Столкновение (ЛП)

Я с ужасом смотрю на наши поднятые руки. По какой-то причине, которая, я уверена, была подстроена летающим ребенком, ведущий показывает прямо на нас. Он что-то говорит в микрофон, но моя кровь бурлит так яростно, что я ничего не слышу.
— Какого черта ты делаешь? — шиплю я.
Демонстративная улыбка Киана никуда не делась, и он пробормотал:
— Просто доверься мне?
— Киан, клянусь, я проткну тебя каблуком, если ты меня не отпустишь.
— Я буду тебе должен. Все, что захочешь, обещаю, — когда он видит мой взгляд, его улыбка сходит на нет. — Пожалуйста?
В какую-то долю секунды его искренние глаза и отчаянная мольба почти убедили меня в том, что я сыграю в эту дурацкую игру. Но потом я замечаю, что все взгляды устремлены на нас, и отшатываюсь.
Невозможно вырвать мою руку из его стальной хватки, не устраивая сцену. Киан протаскивает меня сквозь толпу и поднимает по деревянным ступенькам. Этот идиот знал об этой игре, и именно поэтому притащил меня сюда. Это его единственный шанс получить свидание с Кэсси, а я не просто его буфер, я его оправдание.
Пока я планирую, как убью его, когда уйду с этой сцены, Киан радостно представляет нас. Наши сцепленные руки создают впечатление дружеской пары, но это скорее ради его же безопасности.
Я едва слышу глупую шутку ведущего о том, что он бы сам вступил в игру, чтобы узнать мой номер. Мое выражение лица быстро заглушает смех, и он снова обращается к толпе в поисках последней жертвы.
Под ярким светом сцены я незаметно пихаю Киана локтем, заставляя его опустить голову, чтобы он мог меня услышать.
— Ты мой должник. Огромный должник.
Он радостно кивает, ничуть не смущаясь моего смертоносного взгляда.
На этот раз толпа оживляется. Меня это не удивляет, потому что Амелия – просто находка. Ее вьющиеся светлые волосы убраны назад коричневой банданой, а невинный вид репетитора вызывает интерес. Я узнаю несколько человек из кампуса, которые поднимают руки, но только один привлекает мое внимание.
— Ни хрена себе, — с недоверием шепчет Киан, озвучивая мои мысли.
В этот момент на сцену выходит третий участник и садится рядом со мной. Я изо всех сил стараюсь не смотреть на Эйдена, пока он разговаривает с ведущим.
На сцене он ведет себя легко и непринужденно – полный контраст с той яростной стервой, которую я изображаю. Он обнимает Амелию, которая мило улыбается. Не знаю, какой у него типаж, но я не ожидала, что это будет одна из участников игры «свидание вслепую на День святого Валентина».
Ведущий объясняет суть игры под названием «Танцующие На Бумаге», где каждая пара должна танцевать на квадрате бумаги, который с каждым раундом складывается в квадрат меньшего размера. Задача – танцевать, не сходя с листа.
Игра нелепая, но я точно не смогу убежать со сцены. А Эйден Кроуфорд вызвался добровольцем, и я, как конкурентка, хочу, чтобы он проиграл.
Мой парень «вслепую» представился.
— Я Шон.
— Саммер, — я беру за руку высокого кудрявого певца.
— Знаешь, наш менеджер заставляет нас участвовать в этом, но я бы вызвался сам, увидев тебя.
Я смеюсь.
— Спасибо. Хотя я бы сделала все, чтобы не быть здесь сейчас. К тебе это отношения не имеет.
Он хихикает.
— Я так и предполагал, судя по тому, как Ишида притащил тебя сюда.
Когда свет становится розовым, бумаги кладутся на пол возле каждой пары. Глубокий голос привлекает мое внимание к паре номер три.
— Ты играешь на гитаре? Всегда хотел научиться, — говорит Эйден, улыбаясь Амелии.
С каких это пор? Он ни разу не говорил о том, что хочет заниматься музыкой. Хотя я уверена, что он и в этом был бы хорош.
— Я могу научить тебя. Это не так уж и сложно, если потренировать несколько аккордов.
— Правда? Если это поможет, мне сказали, что у меня очень хорошая зрительно-моторная координация, — улыбка, которую он ей дарит, невинна, как у мальчика, сидящего на церковной скамье. Это вызывает у нее сладкий смех.
Я фыркаю, привлекая их внимание к себе.
— Ты в порядке? — спрашивает Шон. Я отворачиваюсь от ухмыляющегося Эйдена и позволяю Шону взять меня за руку. Я фиксирую свои ноги между его на маленькой бумаге.
  
