Столкновение (ЛП)

— Ты работал со Slink?
Он кивает.
— Это была рекомендация.
— Ты делаешь… рекомендации?
Он бросает на меня косой взгляд.
— Ты серьезно совсем не следишь за хоккеем?
— Я не слежу за спортсменами, — поправляю я.
— Верно, — говорит он. — Когда я приехал в Далтон, мне предлагали сделки, на которые я не соглашался. Но несколько семестров назад мне нужны были деньги, и я прорекламировал Slink.
— Когда ты заплатил за обучение Киана? — пробурчала я. Прикусив язык, я смотрю на него овечьими глазами. — Киан рассказал мне об этом, когда убеждал, что ты хороший парень.
— Конечно, рассказал, — он качает головой. — И как, сработало?
— Пока в процессе.
Он улыбается. Этой белозубой улыбкой, которая растопит трусики любой девушки. Но только не мои. Определенно не мои.
— Так ты, значит, влиятельный человек, — говорю я.
Он бросает на меня раздраженный взгляд и собирает свои вещи.
— Так и есть! Ты выкладываешь фотографии без футболки? Обнаженные фотографии? С шайбой, прикрывающей твое хозяйство?
— Я ухожу.
Он уже направляется к двери.
— Я сказала что-то нет то? — он не отвечает. — Я просто хочу знать, катался ли ты на коньках голым, рекламируя коробку с хлопьями!
Дверь захлопывается, и я смеюсь так сильно, что мне приходится схватиться за живот.
 Глава 12 
 
 
  Эйден  
 summerluvin подписался(-лась) на ваши обновления. 
Увидев уведомление, я делаю то, что никогда не делал: подписываюсь на нее в ответ. Социальные сети – это не то, на что я трачу много времени, но мое любопытство победило, когда я увидел ее профиль. Как ни странно, на нее уже подписана вся хоккейная команда.
 summerluvin 
 aidencrawford: Я вижу, ты пересмотрела свою позицию относительно спортсменов. 
 summerluvin: Временно. Но должна сказать, что я разочарована. 
 aidencrawford: Почему же? 
 summerluvin: Никакой обнаженной рекламы хлопьев. Отписка. 
 aidencrawford: Я сниму одну исключительно для тебя. Не могу позволить себе разочаровать свою фанатку.  
 summerluvin: Пас. 
 aidencrawford: У тебя есть другие предложения? 
 summerluvin: Ты, одетый, не пытающийся отвлечь меня от моего исследования. 
 aidencrawford: Пас. 
Я засовываю телефон обратно в карман и поднимаюсь по ступенькам к зданию факультета психологии. Причина моего раздраженного настроения сидит в комнате отдыха, как принц.
Неужели Донни Рай действительно во вкусе Саммер? Опрятный и прилежный? Узнать, что она встречалась с Донни, было большим потрясением. Киан был единственным, кто рассказал мне об этом, потому что он знает все и обо всех в Далтоне. Иногда мне кажется, что он ведет блог со сплетнями нашего университет.
— Рай.
Донни поворачивается в своем кресле, а его друзья смотрят на меня так, как будто на дверях здания весит защита от спортсменов, через которую мне удалось прорваться.
— Как дела? Нужен репетитор по английскому?
Я никогда не был тем, кто провоцирует конфликты вне льда, но сейчас ничто так не привлекает, как мысль о том, что мой кулак впечатается в челюсть Донни. Правда, его незамысловатое оскорбление не попало в цель, потому что я уверен, что он знает всех студентов из деканатского списка, а я один из них.
— У меня все супер. Да и ты не мой типаж репетиторов, — я наслаждаюсь тем, как сжимается его челюсть. — Я хочу поговорить о Саммер.
— Тебе нужно мое разрешение?
— Очевидно, нужно, потому что ты, кажется, думаешь, что можешь контролировать ее. Она усердно работает над своим исследованием, и я был бы признателен, если бы ты охладил свой пыл. Для нее это стресс, а ты делаешь только хуже.
  
