врасплох. Я не думал, что ее вообще волнует, куда направлено мое внимание. Она ревнует? 
— Если ты не заметила, я был немного занят, — я притягиваю ее для поцелуя, на который она, наконец, отвечает взаимностью. — Так ты придешь или нет?
— Нет, — она высвобождается из моих объятий и направляется в ванную. — Мне нужно учиться.
Я иду за ней, чтобы перекрыть выход из ванны.
— Ты сумасшедшая.
— Нет.
— Прекрасно, тогда ты ревнуешь.
Должно быть, я слишком наслаждаюсь ее реакцией, потому что она свирепо смотрит на меня.
— В твоих мечтах.
— Тогда почему это здесь, хм? — я прижимаю палец к складке между ее бровями. — Вопреки твоему мнению, я знаю тебя, Саммер.
— Ты знаешь мое тело, Кроуфорд. Но не мой разум.
— Держу пари, я смогу разобраться с ним так же быстро, — она снова пытается закрыть дверь, но я ей не позволяю. — Я даже не могу принять с тобой душ?
— Я быстро моюсь.
— Я тоже, — это рассеивает ее раздраженный взгляд. — Неужели ты даже не хочешь пожелать мне удачи перед игрой?
— Мы оба знаем, что тебе не нужна удача.
— Да, но мне действительно нужно это, — я протягиваю руку, чтобы схватить ее за задницу, и она взвизгивает, прежде чем растаять в моих объятиях. Пятясь в ванную, я пинком закрываю дверь.
* * *
Вторники – мои любимые. Почему? Потому что у Саммер нет занятий, и я свободен после тренировки. Еще один плюс – не надо беспокоиться о том, что ребята устраивают вечеринки, потому что по средам у нас тренировки, а похмелье не очень хорошо сочетается с голосом Килнера.
Заходя в комнату в общежитии Саммер, я бросаю свою сумку у дивана.
— Эти маленькие тираны знают, как меня измотать.