Первый раунд настолько прост, чтобы мы все его прошли, что плохо, потому что чем скорее это закончится, тем скорее я смогу придушить идиота, которого называю своим другом.
Во втором раунде квадраты складываются. Шон поднимает меня на руки, чтобы на цыпочках подойти к бумаге. Я смотрю на Киана, которому Кэсси наступила на ботинки, и они танцуют, полностью потерявшись друг в друге. У меня не было времени на то, чтобы задерживаться на этом сладком моменте, потому что Шон попытался качнуться, оступился и потерял равновесие. Хор вздохов из зала обрушивается на меня как раз в тот момент, когда я с визгом падаю на деревянный пол.
Если я просто буду лежать на полу, может быть, меня унесет Купидон. Или гремлин под сценой заберет меня в свое логово. Что угодно было бы менее унизительным, чем стоять сейчас перед зрителями.
Большая рука – единственное, что я вижу сквозь яркий свет сцены. Когда я не берусь за нее, потому что чувствую себя настолько дезориентированной, что не уверена, что смогу понять, как за нее ухватиться, ладонь скользит по моей талии и поднимает меня одним быстрым движением. По тому, насколько силен мой спаситель, я понимаю, кто это.
— Ты поранилась? — спрашивает Эйден. Яркий свет освещает зеленые глаза и золотисто-каштановые волосы. Он выглядит ангельски. Может быть, я ударилась головой.
Рука на моей талии напрягается.
— Саммер, — зовет он.
Я выхожу из транса.
— Я в порядке.
Эйден не отворачивается, и я тоже. Его мускулистая рука обнимает меня за талию, а взгляд согревает лицо. Шон судорожно извиняется, и я отстраняюсь от Эйдена.
— Я потерял равновесие и не смог удержаться. Мне так жаль, Саммер.
У Эйдена напрягается челюсть, и он бросает яростный взгляд на Шона.
— Все в порядке, это был несчастный случай, — все равно это глупая игра, и единственный, на кого я сейчас злюсь, – это парень, который не замечает ничего, кроме Кэсси в своих объятиях.
Ведущий убеждается, что я не собираюсь судиться с заведением из-за травм, прежде чем поблагодарить нас за игру.
— У нас есть победители! Аплодисменты Киану и Кэсси!
Я понимаю, что Эйден, должно быть, бросил Амелию, поэтому они тоже проиграли. Частичная победа не доставляет мне удовольствия, но только из-за синяка, образовавшегося на моей спине. Когда толпа аплодирует, я срываюсь со сцены и несусь через зал, прежде чем Киан успевает затянуть меня во что-нибудь еще. Металлические двери скрипят, когда я выхожу через черный ход, и февральский воздух охлаждает мою разгоряченную кожу.
Я уже звоню в Убер, когда дверь снова скрипит, и из нее выходит Эйден.
— Ты действительно хотела этого свидания, да?
* * *
 
 
 Эйден 
Красивые глаза бросают на меня взгляд, который говорит о том, что сегодня она не на моей стороне. Не то чтобы она всегда была на моей стороне, но я подумал, что если бы я помог ей подняться, то это дало бы мне несколько очков форы.
— Нет? — я подавил смех. — Выглядело так, будто ты влюбилась в него.
Ее взгляд не сдвинулся.
— Смешно.
— Никаких колкостей? Ты хорошо себя чувствуешь? — я подношу тыльную сторону ладони, чтобы коснуться ее лба, но она отталкивает ее. — Если это поможет, он чувствует себя очень плохо из-за того, что уронил тебя.
— Я его не виню. Я, наверное, тяжелее, чем он ожидал, — говорит она. — Но уронить меня на глазах у всех этих людей? Это прям прекрасно для женского самолюбия.
— Это больше говорит о его силе, чем о твоем весе. Мы оба знаем, как легко я могу тебя поднять.
Напоминание о том, как я держал ее тело в своих ладонях, танцует в воздухе между нами.