— Я просто пытаюсь поделиться с ней немного своим опыта.
— У нее своего предостаточно.
Он смеется.
— Вы с ней как давно знакомы? Пять минут? Я знаю ее много лет, и она доверяет моему мнению. Ты должен быть рад, что я вообще готов ей помочь.
Ублюдок.
— Слушай, я говорю тебе, что она чувствует, и что ее исследование не станет лучше, если ты будешь дышать ей в затылок.
Между нами возникает напряжение, пока он не уступает.
— Ладно. Я все равно хочу посмотреть, чем это закончится.
Я замялся.
— Что это значит?
Он сардонически вздохнул.
— Брось это, Кроуфорд. Если она позволит тебе себя трахнуть, ты окажешься на улице быстрее, чем успеешь кончить.
— Прошу прощения?
— Прости, но ты еще и плохо слышишь из-за всех этих повреждений головы? — мои стиснутые зубы, кажется, превратятся в пыль от давления. — Саммер не будет спать с тобой, просто потому что ты ведешь себя так, будто тебе не все равно. У этой девушки шипы толще, чем твоя голова. Я бы сказал тебе не тратить время впустую, но ты уже это делаешь. Так что я буду наблюдать, когда ты неизбежно потерпишь неудачу, — с высокомерием, которое сочится из каждой его поры, он выходит за дверь.
Вечером, когда я покидаю лед и направляюсь в душевую, наступает время закрытия катка. Моя одиночная тренировка длилась дольше, чем предполагалось, возможно потому, что я представлял себе лицо Донни вместо шайбы.
Хотя мы выиграли нашу последнюю игру, она стала худшей за всю нашу историю. И когда я вышел в бокс, Килнер позаботился о том, чтобы кастрировать меня за дерьмовую откатку.
Когда я закручиваю кран и натягиваю полотенце на талию, по кафельному полу раздаются легкие шаги. Когда я открываю дверь, в нос ударяет слабый запах персиков, прежде чем я вижу ее.
— Саммер?
Она поворачивается, длинные каштановые волосы волнами рассыпаются по спине. Полные губы раскрылись, когда ее взгляд упал на мое низко висящее полотенце. Затем, словно очистив свои мысли, огонь гнева озаряет ее черты лица, и она подходит ко мне, почти заходя в кабинку, прежде чем остановиться. Она скрещивает руки на груди, чтобы создать между нами некий барьер, и я подавляю смех.
— Поверь мне, тебе будет не до смеха, когда я закончу с тобой.
Я улыбаюсь.
— Надеюсь, что нет.
Она сверкнула глазами.
— Не хочешь объяснить, почему Донни только что стал помощником другого студента по поступлению на мою программу?
Вот осел. Я должен был догадаться, что эта ухмылка – плохое предвестие.
— Я ничего такого ему не говорил.
— Ты сказал ему достаточно. Не пытайся притворяться, что ты не пытался быть мачо и не испортил все.
— Я хотел помочь.
— Я никогда не просила тебя о помощи!
— Ты бы и не попросила. Ты могла бы свисать с чертового обрыва и все равно не попросила бы о помощи.
— И ты все равно это сделал? Может быть, я ничего не предпринимала в отношении Донни, потому что знаю, какой он. Он разозлился из-за того, что ты сказал, и теперь мы с ним на ножах. Почему ты не мог оставить его в покое?
— У тебя был стресс, — я пытаюсь снова.
— И как это влияет на тебя?
— Потому что я…
Скрип двери прерывает меня, прежде чем голос Килнера проникает в раздевалку.
— Эта чертова сантехника в моем туалете. Мне нужно ее починить, Брент.
— Блять, — я затаскиваю растерянную Саммер в кабинку и закрываю дверь. Моя рука закрывает ей рот, прежде чем она успевает издать хоть звук. Судя по тому, как вспыхивают ее глаза, она может меня укусить.
— Тебе нельзя здесь находиться, — шепчу я. Ее брови напрягаются, и она крепко сжимает мое запястье, словно пытаясь его сломать. — Я уберу руку, если ты пообещаешь не кричать.
Она неохотно кивает, и я убираю руку, по-прежнему прижимая ее к стене. Она тяжело дышит, и я не хочу этого делать, но мой взгляд падает на ее вздымающуюся и опускающуюся грудь, которая касается моего голого торса. Капля воды с моих волос попадает ей на ключицу, заставляя ее вздрогнуть, когда она скользит по коже, оставляя мокрый след, идущий между выпуклостями грудей.